Аудио-трансляция

Про­тив не­чис­тых по­мыс­лов меч ду­хов­ный упот­реб­ляй – имя Бо­жие. По­ка­я­ние на­до при­но­сить Гос­по­ду; не долж­но и от ду­хов­но­го от­ца скры­вать. Объ­яв­ля­е­мые стру­пы ско­ро ис­це­ле­ют.

преп. Иосиф

Страницы: 12>

Письма преподобного Антония Оптинского к брату, Саровскому игумену Исайе

1

Любезнейший Батюшка Мой! Отец Исаиа!
Спаситесь! Честь имею вас любезнейшаго моего, с благополучным препровождением истекшаго 812-го Года поздравить. Равное ж имею удовольствие поздравить и со вступлением в новый год, и с сердечным удовольствием желаю, чтоб десница милосердаго и всеблагаго Бога на вас излила токи новых благостей своих, служащих к спасению души вашей и к подкреплению телесных сил ваших; и желаю вам как оной, так и многое множество годов последствующих за оным препровождать в полном здравии, благополучии и удовольствии душеспасительно.

Любезнейшее и почтеннейшее письмо ваше, писанное от 9-го числа сего месяца, я к величайшему моему удовольствию в 24-е число честь имел получить исправно. Радость, которую я ощущаю в сердце моем, есть неизглаголанна; видя из письма вашего, что вы находитесь здоровыми, о сем благодарю Бога.

Благодарю вас чувствительно за поздравление и уведомления ваши; все сие начертал я перстом в памятнике моем... сердечном для причины той: иногда в меланхолические вечера жизни моей, которые непременно быть могущие, разкрыть оной и чести от скуки.

Я, благодарение Богу, за ваши святые молитвы, доколе здоров и нахожусь точно в таковом же виде, как и самом сам известно, уже четыре месяца; и поистинне скажу вам, давно бы мог занять лучшие праздные вакансии, но не хочу тем раздражить братца Кирилла Ивановича, который без повелениия его, ничего мне начинать ничего не повелел; да стыдно бы и несправедливо было мне тако поступить, ибо чрез то б преступил заповедь отчу, (бывшу 808 года июня 18-го), которой в полное послушание меня отдал Ему.

Он теперечи поживает в Мологе и утешается любовию тамошних обитателей, обещается и к нам побывать, но не знаю, скоро ль сие может случиться, ибо мы и в Москве его ждали, так как принца Олденбурскаго, целый год.

Я лично просил батюшку, отца Василия, о черной материи, который напоследок меня и извещал, что оная уже готова, но мне не удалось за хлопотами к нему отписать; теперь же мне настоит нужда в летнем платье, о чем и прошу вас попещись: если можно, изготовить чтоб достаточно могло стать на сюртук, камзол с рукавами и панталоны и есть ли оная будет готова, тогда меня уведомите, а я скажу: когда и куда оную послать. А что будет за оную стоить, то будьте уверены, коль скоро хотя мало-мало разбогатею, то с чувствительной благодарностию от меня получите.

Домашние наши все, благодарение Богу, здоровы; они вам кланяются и благодарят вас за приписанные к ним поклоны с поздравлениями, и матушка вам благословение посылает.

Впрочем, сам свидетельствую мое всенижайшее высокопочитание, с уверениием, что я был и есмь.

Любезнейший Батюшка Мой!

вас верно и любезно любящим братом Александр Путилов.

28 декабря, Ростов

Живущему в помощи Вышняго: любезнейшему брату Козме Дементьевичу и аз многогрешный и присный брат его Александр, кланяюсь Ему духом с сердечною истинною, прося Его молитв и с новым Годом поздравляю, и всякмх благ усердно желаю.

Любезнейшему батюшке, отцу Василию кланяюсь с засвидетельствованием Ему моей любви; с новым годом и новых благ от десницы милосердаго Бога получить желаю.

2

Христос Воскресе!!!

Любезнейший мне Батюшка отец Исаиа!

С всерадостным праздником живоноснаго воскресения Христа Спасителя! вас, моего любезнешаго батюшку, имею удовольствие поздравить с желанием да в радости оной встретя светло торжествуя и воспоя посреде церкви того Чудеса!

Чувствую я, моя косвенность много оскорбляет ваше добродушие! Но для сего пресвелаго торжества кажется не только оскорбившим, но и ненавидящим вас должно простить вся,– воскресением! да с душевным миром обняв друг друга возопием: «Хритос Воскресе!»

