Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Мо­на­шес­кое де­ло на­ше: сми­рить­ся, да пок­ло­нить­ся, да поп­ро­сить про­ще­ние – тем и оп­рав­дан.

прп. Иларион

В на­ши вре­ме­на Бог не по­сы­ла­ет под­виж­ни­кам та­ких ис­пы­та­ний, как древ­ним, по­то­му что не мог­ли бы по­нес­ти, и не по­да­ет древ­них да­ро­ва­ний, что­бы не воз­нес­лись без­мер­но.

прп. Лев

Хра­ни со­весть, блю­ди мир, тру­дись по си­лам, мо­лись всег­да: хо­дя, ле­жа, вку­шая, и бу­дешь со вре­ме­нем по­хо­дить на мо­на­хи­ню, и Гос­подь пре­бу­дет с то­бою нав­сег­да.

прп. Анатолий

Всякая добродетель обращается в навык, а молитва является следствием подвига

Нельзя стать святым, т.е. исполнить заповеди Божии без труда, а этот труд состоит из молитвы, поста и бдения. В Евангелии говорится, что однажды привели к ученикам Христовым бесноватого. Сколько Апостолы ни старались изгнать злого духа, он не слушал и говорил: "Не выйду". Тогда бесноватого отвели ко Христу, и Сам Господь изгнал беса.

Всякая добродетель обращается в навык, а молитва является следствием подвигаУченики, оставшись наедине со Христом, с оттенком упрека говорили Ему: "Почто мы не возмогохом изгнати его?" Господь сначала сказал: "За неверие ваше", затем же добавил: "Сей же род (т.е. злые духи) не исходит, токмо молитвою и постом" (Мф. 17, 21). Итак, молитва, пост и бодрствование над собою, т.е. хранение своих мыслей и чувств, делают нас победителями врагов нашего спасения. Самое трудное из этих дел есть молитва. Всякая добродетель вследствие управления обращается в навык, а молитва до самой смерти требует побуждения и является следствием подвига.

Молитва трудна, т.к. ей противится наш ветхий человек, но она трудна еще и потому что враг всей силой восстает на молящегося. Молитва есть вкушение смерти диаволу, хотя, конечно, он уже умер духовно. Но молитва как бы снова поражает его, а потому он всячески противится ей. Даже святые, уж, кажется, должны бы только утешаться молитвой, но по временам она и для них трудна. Правда, молитва несет с собою и высокое утешение, и не только праведнику, но и грешнику.


Враг сильно нападет, внушая уныние, отчаяние и какой-то необычайный страх. "Тамо устрашишася страха, идеже не бе страх" (Пс. 52, 6). Иногда человек чувствует свое полное бессилие и руки опускает, но такая печаль незаконна: нужно молитвой и крестным знамением, в котором сокрыта непостижимая сила, противиться козням врага.

Из бесед прп. Варсонофия Оптинского