Собор Оптинских Старцев
Аудио-трансляция

По­э­ты и ху­дож­ни­ки, ко­то­рые удов­лет­во­ря­лись толь­ко вос­тор­га­ми, по­лу­ча­е­мы­ми от ис­ку­с­ства, по­доб­ны лю­дям, до­шед­шим до пор­ти­ка Царс­ко­го двор­ца, но не во­шед­шим внутрь чер­то­га, хо­тя им и пред­ла­га­ли.

преп. Варсонофий

<<предыдущая  оглавление  следующая>>

 

Бог

Бога познавать могут люди по мере того, как будут совершенствоваться еще здесь на земле, но главным обра­зом в будущей жизни. На небе все бесплотные блаженные духи все время совершенствуются, подражая низшие выс­шим... Самые высшие духи — это Серафимы, но и они не видят Бога таким, какой Он есть на самом деле, хотя каждое мгновение с огромной быстротой идет их совершен­ствование, и они подражают Богу насколько им возможно. А Серафимам подражают Херувимы и т. д. Наконец, че­ловек подражает Ангелам. И так друг другу подражая, все стремятся к совершенству, поэтому, познавая Бога, но ни­когда ни познать, ни увидеть Его не будут в состоянии, ибо Господь Бог есть Существо беспредельное, а все остальные существа, как сотворенные Богом, ограничены. Была одна попытка не только сравниться с Богом, но даже встать выше Него и окончилась тем, что сей серафим стал ниже всех и приобрел сразу все отрицательные свойства за свою гор­дость и дерзость (преп. Варсонофий).

Богатство

Богатство состоит не во имениях многих, но в доброй совести, которая и без богатства тленного уже имеет свои награды: и Бог силен даровать им нужное и довольное (преп. Лев).


Можно спастись и в богатстве, и в бедности. Сама по себе бедность не спасет. Можно обладать и миллионами, но сердце иметь у Бога, и спастись. Например, Филарет Мило­стивый имел огромное богатство, но этим богатством приоб­рел себе Царство Небесное, помогая бедным и обездоленным. Авраам также был очень богат: его богатства по тогдашнему времени заключались в обширных стадах, но это не помеша­ло ему спастись. Можно привязаться к деньгам и в бедности погибнуть. Стоял, например, один нищий на паперти, терпел холод и голод, чтобы только накопить несколько денег. Накопил рублей сорок-пятьдесят и умер. И пошла душа его в ад, так как она привязана была не к Богу, а к этим рублям (преп. Варсонофий).


Вот ты до какой степени увлеклась миром, что и разум потеряла: ты говоришь, что богатым легче спастись, а Гос­подь сказал: «Неудобно богатые внидут в Царство Не­бесное» (Ср.: Мф.19, 23). Благодари Бога, что не богата (преп. Анатолий).


..Не в богатстве дело, а в нас самих. Человеку сколь­ко ни давай, не удовлетворишь его (преп. Амвросий).


Напрасно ты думаешь, что средства материальные дали бы тебе успокоение. Нет, эта мысль ложна. Есть люди со средствами в глазах твоих, но беспокоятся более, нежели ты. Постарайся лучше смириться и тогда обрящеши покой, как Сам Господь обещал чрез евангельское слово. Если кто присылает тебе что-либо, принимай это, как от руки Божией, и бедностью не стыдись. Бедность не порок, а главное средство к смирению и спасению. Сам воплотившийся Сын Божий благоизволил в бедности пожить на земле. Помни это и не стыдись... Успокойся и Божию помощь призывай (преп. Амвросий).


Как важно во всем полагаться на волю Божию, крепко верить в Его Божественный Промысл, устрояющий все во благо. Эту Пасху я был утешен приездом двух иноков, которые раньше жили у нас, а потом были переведены в Петербург. Скучают они по Оптиной обители. Дорог??а дорога при их скудных средствах, часто не приедешь. Они сетуют: «Вот денег нет, а было бы <их> много, часто бы навещали святую обитель Оптину». Я же ответил им на это, что было бы у вас много денег, верьте, совсем бы не приехали к нам. Люди богатые часто забывают «едино на потребу» и все время проводят лишь в том, как бы удовлетворить свои прихоти (преп. Варсонофий).


