Собор Оптинских Старцев
Аудио-трансляция

Ког­да бу­дешь за­ме­чать чу­жие не­мо­щи и гор­дить­ся пе­ред дру­ги­ми мыс­лен­но, на­до от­ве­чать по­мыс­лу бе­со­вс­ко­му: „Я ху­же всех",– и хо­тя не про­чу­в­ство­ван­но, а все-та­ки ска­зать.

преп. Варсонофий

<<предыдущая  оглавление  следующая>>

 

Гонения

В настоящее время люди века сего смотрят на нас, верующих, как на юродивых, как на глупых. Им не нравит­ся наша православная вера, наши церковные постановле­ния, правила и обряды. Они смеются презрительно над всем, для нас священным. Мне часто приходится слышать от верующих, вынужденных жить среди мира враждебного, как тяжело переносить им постоянные насмешки, глумления. А мне думается, что надо честью для себя считать такое отношение. «Если злословят вас за имя Христово, то вы блаженны, ибо Дух Славы, Дух Божий почивает на вас», сказал апостол Петр (1 Пет. 4, 14). Если над нами смеются, если нас не любят, значит, мы — не от мира сего. Огорчаться и смущаться таким отношением к нам не следу­ет (преп. Никон).


Как Христос на пути в Иерусалим не был принят жителями той страны, ибо «Он имел вид путешествующего в Иерусалим» (Лк. 9, 53), потому что Он имел вид странника, путе­шествующего во Иерусалим, так и всякого подвижника, раба Христова, не принимают люди мира сего, ибо он имеет вид человека, грядущего в Горний Иерусалим. Они не понимают его и не могут понять. Не понимают они его христианского подвига, они чужды ему. Кажется он им неразумным, странным. И образ мыслей, и чувства, и поня­тия, и желания, и поведение, и вся жизнь, даже наружный вид у человека, живущего для Бога, не такой, как у челове­ка, живущего жизнью мира сего. И потому мир, враждеб­ный Христу, восстает против тех, которые стараются жить по-христиански, гонят их, враждуют против них, не прини­мают их в свою среду. «Но [там] не приняли Его, потому что Он имел вид путешествующего в Иерусалим» (Лк. 9, 53) (преп. Никон).


В настоящей нашей жизни печали не должны мы пла­кать и скорбеть безутешно, хотя нас и разбрасывают, и разлучают, и принуждают насильно оставлять святые оби­тели наши. Ведь здесь, как и во всем, есть воля Божия, попускающая претерпевать нам сие за грехи наши, да и сказано еще: «Блаженны вы, когда ...отлучат вас, и будут поносить...» (Ср.: Лк. 6, 22) (преп. Никон).


Ведь я — монах. Давал обет терпеть всякое озлоб­ление, и укоризну, и поношение, и изгнание. И если это сбывается, если сие терплю, то радоваться подобает, как совершается чин пострижения на деле, а не унывать. Сказано: «С великою радостью принимайте, братия мои, когда впадаете в различные искушения» (Ср.: Иак.1, 2). Помню я, когда еще был Николаем, батюшка Варсонофий сказал надо мной молит­венно такие слова: «Господи! Спаси сего раба Твоего! Буди ему Помощник! Защити его, когда он не будет иметь ни крова, ни приюта!..» (преп. Никон).


«Тогда будут предавать вас на мучения и убивать вас; и вы будете ненавидимы всеми народами за имя Мое» (Мф. 24, 9). Слово это относится ко всем христианам, которые жили в первые века христианства и будут жить в последнее время Церкви Христовой на земле (преп. Варсо­нофий).


Гонения и притеснения полезны нам, ибо они укреп­ляют веру (преп. Никон).


...Заметьте, Колизей разрушен, но не уничтожен. Коли­зей, вы помните, это театр, где язычники любовались на мучения христиан, где лилась рекою кровь христиан-му­чеников... Ад тоже разрушен, но не уничтожен, и придет время, когда он даст о себе знать. Так и Колизей, быть может, скоро опять загремит, его возобновят, поправят (преп. Варсонофий).


...Монастыри будут в великом притеснении и гоне­нии... Истинные христиане будут ютиться в маленьких Церквочках... Не дай, Господи, дожить до этого времени... А вы доживете, будете в монастыре, которые вообще бу­дут в гонении, а потом и в лишении (преп. Варсонофий).


Нам... прискорбно видеть и слышать о невинно страждущих, но Бог знает больше нас, что кому нужно и сколько надобно <огня> искушений скудельному сосуду. Будьте спо­койные (преп. Лев).


