Аудио-трансляция

На­до ста­рать­ся, что­бы вся жизнь, це­ли­ком, а не в из­ве­ст­ные ча­сы и дни, бы­ла пост­ро­е­на по за­ко­ну Бо­жию. На­до всю свою де­я­тель­ность рас­по­ло­жить так, что­бы она бы­ла сог­лас­на с во­лею Бо­жи­ей. Толь­ко при та­ких ус­ло­ви­ях чис­то бу­дет на­ше серд­це, и толь­ко чис­тые серд­цем Бо­га уз­рят (Мф. 5, 8).

преп. Никон

История Оптиной Пустыни в Летописи Зосимовой женской пустыни

Духовничество было одним из главных служений оптинских старцев. Тысячи и тысячи духовных чад многие годы находились под святым молитвенным старческим покровом, многие, пользуясь наставлениями старцев, восходили по духовной лествице, приобретая христианские добродетели смирения, терпения, благодарения, любви к Богу и ближнему.

Особое попечение имели старцы о монашествующих женских обителей. Об участии оптинских старцев в возрождении женской Зосимовой обители рассказывается в книгах монахини Зосимы (Верховской), которая является праправнучатой племянницей преподобного старца Зосимы (Верховского).

Портрет старца Зосимы

Старец Зосима, подобно преподобным Моисею и Антонию Оптинским, начинал свою монашескую жизнь в знаменитых Рославльских лесах, где подвизались ученики и последователи преподобного Паисия (Величковского).

В конце XVIII века Захарий (так звали старца Зосиму в миру) отправился к подвижникам в Рославльские леса. Навсегда в его памяти сохранилась первая встреча со старцем Адрианом: «Читая в Четьи-Минеях жития св. Отец, много удивлялся, как св. Отцы одни жили в отдаленных глубоких пустынях; потому из любопытства и прибыл к сему пустынножителю Адриану. Он же встретил меня с большою радостию и благоприятством; тогда один взор на него привел меня в изумление: ходил он в худом раздранном платье, а сам был худ и бледен, тонок и сух телом и высок ростом. Один вид его в великое удивление меня привел, и я пробыл у него два дня, изумляясь на все поступки отшельников, видя все у них бедное, простое, только что нужду их удовлетворяющее. На трапезе же у них всем поровну подавалось одно постное; не было у них ничего молочного, ни хлебного; только пустынные и огородные снеди, а питье – вода и квас. Как сам отец Адриан, так и все с ним сожительствующие, был кротки, молчаливы и послушны; и прочее бывшее у них и от них самих показуемое мне заставило меня недоумевать и изумляться, особливо, когда не взяли от меня подаваемых мною денег»1.

Впоследствии Захарий всем сердцем прилепился к подвижникам, проходя под их руководством монашескую жизнь. А позднее и сам стал известным духовным писателем и наставником, основав две женские обители: Туринский Николаевский монастырь и Троице-Одигитриеву пустынь.

Монастырь Зосимова пустынь в 1870-х годах

Женская Зосимова пустынь была основана старцем Зосимой (Верховским) в 1826 году среди лесов и болот Верейского уезда Московской губернии. При жизни старца, скончавшегося 24 октября 1833 года в образе святой схимы, в пустыньке не было ни одного храма. Но старец не раз предсказал сестрам будущий расцвет обители и завещал первый храм посвятить Живоначальной Троице, а второй – иконе Божией Матери Одигитрии, покровительнице его родной Смоленщины. Своим ученицам о сущности монашества старец Зосима говорил: «В монашестве не столько нужно всякое изнурение и подвиги, как чистое сердце и бесстрастие. Во иночество поступати должно не для того токмо, дабы навыкнути послушанию и отвержению своей воли, но дабы стяжать смиренномудрие и терпение во всякой скорби и злострадании с совершенно покорностию и самотвержением. Сего же ради и даруется от благодати Божией дух бесстрастия и чистота сердца. Чистии же сердцем узрят Бога… Если же мы, вступая во иночество, и небрежем, не внимаем и не тщимся о достижении бесстрастия и чистоты душевной, то почто вступаем в монашество? Молитися, поститися, творити милостыню и прочие Богоугодные дела можно и в мире живуще»1.

Среди зосимовских сестер было немало тех, кто обращались за советами к оптинским старцам. Эта переписка, представляющая значительный интерес для истории оптинского духовничества, была опубликована1.