Напрасно ты думаешь, что богатство или изобилие, или, по крайней мере, достаточество было бы для тебя полезно или успокоительно. Богатые еще более тревожатся, нежели бедные и недостаточествующие. Бедность и недостаточество ближе и к смирению, и ко спасению, если только чело­век не будет малодушествовать, а с верою и упованием возложится на всеблагий Промысл Божий. Доселе питал нас Господь и вперед силен сотворить сие... (преп. Амвросий).


...Довольство и изобилие портит людей. От жиру, по пословице, и животные бесятся (преп. Амвросий).

Богообщение

Положение Иова — закон для каждого человека. По­ка богат, знатен, в благополучии, Бог не откликается. Ког­да человек на гноище, всеми отверженный, тогда является Бог и Сам беседует с человеком, а человек только слу­шает и взывает: «Господи, помилуй!» (преп. Нектарий).

Богопознание

Если мы будем стараться очищать сердце свое от стра­стей (а не действовать оные), то, по мере очищения, благо­дать Божия будет отверзать очи сердечные к видению света истинного; «блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят» (Мф.5, 8), но тогда, когда и смирением усовершат себя, ибо смиренным открываются таинства... (преп. Макарий).


...В Евангелии говорится, что «никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть» (Ср.: Мф.11, 27). Это значит — никто не может сам по себе познать Бога и Господа нашего Иисуса Христа, иметь правильные понятия о вере в Бога, если не откроет ему этого Сам Бог. Никто сам по себе не может познавать волю Божию, путь Госпо­день, иметь правильные понятия о духовной жизни и хрис­тианской нравственности, если не научит этому Сам Гос­подь. А научает Он того, кто искренно желает этого и просит об этом Господа, кто оказывается способным и до­стойным этого научения, кто хранит свою совесть, кто стремится к Свету, кто понуждает себя на всякое добро (преп. Никон).


Господь «научит кроткия путем Своим» (Пс.24,9). Так сказано в псалме. Человека только Бог научает путям Своим, но только при условии, что человек кроток, смирен. Только таких научает Бог (преп. Никон).

Богословие

Что нам, страстным, входить в неведомые тайны и в постановления Церкви, а <надо> просто повиноваться оной и считать учение ее непогрешительным. «Гордый испытует тайны, но таинства открываются смиренным»... Можно бы и еще много найти, но оставляю, считая излишним страст­ным нам в море богословия пускаться. Лучше постараемся помаленьку очищать от страстей ум и сердце, тогда сама со­бою благодать напишет законы свои на чистых скрижалях сердечных (преп. Макарий).


Ты ...спрашиваешь меня о собеседовании, о Боге, о Его Вездесущии, судьбах Его и прочем, при оном чувствуешь ты утешение, и позволительно ли оное чувство? Все то, что приводит нас к любви Божией и смирению, позволительно; но надобно знать нам свою меру и не увлекаться в высоту, а паче при страстном нашем устроении. Думаю, помнишь ты, как один брат говорил старцу, что он зрит всегда Бога, а он ему отвечал: «Блажен, кто зрит грехи свои». И к Пимену Великому пришедши брат, когда вопрошал его о великих, божественных вещах или материях, то он молчал и ничего не отвечал, а когда тот, быв вразумлен, стал вопро­шать о немощах и страстях, то и он отверз уста свои и благодать Божия излилась; впрочем, нельзя совершенно отречь сего собеседования, но не увлекаться утешениями. Мы ведь и читаем и поем, а все поучаемся о Боге, о Его Промысле и о заповедях. Везде потреба смирения! (преп. Макарий).