Не удивляйся и не ужасайся. Апостол пишет: «все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3, 12), если не от людей, так от бесов, и Господь глаголет: «враги человеку домашние его» (Мф.10, 36). Терпи все и смиряй­ся, тогда будет хорошо и спокойно (преп. Амвросий).


Ты указываешь на два лица... которые особенно затруждают путь твой, подстрекаемые завистью. Что делать, когда так идет от начала мира и продолжается во всех временах года. Некоторые о сем затруднении выражаются очень просто: Каин родился прежде Авеля, и Исав прежде Иакова. Но держащиеся добра впоследствии получают ус­пех, хотя и много случается им потерпеть от прилежащих злу. Не вотще Апостол говорит: «все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3, 12). Теперь нет Диоклитианов и Максимианов, но враг находит удобство досаж­дать держащимся благочестия через слабых и нерадивых (преп. Амвросий).

Гордость

...Все... происходит от гордости. Это главный источ­ник всех наших грехов, зол и бедствий (преп. Макарий).


...Всех ваших поползновений причина и корень — гор­дость; отрасли ее: превозношение, о себе мнение, зазрение людей, уничижение и осуждение их. Как бы мы ни стара­лись делать добродетели, но при сих действиях они мрачны и не приносят пользы, ибо оные-то и суть преступление и сопротивление воле Божией; Его святое учение и самая жизнь есть кротость и смирение, коим и повелел нам научать­ся от Себя, дабы обрести покой душам нашим (Мф. 11,29). Всех наших зол причина — гордость, а всех благ ходатай — смирение! (преп. Макарий).


....Гордость же, всем известно, что есть самый богоненавистный порок, против коего должно поставить Христово смирение и всегда себя иметь худша всей твари... Мы, говоря: «Господи, даждь ми смирение», — должны принимать те врачевства с любовью, кои нам от Бога посылаются ко уврачеванию — как гордости, так и прочих грехов, а оные суть: скорби, поругания, укоризны и досады от других, все это посылается Промыслом Божиим к нашему испытанию и исправлению, то и должно нудить себя носить их ко испровержению нашей гордости и за грехи; когда мы, приявши язву в сердце, представим наши скверны, то и невольно заградятся уста к противословию, а сия из первейших скверн есть — гордость, ибо Писание нечистым называет гордого (преп. Макарий).


Ты клевещешь, что рождена с гордостью, оная проис­ходит не от естества (природы). Бог не сотворил тебя гордою; но от произволения и в навык обращается; прело­жи оное на смирение и научись от самого Господа, «яко Он кроток и смирен сердцем: и обрящешь покой душе твоей» (Ср.: Мф. 11, 29) (преп. Макарий).


Еще пишете, что вы не видите в себе тщеславия и гордости и желали бы знать признаки оных. Самое то, что не примечаете в себе сих страстей, есть признак, что они содержат душу вашу, облекая ее тьмою и мраком, которые как в видимых предметах, так и в мысленных, равно препятствуют видеть предлежащее (преп. Макарий).


Ты в недоумении вопрошаешь, почему Господь не по­шлет тебе скорого избавления от мира, и сам, от моего имени, отвечаешь: «за гордость», и тут же себя оправды­ваешь: «Боже мой, пред Тобою ли мне гордиться?» и про­чее. Я не могу тебе сказать, почему Господь не допускает исполниться твоему желанию. Судеб Господних бездна многа, и нам оные непостижимы; но что в тебе есть гордость, как и все мы ее не чужды, только в разных степенях, доказывают твои падения (преп. Макарий).


Ты знаешь, где падение, — хоть и в помыслах, — там предварила гордость. Эту-то гидру с семью ее главами по­беждай помощью Божиею (преп. Макарий).


Где нет света, там тьма, а где нет смирения, там гордость покрывает тьмою все наше устроение. Из первых твоих строк вижу сознание, что за гордость попускаются тебе искушения и падения. Это истинно справедливо, в чем нас удостоверяют святые отцы, сами прошедшие путь сей (преп. Макарий).


Ссоры и споры с А., верно, за пустое бывают и происхо­дят не от чего другого, как от гордости. Попери этого змия смирением, самоукорением, ты же имеешь возможность не следовать своему разуму и воле — самые удобные средства к избавлению от гордости. Случится скорбь на А., не доверяй себе, умолчи, пойди спроси у матери Н., право ли ты делаешь, раздражаясь? — и прими совет, врачующий тебя. Когда так будешь поступать, то и боязливость твоя тебя оставит, ибо оная происходит от гордости и тщеславия (преп. Макарий).