В протекших трех месяцах нужны были труды для усовершенствования дел бахусовых, которыя поистинне были велики, и я почти все забыл, и то, что я — человек, пекущийся и сам не знаю для кого; но однако ж помнил, что я дал вам обещание писать, иногда мучился, что не успеваю исполнить моей обязанности, но все был отвлекаем чем-нибудь. Теперь же, найдя время и не теряя его, свидетельствую вам мое благодарение за ваше писание, кое, помнится, получил я в январе, от коего времени был я здоров и все в трудах от коих несколько поосвободился. Спасибо и батюшке отцу Тимофею: он нас посетил и погостил недели две, мы это время провели с удовольствием и посещению его были рады, ибо и братец Василий Иванович в то время совокупился паки со мною. Он теперь у нас конторщиком, а я по-прежнему подвальным, и живем довольно хорошо, а при том и покойно, вот и все, что хотел вам сказать.

Матушка наша Анна Ивановна с племянницей здоровы и свидетельствуют вам свое почитание и поздравляют вас с праздником живоноснаго Воскресения Христова; они путешествие свое до Москвы оставили до лета, а там может быть и опять до зимы. Братец Василий Иванович так же вам и Козме Дементьевичу кланяется. Впрочем, и я в заключении сего прошу ваших молитв и неоставления в писаниях, и остаюсь при засвидетельствовании моего усерднейшаго почитания, при крем имею долг быть вашим покорным братом А. Путилов. Усердно кланяюсь.

1815 г. Ростов 

Прошу засвидетельствовать любезнейшим моим: батюшке отцу Василию и Козме Дементьевичу мое усерднейшее почитание и поздравить их с настоящим прерадостным праздником, который желаю да в радости и во здравии препроводят!

3

Христос Воскресе!

Ваше преподобие! Любезнейший Батюшка мой отец Исаия!

Благословите.

С настоящим днем Ангела Хранителя тезоименитаго вам, имею сердечное удовольствие поздравить вас с новым годом, и с новою милостию Божиею, излиянною на вас всесильной Его десницей, дабы вы благословляли благословящих Господа и освящали всех уповающих на Его всеблагий промысл; да сохранит вас Премилосерднейший Бог во всю жизнь вашу: целых, здравых и долгодействующих, и да ниспошлет вам ангелов своих сохранити тя, во всех путех твоих, да на руках возьмут тя; да некогда предкнеша о камень ногу твою: на Аспида и василиска наступиши и да попереши льва и змия.

Сие пожелание благое прими, любезный батюшка, с тою же искренностию и усердием, с каковою оно подносится вам от вашего покорнаго брата, который просит вас не оставить поминовением при без кровном жертвоприношении, дабы исправил Господь Бог стопы мои.

Родительница наша, Богу благодарение, здравствует и обще с братцем Василием Ивановичем и Татьяной Козмовной свидетельствуют нижайшее почитание и требуют молитв ваших и благословения от десницы Божией, и поздравляют вас с ангелом.

Ныне особеннаго писать вам в предмете ничего не имею, потому что я видел в соборе в великой Четверток того служиваго Иеви Петрова, которой припомните по осени доставил от вас письмо, но к нам он не знаю что не пожаловал, а спросить его откуда и куда идет — не удалось.

Впрочем, свидетельствую вам мое усерднейшее высокопочитание и при каком ныне и навсегда имею долг быть: вашим Вашего Преподобия всепокорнейшим братом Александр Путилов.

Прошу засвидетельствовать Батюшке отцу Василию и брату Козме Дементьевичу мое усерднейшее почитание и поздравляю их со Святою Пятидесятницею!

  9 мая 1815 г. Ростов

4

Молитвами святых отец наших (Саровских и Оптинских) Господи Иисусе Христе Боже наш — помилуй нас.

Всепреподобнейший, Богоноснейший, Любезнейший и Всепречестнейший во Иеромонасех Батюшка и Благодетель мой отец Исаиа — благословите!