Спасибо тебе... что ты сама решила свой вопрос о изведении Господом из ада прежде воплощения умерших людей — душ. Не наше дело богословствовать; и святой Лествичник, и святой Исаак, и святой Варсонуфий не дозво­ляют нам о сем любопытствовать и испытывать, а оплаки­вать свои грехи и очищать страсти. А я скажу о сем мое мнение, что я не знаю, и, верно, не ошибочно сие. Богу это известно: в Его власти состоит наказать и миловать, и суд весь дан Сыну (преп. Макарий).


Вы пишете, что, сознательно веря в бытие Бога, вы доходите почти до убеждения, что представление Его в трех Лицах и разделение Небесных Сил на чины есть не что иное, как идеал государства. Такое понятие ваше весьма неверно и далеко отстоит от истины, особенно по причине какого-то смешения Божества с тварями, от Него созданными. Иное есть Единый Бог в трех Лицах, и иное девять чинов ангельских, от Него созданных, и, наконец, совсем иное — государства земные и человеческие. Триединый Бог невидим и непостижим для твари, даже для Ангелов, кольми паче для человеков. От­части же ведом по откровению, сперва чрез пророков, ве­щавших Духом Святым, а потом чрез Единородного Сына Божия вочеловечшегося, как говорит святой Евангелист Иоанн Богослов: «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1, 18). Как Единый Бог есть в трех Лицах, тому малое подобие видим в трисолнечном свете. Иное есть самое солнце и рождающий­ся от него свет, и иное — исходящие от солнца лучи. Все это одного существа и нераздельно, и с тем вместе тройст­венно. Второе подобие видим в душе человека. Иное есть ум в человеке, и иное есть внутреннее слово, от ума рожда­ющееся, которое передается другому и в то же время оста­ется внутрь нас; и иное есть дух, оживляющий человека и ведущий тайны его, по сказанному: «кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия» (Ср.: 1Кор. 2, 11). Все это составляет одно разумное существо челове­ка и вместе с тем есть тройственно. О Боге Едином и вместе Триедином твари, особенно люди, могут делать только такое заключение. Все видимое от Невидимого. Все вещественное от Невещественного. Все имеющее на­чало от Безначального. Все имеющее конец от Бесконечного. Все временное от Вечного. Все имеющее предел от Беспредельного. Все измеримое от Неизмеримого. Все постижимое от Непостижимого. Некоторые из святых отцев любомудрствуют, что сперва были созданы десять чинов ангельских, в знамение Единого и Триединого Бога; потому что единица и троица, помноженная сама на себя, составля­ет десятицу. Но десятый чин пал; осталось только девять чинов ангельских, по подобию которых существует на земле не идеальное какое-либо государство человеческое, а единая истинная Вселенская Церковь, основанная Сыном Божиим, Господом нашим Иисусом Христом и искупленная дражайшею Его Божественною Кровию, как о сем говорит Апостол: «Един Бог, едина вера» (Еф.4, 5—6), то есть как Един Истинный Бог, так на земле единая истинная вера. Другие же вероисповедания, как бы себя ни величали, осно­ваны на примеси ложных понятий человеческих. Таинства, видимо совершаемые на земле в Церкви Христовой, чрез которые благочестивые христиане соединяются с Богом, носят образ таинств невидимых небесных (преп. Амвросий).

Богослужение

... Без видимой Святой Церкви не могло бы быть и Святых Тайн Христовых, без которых человек не может наследовать живота вечного. Молитвословие церковное толикую имеет силу и важность, что церковное едино «Госпо­ди помилуй», превосходит все келейные духовные упраж­нения; и потому-то святые отцы, предстоя во святом храме, воображали, что они предстоят на небеси пред Престолом Божиим! (преп. Антоний).


