Проповедь в Неделю мясопустную, о Страшном Суде.
Сретение Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа! Аминь. Только ради этой встречи созданы бесчисленные мириады звёзд. Только ради этого великого события бьётся беспокойное человеческое сердце.
И мы знаем, что если загорится эта какая-то маленькая искорка живого интереса человека к самому великому, самому удивительному, что может случиться в его жизни, если его внимание и любовь всё-таки направится к встрече с Богом, то это, конечно, стоит очень многого, этому цены нет. И вот ради этого, хотя бы маленького интереса, чтобы человек понял, что не так всё просто в этом мире, стоило жить старцу Симеону так много, несколько сот лет. Но у нас времени нет, у нас гораздо меньше времени. И в определённом смысле нам сложнее: «…се́дмьдесят лет, а́ще же в си́лах, о́смьдесят лет…» (Пс. 89:10). И что за этими годами, что там дальше? А за ними вечность.
И вот сегодняшний Праздник, Сретение, – это мы вспоминаем встречу нашего человечества с Богочеловечеством Христа. Что такое встреча, как мы её понимаем? Встреча – это всегда соединение того, что уже было как-то разделено. Адам за своё непослушание Богу потерял Бога, потерял вечность, купил себе у дьявола грех, болезнь, смерть. И Своим Рождеством Господь исцеляет вот это младенческое мышление Адама, как говорят святые отцы. Сретение – это встреча двух Заветов: Ветхого и Нового.
И смотрите, что важно: Сам Господь, Он приходит в мир, в этот обожжённый грехом мир, для того чтобы не отменить закон, как много раз говорил Сам Господь, а чтобы его исполнить (ср. Мф. 5:17). И вот две горлицы сегодня и птенцы голубиные, как в Священном Писании, в Евангелии сказано (ср. Лк. 2:24), они лежат у ног Того, Который сотворил всю вселенную. Так делали бедные люди, а Христос родился в бедной семье. И вот эта бедность Господа не та, как мы ее называем: бедный человек определяется достатком, какой-то заработной платой. Господь по-другому обнищал. Главное – это κένωσις (кенозис, истощение, смирение) Бога, когда Он воплотился, пришёл на землю таким же человеком, как мы. Как святые отцы говорят: «Бог становится Человеком, чтобы человек стал богом по благодати».
И вот святитель Григорий Богослов замечательно говорит, что вопреки своему богатству Христос сделался бедным, дабы мы обогатились его Божеством (ср. 2Кор. 8:9).
И вот сокровенно, таинственно, смиренно в лице праведного Симеона и пророчицы Анны, – только что мы Евангелие слышали, – всё вот это кающееся человечество, этот огромный пласт, огромное количество людей, как бы живущих в этом мире, оно выходит на встречу с Богом. И вот будучи одним из толковников Ветхого Завета, – мы это все знаем, – усомнившись в словах пророка Исаии: «…Се, Дева во чреве приимет…» (Ис. 7:14), праведный Симеон был оставлен на земле на целых 360 лет. Даже не вмещается в голове, правда? Чтобы в конце своей долгой этой жизни взять на свои объятия воплотившегося Бога. Величайшее чудо!
Так может быть и с нами. Господь уже взял бы кого-нибудь на Небо, уже приуготовил бы рай ему, кому-то из нас. Но вот человек никакого интереса не проявляет к Богу, к вечности, к Церкви. А Господь бывает, что продляет его жизнь, – а вдруг? Вдруг очнётся, вдруг побежит в храм. Но не всегда это случается. Как одна женщина рассказывала из одного маленького городка. Каждый день, говорит, у меня одна и та же картина. Захожу в свой подъезд, а там бабушки сидят, пожилые женщины, бабушки бальзаковского возраста. И она им говорит: «Бабоньки, что ж вы сидите? Сретение, пойдёмте в храм». А они всё вот эти кости перемалывают друг другу и показывают ей головой: «Нет». В другой день она проходит в свой подъезд и говорит: «Бабоньки, пойдёмте сети повяжем для воинов в помощь». И они тоже так головой: «Не-а». Это жест того, что человек не хочет, молчаливый жест показывает, что для человека встреча с Богом не нужна. Вот эта лавка, вот эти семечки, это ток-шоу, эти несчастные герои сериалов – всё это моё.