Откуда начну плакати толикаго моего окаянства и каменосердечия, что и самаго сродства своего отчуждился? Вот уже более прошло десяти лет, как я невольно лишился сладкаго для меня лицезрения Вашего; и столько же минуло времени, как я произвольно лишил себя полезнаго для меня собеседования с Вами чрез посредство писем. В таком пороке не....... и отчуждения, чуть ли я не превзошел и самых безсловесных? Почему ныне и предстать пред Вами в человеческом виде не дерзаю, но яко некая увечная скотина прихожу к Вам с пониклою к земле главою, смиренно прося милости сиречь простить меня, не ради меня, но ради Господа всех туне милующаго. Самую истину Вам скажу, что несмь достоин нарещися Сын Твой! На время мне жаловаться нельзя, сколь бы его скучно не было, ибо онаго на праздность всегда бывает достаточно, но жалуюсь Вам на свою леность, от которой в толикое пришел нерадение, что не только что-либо сделать великое, но бывает так, что и перекреститься трудно, как будто бы связаной чем; по сей причине сколько ни силился, не мог желания моего в дело произвесть. Ныне же ощутя в духе некую свободу, видно, молитвами Вашими или благословением моего Батюшки, спешу предстать и сообщить Вам мои сердечныя чувствования в..про.....

Может быть и в самом деле молчание мое было Вам огорчительно, но оное происходило не от того, чтоб я не любил Вас, да и не дай мне, Боже, дожить, чтоб предстать любить и помнить Вас; но более происходило от того, что я обносил в памяти моей слова Божия, к преступнику Каину произнесенныя: «Согрешил ли еси — умолкни». Коему и я в зависти и жертвоприношении уподобился, а в некиих еще пороках и онаго превзошел, почему и самая совесть заграждает уста; и есть ли когда от неудержаннаго ........ моего с кем беседую произностно или и письменно, то после стыдом покрывает лице и думаю, что Господь строго будет судить меня за каждое праздное слово. Вторая причина моего молчания происходит от скудости в разуме.  Всякий соделанной грех помрачает ум и безумным человека делает, а у меня не проходит ни дня ни ночи, и даже ни одного часа свободнаго, от делания многоразличных грехов, а потому истинно безумен есмь... безумно молчу, безумно и говорю!

О себе Вам донесу, что ради молитв Ваших святых Господь Бог еще не погубил меня с беззаконьями моими, но даже до днесь долготерпит мне, и не точию не наказует, но еще и милость свою непрестанно ко мне изливает. Слава Богу, я жив и здоров, довольствуюсь покоем по внешнему человеку, и хотя козлище есмь греховное, но нахожусь в стаде словесных овец Христовых и более осми лет почтен чином Ангельским, а всего удивительнея та милость Божия, что уже и саном священства без заслуги награжден, по чину коего и я мир всем возмещаю, но онаго (мира) в себе самом не обретаю по Давидову слову: несть мира в костех моих, от лица грех моих.

К несчастию моему в прошедшем году у нас три иеромонаха скончались, в том числе и известный Вам отец Иосиф, то Батюшке отцу строителю разсудилось на место их других возвести, а с оными и меня, почему и был отправлен в губернской город Орел, где августа в 15-й день Преосвященным Гавриилом Епископом Орловским рукоположен во иеромонаха, и вот уже почти год протекло, как ношу на себе иго священства, хотя и недостойне, ибо как в меньших дарованиях Божиих оказался я неверен, так и ныне в большем — с большим безстрашием всегда раздражаю Господа благодеющаго мне, а потому и не знаю, какую казнь буду претерпевать за злодейство свое. Вот Вам сведение о моем чине самое довольное, теперь Вам намерен сообщить от части о должности своей, о занятиях, о бедственном положении своем, но прочем, что придет на память в дурную мою голову; только, ради Бога, не поскучайте беседою моею, я десять лет вас не видал и ничего не говорил, то и желательно мне с вами обо всем переговорить, а там — когда Бог Вашими молитвами поможет мне, то и опять до времени помолчать, ибо чистая и безвременная беседа скуку причиняет ушам и сердцу.

Во-первых, доношу Вам для ведения о должности своей, каковых есть не одна, а именно: 1-е. По перемещении Батюшки отца Моисея в монастырь начальником, я по нем переведен в архиерейския келлии, в коих, находясь, занимаю должность келейника архиерейскаго, т. е. выметаю сор, наблюдаю чистоту, протапливаю печь, просеваю уголья, приготовляю теплый укроп для немощных и проч. 2-е. Занимаю должность гостиника скитскаго, т. е. всякаго приходящаго к нам первый я должен принять, успокоить, занять разговорами и отпустить с миром. 3-е. Имею должность уставщика и голосовщика церковнаго в скиту, а иногда и в монастыре. 4-е. Должность иеромонаха, а в чем оная состоит Вам давно уже известно. 5-е. За отсутствием батюшки отца строителя занимаю должность его в скиту от части, а не полновластно. Он поступил со мной так, как делают домовитыя хозяева, когда у них мало людей для охранения вертоградов, то оставят мертвое чучело в образе человека, которое хотя слепо-глухо и немо, но пугает хищных птиц. Точно тоже и я собою делаю.