У преподобного Иоанна Лествичника спросили, есть ли верные признаки, по которым можно узнать, приближается ли душа к Богу или отдаляется от Него. Ведь относительно обыденных предметов есть определенные признаки — хоро­ши они или нет: когда, например, начинает гнить капуста, мясо, рыба, то легко заметить это, ибо испорченные предме­ты начинают издавать дурной запах, изменяют цвет и вкус, и внешний вид их свидетельствует о порче. Ну, а душа? Ведь она бестелесна и не может издавать дурной запах или менять свой вид. На этот вопрос святой отец ответил: верный признак омертвения души есть укло­нение от церковных служб. Человек, который охладевает к Богу, прежде всего начинает избегать ходить в церковь. Сначала старается прийти к службе попозже, а затем и вовсе перестает посещать храм Божий. Оттого-то для ино­ков и обязательно посещение службы. Правда, по неот­ложным делам иногда разрешается не ходить ко всем служ­бам, но при возможности это вменяется в необходимую обязанность. У нас в скиту даже обходят кельи по празд­никам, чтобы никто не уклонился от церковной службы (преп. Варсонофий).


Как хорошо бывать в храме, слышать священные мо­литвы, песнопения и псалмы! Какая глубина сокрыта в псаломских и других священных изречениях! Любил я мона­стырские утрени! Конечно, за чтецом нельзя все сообразить, но даже если одна мысль западет, и то хорошо... (преп. Никон).


В церковь ходите обязательно, и всегда до начала, пер­вым старайтесь прийти. Утреня — одно из самых трудных установлений монастырской жизни, зато и имеет великую силу. Утреня, по словам древних отцов, важнее обедни. За обедней Иисус Христос приносит нам Себя в жертву, а за утреней мы себя приносим Ему в жертву. Это понуждение, эта борьба с плотью и имеет такое значение (преп. Вар­сонофий).


...Нужно к службам входить до звона, чтобы звон за­ставал вас уже в храме. Почему так? Потому, что в это время Матерь Божия входит в храм. Это я читал где-то прежде. А потом читал про киевского о. Паисия... Это был подвижник — монах юродствовавший. Однажды он при­шел к вечерне; отзвонили. В храме нет никого. Пономарь, справив все, вышел из храма. Остался он один. Вдруг он слышит шелест, как будто кто идет. Он посмотрел и видит высокого роста Величественную Жену в сопровож­дении святого апостола Петра и еще кого-то. Она оглянула храм и произнесла такие слова: «К вечеру отзвонили, а монахов нет». Затем обратилась к о. Паисию, благослови­ла его, осенив широко крестным знамением, и пошла из храма, подымаясь в то же время от земли. Отец Паисий вышел за Ней из храма... Она поднималась все выше и выше, пока не исчезла совсем из глаз о. Паисия... (преп. Варсонофий).


Утреня в скиту у нас имеет громадную важность. На ней держится вся скитская жизнь, но она также пред­ставляет немалую трудность. А для нас, привыкших в миру поздно вставать — это одно из самых трудных положений скитской жизни. Поэтому не надо давать сей поблажки сначала, надо положить твердо встать во что бы то ни ста­ло... «Смотрите, не просыпайте утреню, — говорил мне отец Анатолий, — это очень опасно. Бывали случаи, что многие от этого уходили и пропадали. Сразу надо браться за это дело, с самого начала. Вот и мне за молитвы старцев это далось ничего...» (преп. Варсонофий).


Вопрос: «Трудно мне к утрени вставать; как быть?» Ответ: «Тягость бывает от недостатка ревности и стра­ха Божия. — Если не будешь ходить, то тебе будет стыдно и грешно. Если же когда по болезни не будешь у церковных служб, то об этом должен мне сказывать» (преп. Амвросий).


Из... книги «Учительное известие» я узнал, что при совершении богослужения важно не то, чтобы громко и красиво делать возгласы, а чтобы служить с благоговением (преп. Никон).


При слабости сил и усталости сидеть в церкви можно. «Сыне, даждь Ми сердце твое» (Притч. 23, 26). «Лучше сидя думать о Боге, чем о ногах стоя», — сказал святитель Фи­ларет Московский (преп. Никон).