Но всё равно любой человек, самый заблудший, он важен для Бога. Второго такого человека, – вот возьмите сегодня здесь любого, – нет, только он единственный в этом мире. Ни брат, ни мать, самые по крови близкие люди, а он единственный. И Бог его ждёт, и ждёт, и никак не дождётся.
Часто бывает, что с детства люди растут в церковной обстановке, счастливые такие малыши. Присчастливилось им, что родители их с детства воспитывали в вере. А бывает, что встреча происходит гораздо позже. Но человек часто приходит через встречу с человеком к встрече с Богом. И вот тысячи людей вокруг нас, в метро, на улице, на работе. И вот сегодня читали мы о Страшном Суде (ср. Мф. 25:31-46). Ты помог, поэтому ты встретил Меня, Господа. Не пришёл, не посетил, – ты не посетил Меня Самого. Но как же так? Что получается, что нам делать? Что, выходить на улицу и как-то искать, кому помочь или в больницу отвезти? Наверное, не так. А скорее всего, это происходит, когда мы сталкиваемся с каким-то человеком, допустим, человеку стало плохо на улице. Вот этот человек и встретился на моём пути. Вот этот контакт, вот это общение, – ты уже вовлечён в эту встречу. Хотел бы ты или нет, может и убежал бы, но так получилось. Ты вовлечён в эту встречу, даёшь ему воду, даёшь ему таблетку, скорую помощь вызываешь. И вот тут уже проверяется твоё христианство.
Вот митрополит Антоний замечательно вспоминал, что, когда был врачом и, будучи военным хирургом, видел, как страшная развивается война, и вместе с тем, он видел, что на самом деле перед ним только один человек, – тот, который лежит на его операционном столе. Вот здесь нужно сделать этот шаг. А другого человека нет. И как он говорил, что, если даже обстреливают больницу, только один человек сейчас для него как бы существует, это тот, кому он непосредственно может помочь.
И вот сегодня мы, святая Церковь, вспоминаем о Страшном Суде. И вспомним, из каких составляющих состоит наша духовная жизнь? Вот что для нашей духовной жизни необходимо? Из чего она состоит? Покаяние, любовь. Правильно. Состоит из четырёх. Ну, условно, условно, конечно. Первое – Писание, не забывайте, Писание. Второе – молитва. Третье – Таинства, мы участвуем. И четвёртое – добрые дела. Четвёртое – добрые дела. Потому что если мы участвуем в Таинствах, – мы такие молитвенники и так далее, – но если добрых дел нет, то «…и вера без дел мертва» (Иак. 2:26).
И вот великий наш святой, современник XIX века, Василий Площанский, 300 км, недалеко, он своим чадам говорил: «Как нужно настраиваться на встречу с человеком? Вот идёт тебе человек навстречу, или ты к нему навстречу, вот сейчас что-то будет, какое-то откровение между вами». И вот он говорил, что, когда встретишься с кем-либо, помышляй так: «Помолись, угодник Божий, за меня и освяти меня этой встречей». То есть пусть он меня освятит вот этой встречей. Не знаю, что за ней будет и так далее. «Ибо я землю опоганил и воздух осквернил». Вот так себя человек чувствовал, такое у него было покаяние. И как святые отцы говорят, что человек, – это как бы бог после Бога. То есть человек, – это бог с маленькой буквы. И встреча начинается с Богом, со встречи с человеком. И на самом деле, каждый человек, когда проживёт эту жизнь, каждый из нас, он должен сказать: «Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром» (Лк. 2:29). Но это при условии, если встреча, то есть начало этой встречи, всё-таки состоялось. Бог отпустит нас в ту жизнь, когда увидит от нас какие-то маленькие всё-таки плоды, вот это обожение, которое начинается ещё на земле, а продолжается уже в Царствии Небесном.