О всех занятиях наших есть ли подробно Вам писать, то будет с лишком отяготительно и слушать, а донесу только о главном упражнении нашем, каковое всегда начинается с весны. Мы всебратственно, яко некия чреву работающие кроты, копаемся в земле, кое-что сеем, поливаем, удобряем, от терния очищаем, в чаянии по трудах от собранных плодов иметь покой для брюха, которое зря гобзование радуется и говорит себе: «имаши блага многа, почивай, яждь, пий и веселися». Вот в кратких словах представил Вам наши общия труды летния. а зимой мы по большей части исправляем должность хомяка. Итак, Господу Богу благодарение, мы действительно изобилуем плодами для брюха, а о духовных в недоумение пришел, не знаю, что и сказать. Однако, некоторыя из числа сообитателей наших, с помощию Божиею, изобилуют и оными. А я, увы мне!..

Старец мой много трудился, много постился, много сеял спасительнаго семени, но нива моя сердечная от нечувства совершенно окаменела, а потому не точию плодов, но и листу зеленеющаго поне для внешняго вида не имею, и как был, так и есмь, с голыми руками и окаменелым сердцем. А потому в правду должен сказать, что душа моя пред Богом, яко земля безводная! Отчего часто унывает дух мой и смущается сердце от обошедших меня зол. Но слава премногому долготерпению Божию ко мне! Яко Он меня за беззакония мои еще не казнил, еще вид мой в звериный не претворил. И действительно, кто из дали на меня посмотрит, то и я похож еще на человека, а есть ли разсмотреть поведение, заглянуть в сердце, то — ей! плача многаго достоин, и сие то есть бедственное мое положение, о коем донеся Вам, прошу Вас, батюшка, с болезнию сердца воздохните о моем окаянстве пред Богом и излейте к Нему слезу Вашу — да исцелею.

Многия Угодники Божии постом смиряли душу свою, от котораго и у святаго Давида изнемогали колена, а потому Они изобиловали и плодами духовными; а у меня от одного воображения о воздержании заразее делается уныние. Из сего можете Вы заметить, что я с больщим усердием работаю чреву, так что и мои колена изнемогают, но не от поста, а от излишия, и из трапезы как будто бы с кулашнова бою с ноги на ногу едва дотащусь до келлии, пришедши же, абие предаюсь сну, и столь сладко, что проснувшись едва распознаю: утро или вечер есть. Сие Вы, батюшка любезный, не примите за кощунство, ей — истину говорю, пусть иныя величаются как хотят своими исправлениями, а я хоть несладще, да должен о немощах своих пред Вами правду сказать, коими к несчастию и к вечному стыду моему я изобилую очень довольно, а всему сему злу корень, есть страсть обжорства, от порабощения которой да избавит меня Господь Бог Вашими молитвами.

Сколько я ни глуп, однако собственным искусом отчасти узнал, что из всех чинов иноческих нет тягостнея, нет бедственнея и горестнея как быть начальником над братиею! Я в скитской убогой обители хотя и не уполномочен, но первый год провел с довольною горестию и хлипанием, и едва ли который день прошел без уныния, но и ныне есть ли бы не духовная любовь ко мне батюшки отца строителя удерживала меня в пределах терпения, то паки возвратился бы в пустынную землю, которая оставила в сердце моем неизгладимое впечатление премногих духовных неизглаголанных удовольствий бывших некогда там. Но видно и я, не еже хощу, но и что не хощу — то соделать соделаю.

Воли Божией кто противиться может? Батюшка отец Моисей бремя на себе несет самое тяжкое, я — полегче, а Вы чуть не более обих, ибо когда-то сказали: «Столько мне хлопот по должностям и неприятных случаев было, что я от печали едва жив остался». Вот выгода начальства! Пусть честолюбцы послушают. Я не могу довольно надивиться безумию тех, кои всяким образом даже и предосудительным проискивают себе чинов и высоких престолов; в том ли наше утешение, когда во храмах возглашают и всечестнаго отца нашего, или в том, когда колена пред нами преклоняют и лобызают десницу, или в том еще, естьли сажен за двадцать и более не доходя до нас, благоговейно покланяются? Но какой же для меня интерес, есть ли поклонятся мне в ноги и, вставши, осыплют меня многою укоризною, яко некою гнусною блевотиною? Ей! От сего и самое игуменство невкусно будет. Есть, правда интерес и от начальства, когда кто захочет нажить себе дебелое брюхо, то лучшей оказии найти к тому нельзя, как быть штатным игумном, но с такою постыдною толстотою не только пред Богом в молитве, но и пред людьми явится крайне стыдно, ибо это украшение не монашеское.