Гордость более всего лишает людей и добрых дел, и помощи Божией: где нет света, там тьма, а где нет смире­ния, там заступает место гордость... (преп. Макарий).


...Надобно смиряться во всем, и тогда удобнее сокрушить сети вражии, ибо гордость бывает причиною сильных браней и побеждений от них (преп. Макарий).


...Лучше, иметь борьбу со своими немощами, нежели с гордостью. Зря свои немощи, себя охуждаем и смиряем, а осуждая других, гордостью водимся (преп. Макарий).


Против гордости — воспоминание о грехах своих, па­мять смирения Христова, вменять себя худша всех, помнить, что гордым Бог противится (1 Пет. 5, 5) (преп. Макарий).


Но ведь дело это не единого дня или месяца есть, но многого времени, произволения, подвига, труда и помощи Божией требуется к искоренению сего смертоносного корня <гордости>, а оному исторгнуту бывшу, и все ветви страстей иссохнут и отпадут... (преп. Макарий).


Вы у игуменьи проситесь жить вместе с сестрой в одной келье. Ты пишешь, что осуждаешь. Но ведь это тру­ды и подвиги, все пропадет. Гордым нет места на небе - но во аде с бесами. Подумай об этом хорошенько. За осуждение, укорение, злопамятность и за гордость — никто не будет наследником Царствия Божия, если не исправится таковой, то не миновать ему геенны огненной (преп. Иосиф).


Гордая монахиня, бывшая сборщица, не хочет прини­мать ваших слов. Ну и Бог с ней. У святого Лествичника написано, что гордых силен исцелить только Един Бог. А потому молитесь за нее, чтобы Сам Господь имиже весть судьбами вразумил и наставил ее на полезное и спасительное (преп. Иосиф).


Краеугольный камень иноческого жития есть смирение. Смирение и послушание помогают приобрести различные добродетели, особенно в телесном отношении, но если есть гордость — все пропало. Подобно тому, как погибают, делаются ничем пятисотрублевые кредитные билеты, бро­шенные в огонь. Пока они вне огня, они имеют огромную стоимость, но лишь только попали в огонь — превраща­ются в пепел, ничего не стоящий. Или еще, человек с великими добродетелями, но гордый — подобен огромному кораблю, нагруженному всякими драгоценностями, но не входящему в пристань, а гибнущему среди моря. Так с одной стороны велик и гибелен порок — гордость, а с другой — так спасительно смирение. «На кого воззрю, только на кроткого и смиренного, трепещущего словес Моих» (Ср.: Ис.66, 2), — говорил Господь (преп. Варсонофий).


Ту гордыню, в которой они <бесы> стоят перед Богом, мы себе даже представить не можем. Мы не можем понять, с какою ненавистью относятся они к Богу... «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (1 Пет. 5, 5). Почему не сказано, что Бог противится блудникам, или завистливым, или еще каким-либо, а сказано: именно гор­дым? Потому что бесовское это свойство. Гордый стано­вится как бы уже сродни бесу... (преп. Варсонофий).


За гордостью, словно по стопам ее, всегда идет блуд (преп. Варсонофий).


Ты пишешь, что с прочими своими грехами помнишь беспредельную свою гордость и тщеславие, которые и суть причиною всех твоих скорбей и бедствий душевных и те­лесных, ибо Господь гордым противится, смиренным же дает благодать. Помня о беспредельной гордости своей, не красуйся ею, но сбрось с себя, яко непотребную одежду, и старайся облечься в ризу смирения, которая прикроет твою душевную наготу и доставит радование и веселие души (преп. Лев).


...А <как> и мы чувствуем за собой долги пред Богом, то и должны не бегать нареканий, выговоров и оскорбле­ний, но ими не только долг заплатится, но и исцелится великая душевная болезнь — гордость приложением сих пластырей с Божиею помощью (преп. Лев).


Видно, еще есть в тебе дух гордости, который проти­вится смирению, смиренный же во всех приключающихся оскорблениях не смущается, но не престает искать спасе­ния душевного (преп. Лев).


Брат N. в сомнительном состоянии. Это неудивительно, к прежнее в нем напоение отрыгается, в гордости житейской бывшее между теми мыслителями, о которых есть слово истины: «рече безумен в сердце своем: несть Бог» (Пс. 13, 1) (преп. Моисей).


Разве есть благородная гордость? Ее нет, а есть одна только гордость бесовская (преп. Моисей).