Великим постом не служат обедни вот почему: Ли­тургия - это победный гимн христианства, пост — время плача и покаяния (преп. Никон).


В праздности грех время проводить. И службу церков­ную и правило для работы упускать грех. А то смотри, Господь как бы тебя не наказал за это (преп. Амвросий).


К службе церковной непременно должна ходить, а то больна будешь. Господь за это болезнью наказывает. А бу­дешь ходить, здорова и трезвеннее будешь. — Батюшка Макарий, случалось, заболит, а все пойдет в церковь. — Посидит, потом в архиерейскую келью выйдет; там места не найдет, перейдет еще в келью к отцу Флавиану, — там побудет, но когда уже увидит, что не в силах быть долее в церкви, перекрестится, да и уйдет. А то все не верит себе (преп. Амвросий).


К началу ходить к службе — трезвеннее будешь (преп. Амвросий).


К утрени надобно ходить, потому что во время Литур­гии за нас приносится Бескровная Жертва Богу, а ходя к утрени, мы сами себя приносим в жертву Господу, жертву­ем для Него своим покоем (преп. Моисей).


Кафизму иногда стоять и непременно вставать на сла­вах (преп. Амвросий).


Кафизму попробуй стоять в уголке, а потом выйди на свое место (преп. Амвросий).


Четки даны для того, чтобы не забывать молитву тво­рить. Во время службы должно слушать — что читают, и перебирать (четки с молитвою): «Господи помилуй», а когда не слышно (чтения), то: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, помилуй мя грешную» (преп. Амвросий).


Во время чтения Апостола дома можно сидеть, если кто другой читает. И в церкви можно сидеть, когда не в силах стоять (преп. Амвросий).


Оттого дремлешь в церкви и не слышишь службы, что помыслы бродят туда и сюда (преп. Амвросий).


«Христос воскресе» — читать, когда положено Церковию, а то не должно (преп. Амвросий).


Кто бывает в храме Божием, тот может возглашать: «во дворех Твоих воспою Тя Спаса мира, и преклонь колена, помолюся Твоей непобедимей силе, вечер, и утро и полудне, и на всякое время благословлю Тя, Господи». А сидящий в келье и большею частью лежащий как и что воспоет? (преп. Амвросий).


Объясняешь... что ты, побеждаясь немощью челове­ческою, в церкви разговариваешь с любимою тобою мона­хинею, которая и тебя любит. — Вне церкви объясни этой монахине, что тебя совесть очень упрекает за разговоры в церкви, и попроси ее, чтобы она вперед не начинала разговоров и тебя бы останавливала, когда ты, забывшись, начнешь о чем-либо говорить. Тогда и исполнится на вас слово Писания: «брат от брата помогаем, яко град тверд и огражден» (Притч. 18, 19) (преп. Амвросий).


Ты скорбишь о беспорядочной службе церковной. Ко­нечно, скорбно видеть это, ибо для нас первое утешение — чинное славословие Божие. Ангелы выну <всегда> хвалят Господа со страхом, и вся тварь благоговеет пред Ним и хвалит Его... хвалит Его и словесная Его тварь— чело­век... А как не в твоей воле состоят ваши беспорядки, то ты и предоставь это воле Божией. Он Сам попечется утешить богособранное стадо Свое, только не западала бы в вашем ревновании о благочинии и благоговении искра тщеславия, иначе она и попалит все прочее. Как идет, так пусть и идет, а ты не входи, ибо тебе не поручено наблюдать за порядком. Лучше дома прочти кафизму благоговейно, а церкви не удаляйтесь, ибо одно «Господи помилуй!» соборное — Богу приятнее... Ежели бы ты могла что сделать и упустила, то конечно бы подлежала ответу! (преп. Макарий).

 

<<предыдущая  оглавление  следующая>>