Я Вам, батюшка, тяжесть начальника представил только по одному телу и то кратко, а сколько Он по душе бедствует, того и изъяснить никак неудобно; довольно к познанию будет о том, есть ли я Ваше недавно бывшее мнение сообщу Вам: «Не только отнимает (начальство) у нас спокойствие и свободу, но даже охлаждает ум и сердце к Богу». Вот мнение самое истинное и святое! Бывало, когда-то меня, есть ли не совершу правила своего, то замучит уныние и не усну пока не кончу, а ныне по месяцу не молюсь, и тоски никакой не чувствую; книги же отеческия не точию читать, но иглядеть не хочется. Скажите же мне, какое может еще более сего быть бедствие? Есть ли не исправлюсь, то постигнет мою душу бедствие в часе смертном, от котораго, не знаю, избавят ли меня братия, но надеюсь, что Они с помощию Божиею избавят и тогда — в таковом чаянии моем, батюшка, Вы меня, Бога ради, не обезнадежите.

Еще мне от праздности на свободе пришло желание сообщить Вам некоторыя ненужныя сведения, которыя прошу сделать мне удовольствие выслушать...

Батюшка отец строитель наш имеет у себя братии в монастыре 60 человек, да в скиту поболее 20-ти, а всего слишком 80 человек; при том кроме управления еще он же и общий всем духовник, должность казначея, благочиннаго и письмоводителя исправляет сам; закупкою разных потреб для обители занимается по большей части сам; имеет монастырь три водяные мельницы расстоянием от обители в верстах осми и менее, над которыми почти еженедельный надсмотр имеет сам, посетители обоего пола и благодетели, хотя изредка бывают, но по обычаю здешняго края принимаются и угощаются в келлиях настоятельских, чем он также сам занимается; экономией и постройками с большою охотою занимается сам, но скудость обители не попускает распространяться, ибо доходу церковнаго от мельниц и от доброхотов не более всего бывает в год 10 т. р. Письма просительныя и благодарныя, хотя не часто, но сам пишет. А потому, видя его такой труд, Вы не будете на него негодовать, что нечасто к Вам пишет, есть ли бы мне досталась такая тягота, то давно бы я тогда ушел где бы меня никто не нашел, да и Он от многих забот и неприятностей имеет у себя довольно поседевшую браду.

О нравах и поведении братии говорить Вам ничего не смею, да и не должен, ибо и своего горя не преплакать, чуть ныне и везде одинаковы. Есть ли бы и теперь были общежития таковыя, как древле, по-писанному: «Народу же веровавшему бе сердце и душа едина; и не един же что от имений своих глаголаше свое быти, но бяху им вся обща» То истинно такая жизнь была бы сладка, да и смерть не горька, а то кийждо у себя имеет свой ковчежец и вметаемая в оный хранит.

Новый наш архипастырь Преосвященный Гавриил обещался в нашу обитель быть в августе на праздник Успения Богоматери. Нрав его многия одобряют, на первый раз и к нашему отцу строителю слишком благосклонен был и возложил на Него новую тяготу — в добром монастыре, отстоящем от нас в 40 верстах, поручил строить церковь на казенную сумму, присланную из п. т. б. заимообразно; хлопоты хлопотами. а за недосмотр в награду выговор, либо штраф, а братия отсутствием настоятеля расстроится.

Наша скитская убогая обитель год от года богатеет жильцами. Братия умножается, а безмолвие, единодушие и душевное спокойствие умаляется; но еще, слава Богу, хранение совести продолжается, которое необходимо нужно для духовной жизни. В конце прошедшаго года поселился у нас наш авва и столп пустынный, старец отец Досифей, живший в пустыне более сорока лет, из которой нашедшу на него искушению, уклонился к нам. Он нрава добраго и примернаго, я его водворением у нас крайне доволен. Еще известный Вам послушник Гаврило Молдаван у нас безмолствует третий год. Еще двое благородных, кажется известныя же Вам, гостили  у нас; один Илья Степанович Розанов, воспитанник Потемкиной, жил у нас месяц, а другой, тульский богатый помещик Павел Николаевич Хрущов, жил более полугода — которыя обещались возвратится к нам на коренное жительство.