Ежели ты с сестрой родной жить не можешь, то и с Ангелом в раю, похоже, что не уживешься — по гордости (преп. Иосиф).


Гордых Сам Бог исцеляет. Это значит, что внутренние скорби (которыми врачуется гордость) посылаются от Бо­га, а от людей гордый не понесет. А смиренный от людей все несет, и все будут говорить: достоин сего (преп. Амв­росий).


Из писем твоих видно, что ты предаешься подозри­тельности, так что говоришь, что убедить тебя никто не может. Это нехорошо. Пожалуй, скажешь: и не нужно, чтобы кто разубеждал тебя в этом. Это значит, что ты уж очень уверена в непогрешимости своих воззрений и умо­заключений. А это черта нехорошая, это признак великой гордости (преп. Амвросий).


Просишь меня испросить тебе ту благодать от Господа, чтобы в полном сознании считать себя хуже и грешнее всех в обители, и тут же пишешь, что если тебе дадут келейную, то удалишься, и что молилась Царице Небесной, ежели Ей угодно, чтобы ты окончила жизнь здесь, чтобы тебе не да­вали келейной. Да ведь это ты сама сделала такое условие, сама решила. Если хочешь избавиться от гордости и само­мнения, то прежде всего требуется покорность воле Божией. Если хочешь, чтобы все было по воле Божией, то терпи все и не вымышляй вражеских условий, не лезь сама во вражескую сеть (преп. Амвросий).


...Пишешь, что гордость и самонадеянность иногда очень беспокоят тебя. Оберегайся этих злых страстей. Из примера святого царепророка Давида видно, что гор­дость и самонадеянность вреднее прелюбодейства и убий­ства. Последние привели Пророка к смирению и покая­нию, первые довели его до падения, как объясняет он в одном псалме, говоря: «рех, не подвижуся во век» (Пс. 29, 7). По падении же своем совсем иное говорил: «червь есмь, а не человек, поношение человеков и уничижение людей» (Пс. 21, 7) (преп. Амвросий).


...Писала ты, что по временам нападают на тебя по­мыслы гордые и самонадеянные, но в этом же письме, опи­сывая душевное свое состояние, говоришь, что ты подобна разломанному зданию без окон и без дверей и т. д. Это самое и вспоминай, когда будут приходить гордые помыс­лы, и сама себе говори: разграбленной, разоренной чем гор­диться? (преп. Амвросий).


Вражий гул продолжает тебе досаждать, и враги вся­чески ухитряются уязвить душу твою стрелами гордости и возношения. И ты, разумея хитрость вражию, и вместе пагубу и вред сих страстей, т. е. гордости и возношения, старайся смиряться пред Богом и людьми и с самоукорением исповедуй немощь свою Господу, да подаст тебе все­сильную помощь Свою и избавление. Рек бо Сам Господь: «без Мене не можете творити ничесоже» (Ин. 15, 5). И чрез Пророка глаголет: «если Господь не охранит города, напрасно бодрствует страж» (Пс. 126, 1). И святой Лествичник от лица страстей, т. е. гордости и возношения, говорит: «аще человек выну будет укорять себя искренно и чистосердечно пред лицем Божиим, то презрит нас, яко паутину» (преп. Амвросий).


Советую тебе осмотреться и посмотреть на себя со всех сторон со светильником евангельского учения, а то в тебе проглядывает немалая горделивость. Сама же ты должна знать, что «гордым Бог противится, смиренным же дает благодать» (1 Пет. 5, 5). Тебе мать Игуменья запрещает подавать советы сестрам, в каких бы то ни было случаях, а ты об этом запрещении рассуждаешь с горделивым него­дованием. Лучше смирись и покорись в простоте сердца запрещению матери Игуменьи, так как сказано: «нет власти не от Бога; противящийся власти противится Божию установлению» (Рим. 13, 1—2). Напомню тебе и то, что ты за ревность твою неблаговременную и неуме­стную довольно наказалась, и потому нужно смиряться и покоряться воле Божией, выражающейся устами началь­ствующих (преп. Амвросий).


...Сама сознаешься, что часто бываешь в борьбе с высокоумием. Блюди же за этим и отвергай гордые и всякие другие Богу противные помыслы. Все святые считали себя худшими всех, землею и пеплом, значит, если кто высокое о себе помышляет, тот не идет путем, указанным святыми отцами (преп. Амвросий).


А гордость страшна тогда, когда не замечаем ее, а если замечаем и каемся и сокрушаемся, то Господь не поставит в грех (преп. Анатолий).