Святой отец Рафаил, отец Рафаил (Нойка), это румынский старец, наш современник, он говорит: «Каждая душа, существовавшая в истории, – это неповторимое странствие от небытия к вечному обожению». То есть нас когда-то не было, но мы уже будем всегда, и вот это обожение, оно продолжаться будет всю жизнь человека и за гробом.
И вот только ради этой встречи, о которой мы сегодня вспоминаем, благоухают цветы. Только ради этой встречи шумит океан. Только ради этой встречи солнце восходит и заходит. Потому что через природу, которую создал Господь, мы можем увидеть Самого Творца (ср. Иов. 12:7-9; Пс. 18:2-3; Пс. 103:24; Прем. 13:1, 5; Рим. 1:20). Но человек, он ищет или не ищет всё-таки этой встречи, жаждет её или не жаждет? Ефрем Сирин, преподобный, VI век. И вот он говорит: «Мир погибает, но человек не вразумляется. Человек подвергает исследованию море и сушу. Если потеряно у него вьючное животное, там, козёл, осёл, верблюд, человек старательно его ищет. Не ищет человек, – это его фраза, цитата, – не ищет человек только одного: он не ищет Бога». VI век. А сейчас XXI, и ничего не меняется. Человечество живёт в таком супертехнологическом мире, вот этот интеллект искусственный уже так подкрадывается, делает свою работу какую-то. Происходит расчеловечивание человека. И самое главное – время, очень важный момент, время, оно течет как бы быстрее, чем мы его осмысляем. Вот подумайте, время, оно движется быстрее, чем мы его осмысляем. Человек ещё как бы в ситуации, в которой он живёт, во временной, он как бы ещё в ней находится, он не вместил в себя вызовы какие-то, которые существуют в духовной жизни, везде, в политике, просто в повседневной жизни. Он ещё здесь, он как бы ещё не может шагнуть дальше, а время его тянет неумолимо в какую-то новую повестку, новые тенденции, новые какие-то проблемы. И человек захлёстывается, он не успевает за временем, современный человек, всё очень быстро движется.
И святой старец преподобный Паисий Святогорец называет это состояние, когда человека захлестнула земля, ну вообще просто без Бога совсем, – толстосвинокожие. Вот такой человек. А Достоевский говорил, что без Христа человек становится отвратительным и смешным.
И что же нам делать? Что нам делать конкретно? Есть несколько путей, скажем, два. Первое – это слиться с этим апостасийным миром, принять эти его правила, жёсткие, эту безбожную программу, чтобы он стал интересен. Земля и всё, Неба никакого нет, вертикали нет, только земля. Это первое. Ну туда прямо нырнуть и всё, будь что будет. А второе – человек может другой путь выбрать. Как бы гордо, надменно выйти из этого погибающего мира, отряхнув руки, как от прокажённого человека, проклясть его и вот в своей такой праведности, мнимой, захлебнуться. Вот эти два пути: или в мир, или без него, но с гордо поднятой головой. А задача христианина, она, конечно, гораздо сложнее. Она более высокая и вдохновенная: не сливаясь с этим миром, преображать его. Ну вот кто его будет преображать? Мы должны, с Богом, конечно. Господь преображает, а мы должны хотя бы чуть-чуть, но соответствовать тому, что сегодня говорилось о Страшном Суде.
Святые отцы говорят, что любить – это значит существовать, не любить – значит быть мёртвым. И вот то зло, – император, страстотерпец Николай Второй, мученик, он говорил, – то зло, которое сейчас царит в мире, оно будет ещё сильнее. Но не зло победит, а только любовь. Поэтому жить, любить, созидать, творить, благословлять, рожать детей, сеять хлеб, любить свою Родину. Человек, всё это делая, он должен понимать, что самое главное, чего он должен достичь на земле, – это встреча его души, личная встреча его души с живым Богом. Аминь, аминь, аминь. Всех с Праздником!