Еще в конце июня месяца был у нас мимоездом из Александро-Свирскаго монастыря достопочтеннейший старец отец Леонид, который погостил у нас полтора дня и отправился для поклонения в Киев. Он оставил у нас во уверение двоих учеников своих с тем, чтоб паки к нам возвратится в половине августа. Он из Свирскаго со всем намерен уклонится, и чуть ли в нашем скиту не поместится, чего однако наугад Вам не  скажу, ибо о сем предмете у нас с ним беседы не было. У него всех учеников десять человек, а когда у нас останутся, тогда и скит будет похож на монастырь.

Братец Василий Иванович писал сюда из Ростова, кажется уже шестой год, и поручил мне свидетельствовать Вам Его усердное почитание и поздравить Вас с должностию казначея, каковое поручение Его ныне только исполняя, Вам свидетельствую. Не знаю, кто из нас с ним деятельнея во исполнении своих обязанностей?

Чувствительнейшую и покорнейшую приношу Вам благодарность за оказанную приязнь и любовь к нашему странствующему брату отцу Макарию, он о гостеприимстве вашем с благодарным чувством нам пересказывал, и доставил мне двои четочки к напоминанию о Вас в молитвах, за которыя Вас усердно благодарю...

В Тульской губернии есть город Одоев, который от нашей обители не в дальнем разстоянии, где жители занимаются тканием мухояру, который ныне в Никольскую ярмонку самый лучший сорт недороже был 25–40 аршин, он немного добротою похуже Киевскаго и поуже, весма хорош для мантий — ряс и подрясников, то не будет ли угодно Вам для своей обители зделат поручение: купить потребное количество, когда найдете выгоду; думать надо такой мухояр в ваших краях недешевле рубля аршин: а) отсюда его можно при оказии доставить в Москву, а из оной без труда к вам.

Послушник вышесказанной Илья Степаныч поручил мне спросить Вас: где ныне находится отец Евгений Астраханский? Он же еще сказывал мне о поемом у вас славословии великим болгарским распевом, то нельзя ли сделать одолжение приказать переписать оное и доставить нам для обучения здешних крылошан, за что мы оба с ним в свое время будем Вас усердно благодарить.

а) Образчик онаго мухояру я при сем письме посылаю Вам особо в мешце, котораго доброту прошу разсмотреть, и буде понравится, то прошу оной принять от меня в место убогих двух цат.

С приближающимся всеобщим, а в особенности и Вашим, Пресвятым нерадостным праздником безсмертнаго Успения Пресвятыя и славныя Царицы нашея, Богородицы и Приснодевы Марии, Вас, батюшка, поздравляю, и от всего сердца желаю сей вожделенный праздник препроводить во здравии радостно.

Его Высокопреподобию Всепречестнейшему и Предостопочтеннейшему батюшке Вашему, Господину отцу Игумну, прошу свидетельствовать мое всесердечное почитание с поклонением главы моей к стопам Его, и доложите Ему, что Его святое имя в памяти моей содержится, и попросите у него милости, чтоб когда-нибудь Он и о моем недостоинстве воздохнул пред Христом Срасителем в молитвах святых. А так же и их Преподобиям честнейшим и достопочтеннейшим отцам священно-иеромонахам: батюшке отцу Исаакию, батюшке отцу Виталию и батюшке отцу Василию, прошу свидетельствовать им мое сердечное почитание с нижайшим поклонением, и попросите их, чтоб они замолвили о мне пред Богом, да исцелею. Еще прошу свидетельствовать мое почитание и поклонение любезным братиям: отцу Емелиану, отцу Василию и брату Самсону, и пожелать им от меня успеха в деле послушания. Изредка случается, что некоторыя из Вашей обители прохаживаются и бывали у нас, когда Они возвратились к Вам, то прошу и им от меня поклонится и пожелать постоянства.

Любезнейший и благодетельнейший мой Батюшка! Крайне мне стыдно и совестно пред Вами, что я, выступя из границ благопристойности самую меру потерял в изъявлении сих прекрасных слуху и взору слов, хотелось мне пред Вами из сердца моего всей вытряхнуть, но ей! — никак невозможна. Господа ради простите меня от всего сердца за мою болтливость и примите уверение, что я с помощию Божиею Вас впредь таким пространным многоречением беспокоить никогда не буду.