Говоришь, что у тебя на душе трудно и беспокойно: это ни от чего другого, как от гордого устроения твоего. Господь успокаивает и утешает смиренных и кротких, а гордые пожинают плоды своего устроения: смущение, немирство, беспокойство и прочее, как пишет святой Исаак Си­рин; в монастырь жить — не на покой пришла, а на брань против страстей и злых духов, тогда будет покой, когда победим страсти и совершенно смиримся (преп. Макарий).


Не вдруг лезь на небо, но смиренно поступай, а то хуже всех грехов, когда гордость и мнение обладают тобою (преп. Макарий).


Пишешь, что тебе кажется, ты лишняя, хотя этого тебе никто не говорил. И спрашиваешь, отчего это? Тебе эту задачу разрешил бы наш почти всякий послушник: «Оттого, что ты не первая». Если бы у тебя было чувство христиан­ского смирения, ты никогда и не подумала бы, что о тебе обязаны другие помнить, что ты стоишь того, чтобы быть в ряду, словом, что ты нелишняя. Тотчас же просишь совета, как от этого избавиться, и что ты нетерпелива и раздра­жительна. Как избавиться, давно изрекла Истина: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф. 11, 29) (преп. Анатолий).


Гордость есть первая степень бесовского устроения. Но хотяй всем человеком спастися и в разум истины прийти, попускает диаволу и людям смирять нас... (преп. Анато­лий).


Прощенья просить трудно тому, кто горд. Диавол тоже не умеет и не любит просить прощенья (преп. Анатолий).


Смири же себя! А то от тебя пахнет гордынею! Меня начальницы презирают, меня все сестры презирают! Да имеешь ли что, за что б тебя почитали? А нету, так смирись! И спасешься! (преп. Анатолий).


А гневна и непокорна ты — от гордости. Молись, терпи, и пройдет (преп. Анатолий).


Тебе кажется, что у тебя послушание более всех, а мне кажется, что у тебя гордости более всех. Иначе не пришла бы тебе в голову такая мысль. А что трудно тебе, в этом я уверен. Ибо всем трудно спасти свою душу (преп. Анато­лий).


Если у тебя так сильно проявляются гнев, ропот, то это верный признак души гордой. Смирись, укори себя, и силен Господь подать тебе руку помощи и утешить (преп. Анато­лий).


На вопрос инока, вопрошавшему его, как победить гор­дость, старец сказал: «Для этого необходимы борьба и самопонуждение к смирению. Это не вдруг приходит, а со временем. Это то же, что пролить кровь. Проси Бога. Постепенно будешь осваиваться со смирением, а после оно и в навык обратится» (преп. Исаакий).


....Гордость бывает разная. Есть гордость мирская — это мудрование, а есть гордость духовная — это самолюбие. Оно и точно, люди воистину с ума сходят, если на свой ум полагаются да от него всего ожидают. А куда же нашему уму, ничтожному и зараженному, браться не за свое дело. Бери от него то, что он может дать, а большего не тре­буй... Наш учитель — смирение. Бог гордым противится, а смиренным дает благодать. А благодать Божия — это все.. Там тебе и величайшая мудрость. Вот ты смирись, да скажи себе: «Хотя я и песчинка земная, но и обо мне печется Господь, и да свершается надо мною воля Божия...» Вот если ты скажешь это не умом только, но и сердцем, и действительно смело, как и подобает истинному христиа­нину, положишься на Господа, с твердым намерением без­ропотно подчиниться воле Божией, какова бы она ни была, тогда рассеются перед тобою тучи и выглянет солнышко, и осветит тебя, и согреет, и познаешь ты истинную радость от Господа, и все покажется тебе ясным и прозрачным, и перестанешь ты мучиться, и легко станет на душе... (преп. Анатолий).


Жил в монастыре монах, который все говорил: «ах, я окаянный!» — Раз игумен пришел в трапезу и, увидав его, спрашивает: «Ты зачем тут со святыми отцами?» Монах отвечает: «А затем, что и я тоже святой отец» (преп. Амв­росий).


Распустили про одного монаха слух, что он святой. И все даже в глаза ему говорили это. А он все называл себя грешным и при этом смиренно кланялся всем. Но вот раз он кому-то по обыкновению своему сказал: «я греш­ный», а тот ему в ответ: «знаю, что ты грешный». — Он так и встрепенулся: «как? Разве ты что-нибудь про меня слышал?» (преп. Амвросий).

 

<<предыдущая  оглавление  следующая>>