«Благодати было столько, что казалось, ее можно есть ложкой»: живые свидетельства возрождения Оптиной пустыни
19 сентября в конференц-зале монастыря состоялась встреча, посвященная возрождению Оптиной пустыни. Она была организована и прошла под эгидой Императорского Православного Палестинского Общества. Главным гостем и участником форума стал митрополит Тихон (Емельянов). В нем приняли участие наместник Оптиной пустыни епископ Иосиф, а также одни из первых насельников обители, свидетели и участники ее возрождения: архимандрит Мелхиседек, настоятель московского подворья; архимандрит Антоний, духовник братии; игумен Филипп, иконописец и один из духовников. Собравшиеся в конференц-зале братия и многочисленные паломники услышали удивительные свидетельства тех, кто стоял у истоков этого знакового для Русской Церкви события.
Начиная встречу, наместник монастыря епископ Иосиф с особой теплотой сказал о том, что такие встречи очень важны, ведь мы должны помнить о том, как возрождались наши обители, и передал слово митрополиту Тихону. В 1987 году владыка Тихон был назначен наместником московского Данилова монастыря и стоял у истоков возрождения Оптиной пустыни.
Митрополит Тихон начал свой рассказ, процитировав слова А.И. Осипова: «Тот монастырь успешен, куда люди приходят к руководителю, к старцу». Рассказав о духовных корнях старчества, о преподобном Паисии (Величковском) и его учениках, принесших традицию старчества и исихазма в Россию, особое внимание владыка уделил удивительной подвижнице – схимонахине Серафиме (Белоусовой). «Она духовно окормлялась у преподобных старцев Анатолия и Нектария и сама обладала даром прозорливости, – вспоминал владыка. – Еще в 1964 году матушка предрекла, что советская власть закончится при “царе Михаиле”, в одну ночь». Все святыни, которые хранила подвижница, она завещала передать в Оптину, когда обитель откроется.
А история возрождения монастыря началась в 1986 году. К владыке Тихону, тогда еще эконому Данилова монастыря, пришли Е.С. Бехтерева и В.М. Клыков с письмом к М.С. Горбачеву с просьбой о передаче Оптиной пустыни Церкви. «Я его отредактировал», – просто сказал митрополит, словно речь шла о чем-то самом обычном. 17 ноября 1987 года навсегда запечатлелось в памяти митрополита – в этот день его вызвали в Совет по делам религий и вручили распоряжение Совета Министров. Отправляясь в разоренную обитель, владыка подготовился основательно: «Я взял с собой пять монахов, бывших спортсменов, и пять рабочих – ведь было неизвестно, как примут нас учащиеся ПТУ, которое тогда размещалось на территории монастыря». Картина предстала страшная: «Оптина была разгромлена, все было осквернено». И Данилов монастырь отправил на ее восстановление рабочих и стройматериалы. А первым ее наместником стал помощник эконома Данилова монастыря иеромонах Иосиф (Братищев).
В апреле 1988 года в Оптину прибыл новый наместник архимандрит Евлогий. Он привез с собой из Троице-Сергиевой Лавры восемь человек – будущее ядро братии. Среди них были иеромонах Мелхиседек и отец Антоний, в то время семинарист.
Архимандрит Мелхиседек, начиная свое слово, отметил: «Оптина всегда будет благодарна Данилову монастырю». Он рассказал: «В те времена весь монастырь заключался в мансарде – там была келья наместника, канцелярия, три-четыре братских кельи, там же и трапезная с подсобкой».
Одним из самых удивительных моментов, по словам отца Мелхиседека, стало решение вопроса о реставрации трапезной. «В том помещении, где сейчас трапезная братская, в советское время размещался кинозал, стены с росписями были закрашены шестью или восемью слоями краски. Когда реставраторы начали в одном месте счищать ее – а это был крошечный участок, буквально метр на метр из общей площади 300-400 квадратных метров, – они могли попасть куда угодно, на орнамент, например. Но попали на лик Богородицы. Когда его расчистили, было решено полностью счищать краску и восстанавливать росписи». И для этого реставраторами был придуман оригинальный метод.
Рассказал отец архимандрит и о том, как в то время была организована жизнь братии. Например, в так называемые «братские часы» после обеда братия собиралась и выполняла строительные работы, разбирала кирпичи. И удивительно, сколько всего удавалось успеть за этот час. Именно братия раскопала фундамент колокольни. На эти работы выходили все – и отец Илий, и отец Федор. Монастырь воспринимался как свой дом». Особым был и богослужебный строй: «По воскресеньям мы служили на ранней литургии, потом исповедовали на поздней, или же исповедовали на ранней, а служили на поздней, или пели».
Поделился отец Мелхиседек и воспоминаниями о подвижнической жизни архимандрита Евлогия. Когда патриарх Пимен благословил его принимать Оптину, будущий наместник произнес: «Дважды не распинают», – подразумевая при этом, сколько трудов он положил на восстановление Данилова монастыря и сколько еще предстоит на новом месте. Отец Евлогий наравне с братией принимал участие во всех делах и богослужениях, при этом исполняя и свои обязанности наместника. Старец Кирилл (Павлов) даже назвал его «двужильным».
Удивительную историю рассказал отец Мелхиседек о местном жителе, который долго не соглашался продать квартиру, которую занимал в келье преподобного Амвросия. Когда он наконец согласился на 10 тысяч рублей, братия принесли ему большую хозяйственную сумку с деньгами – это были сплошь рубли и трешки. «Он взял, не пересчитывая: “Если вам не верить, то кому верить?” Но ночью его жене приснился сон – священник в золотом облачении сказал ей пересчитать деньги. В 4 утра они обнаружили 123 рубля сверх суммы и честно вернули их монастырю».
Затем слово взял архимандрит Антоний. «Господь дает благодать через службу, через молитву. Я замечал: как отслужишь литургию, потом едешь трудиться – и все получается», – поделился батюшка своим опытом.
Игумен Филипп, пришедший в монастырь в 1991 году, отметил: «В то время монастырь уже стоял на ногах – это другая эпоха». Он вспоминал: «Столько было благодати в те годы, она прямо висела в воздухе, так что казалось, что ее можно есть ложкой».
Каждый из присутствовавших на этой удивительной встрече унес в своем сердце частичку той эпохи, исполненной благодатной помощи Божией и духовной радости о том, что поруганная святыня вновь ожила и наполнилась молитвой.