Желательно мне от Вас получить хоть в половину против сего ответец, а когда нельзя, то и малую крупицу, яко пес приму от Вас, Господина моего, со многою благодарностию.

Прости, дражайший благодетель мой, и когда-нибудь поплачь о мне, не знаю, сподобит ли меня Господь Бог видеть лице Ваше в жизни сей?

Остаюсь к Вам до последняго моего издыхания с искреннею сердечною любовию всеистинным почитанием; Вашего здравия, душевнаго мира и спасения усерднейший желатель и бездерзновенный ко Христу Спасителю молитвенник есмь Господа Иисуса раб неключимый, Ваш бывый брат, а ныне Сын по духу и слуга, убогова скита грешный чернец и пренедостойный Иеромонах Антоний Бездвероустный. Непотребную голову мою повергаю к святым ногам Вашим и с любовию оныя лобызаю. Простите!

P. S. При сем прилагаю Вам поучительное слово Преосвященнаго Евгения Курскаго к сафроньевским старцам, которое вообще и для всех монашествующих нравственно; я им попользовался и Вам для того же сообщаю, которое примите и простите.

21 июля 1828 г.
Скит Св. Иоанна Крестителя, находящийся при Оптиной Введенской пустыне.

5

Всепреподбный и достойнопочтенный во Иеромонасех Господин мой и о Господе благодетелю!

Вселюбезнейший батюшка отец Исаия, благословите!

Сердечную любовь и благоговейное почитание при незабвенном памятовании, выну сохраняю к любезной мне особе Вашей, а ныне теже самыя чувствования осмелился при случившейся оказии и с благословения батюшки отца строителя чрез сии скудныя строки изъявить Вам, которыя и изъявляю от глубины сердечной с благоговейным пред Вами поклонением!

О себе любви Вашей доношу, что я по благости Всеблагаго Бога за Ваши Святыя молитвы жив есмь, и еще Господь доселе долготерпит, не наказывая меня за грехи.

Многия хвалятся, — кто чем! — а я не точию хвалюсь и сердечно утешаюсь, что я недостойный благочестивых родителей сын и имею у себя весма добрых и благоговейных братьев!.. При таковом же утешении моем еще и печаль имею, что я не по внешнему, а по внутреннему образу нисколько на них непохож, и сим не точию своей душе, но и всему сродству безчестие наношу и так, любезный батюшка, инова способа ко исправлению своему не обретаю, кроме надежды на Ваши Святыя молитвы, кои меня, грешное козлище, сильны соделать Христовою овцею, почему со слезами молю и прошу Вас о исправлении моем умолить Премилосердаго Господа Бога.

Хотя Св. Апостол и учит: не дети бывайте умы, — но я уже довольною и бородою обросший, но не могу детских обычаев изменится, а именно: пришло мне детское желание попросить у вас.

6

Ваше Высокопреподобие!

Всечестнейший и достопочтеннейший батюшка отец Исаия! Благословите!

Воображая приближающееся Пресветлое торжество — Рождества Христа Спасителя нашего, почему приятным долгом поставляю принесть Вам, моему отцу, чрез сии скудныя строки, усерднейше поздравление с Сим Великим Праздником, сердечно желая да по словам Преподобнаго Иоанна Лествичника наградит и Вас, прежде век Рождшийся Небесный Царь, Своими Благодатными Дарами!

Причем приношу Вам, батюшка, всечувствительнейшую благодарность мою с земным поклоном за присланной безценный дар — образа своего, которым восхищен был я до радостных слез! Батюшка отец игумен, получа оной и поставя у себя, спросил меня: узнаешь ли, кто это. Ответствую ему: ей, не знаю. Да и узнать никак бы нельзя, ибо я воображал Вас в том виде, в котором видел в 1818 году; и тут же пришел мне на память св. Климент Папа римский, которой своих родителей и братьев 24 года не видел: подобно и мы, хотя и в едином чине служим Господу, но лишены утешения друг друга видеть более 20-ти лет, о чем нередко скорблю и духом, но видно так Господу Богу угодно; в протчем, я премного утешен и сим, а может быть, и нас не лишит Господь свидания, якоже и преподобнаго Симеона, Христа ради юродиваго, со Иоанном Постником Своим прежде из шествия от временной жизни, каковаго утешения и нам молитвами их получити — буди, буди!

Вот, отче святый и возлюбленный мне, приближается к нам и Новый год! Премногие сотрудники наши оставили нас и переселились к нестареющему животу, а многие, держа Лествицы в руках, текут еще и возвышаются, обновляяся по вся дни в духе, а мы трое, подобно Единой Жене Марфе, ежедневно находимся в молве и в попечении мнозем, от чего, почти ежедневно, унывает во мне дух мой! Вы и батюшка отец игумен хотя во многом попечении находитесь, но того приобрести и от безмолвия едва ли можно кому, что приобретаете Вы от ежедневных трудов о благоустройстве обители братства; больши бо сея любви никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя, по слову Господню, что самое Вы, обои, с усердием выполняете, полагая душу свою за спокойствие и спасение братства. А я нерадивый ничем иным похвалиться не могу — только о немощех и о потере времени; есть ли образ жительства мой можно почесть за доброй, то оной похож на того насчастнаго путешественника, о котором упоминает св. Иоанн Лествичник, который несколько шедши по правому пути, совратился на неправой и попал в кал тинной, и из глубины коего к мимогрядущим взывал: братцы, Бога ради, не ходите вы этим путем, а то и вы, подобно мне запачкаетесь, от каковой предосторожности некоторыя уцеломудрившись спаслись; о, когда бы и меня молитвами нас благоволил Господь Бог из тины многих грехов вытащить и спасти, и для наступающаго Новаго года дух прав обновить во утробе моей, почему и Вы поспешите мне в помощь святыми своими молитвами, в надежде коих и остаюсь к Вам навсегда с сердечною любовию моею и истинным высокопочитанием нижайший послушник Ваш и богомолец многогрешный Иеромонах Антоний земно кланяюсь благословенную десницу Вашу целую моим истинным усердием.

P. S. Батюшка отец игумен наш на краткое время, по крайней надобности теперь в отлучке до Москвы, откуда к празднику Р.Х. хотел возвратиться в обитель, но едва ли успеет, а Вам он оттуда хотел писать сам.

17 декабря 1838 г.
Скит св. Иоанна Крестителя.

7

Получ. 6 августа

Ваше Преподобие! Всечестнейший и Достопочтеннейший Батюшка Отец Исаия!

Благословите.

Имея верную оказию, нашей обители двух братов — О. Илариона и О. Николая, отправляющихся в Нижний Новград по монастырским нуждам, почему приятным долгом поставил писать к Вам и свидетельствовать сыновнюю любовь мою и сердечное почитание, каковыя и изъявляю Вам  сими скудными строками с поклонением до лица земли, прося молитв Ваших святых и благословения. Причем приношу вам, батюшка, мою всеусердную благодарность за приятное писание Ваше от  12-го генваря писанное, и за святый образ  Христа Спасителя,  посланный Вами на благословение, который доставлен мне нашим старцем  Макарием во всей исправности; Господь Бог  да помянет  Вашу отеческую любовь ко мне недостойному! — Присем и я, от любви моей к Вам, посылаю в дар святый образ трех Угодников Божиих, находящихся в  Калужской  Епархии: преподобн. Пафнутия  Боровскаго, преп. Тихона Калуж. и блаженнаго Лаврентия Калуж. чудотв, –  который прошу Вас принять благосердно. Да батюшка отец игумен от любви своей к Вам, для общей пользы посылает Вам 60-т книжечек сокращенных «Правил монашескаго жития». Да еще издатель писем Задонскаго затворн. Георгия, нашей обители  рясофорный монах Петр, усердствует Вам Своего издания три книги, взамен коих просит Ваших святых молитв и четочки костяные на благословение. В обители нашей и в скиту, благодарение Господу Богу, доколе благополучно и мирно; батюшка отец игумен особым письмом свидетельствует Вам свою любовь; а старец наш отец Макарий благодарит Вас за странноприятиие и упокоение и свидетельствует Вам почтение: он по многолетных и тяжких трудах своих, ныне приемлет отдохновение и безмолвие в келлии.

За сим поручаю себя продолжению Вашей о Господе любви, и молитвам святым, в надежде коих и остаюсь к Вам  навсегда с истинным высокопочитанием моим и с сердечным желанием душевнаго мира, здравия и спасения.

Нижайший послушник Ваш многогрешный Иеромонах Антоний.

Земно кланяюсь.

10 Июля 1839 г.
Скит Св. Иоанна Крестителя.

12>