Старцы общались с сестрами не только письменно. Сохранились свидетельства о том, что оптинские старцы посещали Зосимову пустынь.

Преподобные Макарий, Моисей и Антоний Оптинские в октябре 1855 года присутствовали на празднике освящения обновленного Троицкого храма обители, который возглавил митрополит Московский и Коломенский Филарет (Дроздов).

В 1856 году обитель была утверждена в статусе Троице-Одигитриевского общежительного монастыря.

Игуменья Вера (Верховская)

Поздравляя сестер с этим событием, преподобный Антоний Оптинский писал: «… принесу вам поздравление мое с другим тоже великим торжеством, т.е. возведением общежития вашего на степень первоклассных монастырей Российской иерархии, а матушки Веры посвящением в великий сан всечествейшего игуменства. Теперь она по благодати Божией и за св. молитвы Матери Божией и угодника их, прп. отца Зосимы, облечена с высоты силою! Посему, возлюбленные о Христе Иисусе сестры, повинуйтесь Богоизбранной начальнице вашей – высокопреподобнейшей госпоже игумении Вере и покоряйтесь! Ибо она, как пастырь ваш добрый, торжественно дала обет о душах ваших бдеть и за каждую из вас отвечать перед Богом; посему и повиновение свое должны вы, по слову св. апостола Павла, с радостью оказывать ей, а не с воздыханием: ибо все из вас послушливые и смиренные найдут себе в лице ее матерь заботливую о пользе вашей и спокойствии; одне только горделивые и непокорные, может быть, увидят в жезле или в посохе ее страх себе, и обличение. И отлучение; почему и не должно доводить себя до того»1.

Зосимовские сестры в память о своем духовном наставнике в 1860 году издали жизнеописание старца Зосимы, которое с благодарность было принято в Оптине.

Преподобный Моисей в ответном письме отмечал: «В издании этой книги имею особенную душевную радость припоминать светолепных подвижников – старцев духовных, которых Господь удостоил меня видеть и знать во время жизни их на земле»1.

Преподобный Антоний писал:

«Боголюбивейшая во игумениях мать Вера!
Чрез скудные строки сии приношу Вам, дражайшая моя матушка, из глубины души моея всечувствительнейшее благодарение за весьма приятное мне письмецо Ваше и за посланные при оном книги: “Жизнь Боголюбивого старца вашего прп. отца Зосимы и богомудрые изречения его”. За усердие Ваше ко мне убогому воздаст Вам Господь Бог Своею милостию. Вы изданием сих книг доставили великую пользу для многих чтущих, особенно для иночествующих. А при втором издании советую Вам присовокупить что-либо назидательное и из жизни матери Маргариты. При третьем же издании сей назидательной книги осмеливаюсь всепокорнейше просить Вас, матушка моя, что-либо присовокупить из своей жизни во славу Божию и в пользу чтущих, на память о себе вечную. А если презрите это, то на Вашей душе грех будет, ибо это не есть тщеславие»1.

Сестры монастыря часто посещали своих духовных наставников. О том, какое значение имели для них эти встречи, можно увидеть из одного письма инокини Аполлинарии (Баниной) к игумену Антонию (Путилову) от 15 февраля 1862 года.

«Ваше Высокопреподобие!
Милостивейший благодетель мой Батюшка! Благословите.
Трудно передать Вам, отче мой, что перечувствовала душа моя, когда перед отъездом в последний раз приняла я благословение Ваше! Несколько раз останавливалась я, вышедши от Вас, долго не могла оторвать глаз своих от Вашей келейки, где так отрадно было на душе, где все скорбное превращалось в одно радостное благоговейное чувство! Батюшка мой. Сладчайший мой Батюшка. Радость души моей, как возблагодарить мне Вас за все милости Ваши ко мне, недостойной? – Нет, не в силах изобразить словами тех чувств благодарности моей к Вам, коими преисполнена душа моя!.. Но как скоропреходящи земные радости, как непрочно земное счастие! Давно ли я видела Вас, давно ли слышала сладкие глаголы Ваши. Мой Батюшка, и все прошло, исчезло, как сон. Но Богомудрые слова запечатлелись неизгладимыми чертами в моем сердце. Теперь с Божиею помощию одно желание у меня и старание – свято выполнить то, что заповедовали мне св. уста Ваши, о чем и прошу Вас, святейший мой Батюшка, помолиться, чтобы Господь подкрепил благое намерение мое…»1

Книга «Женская Зосимова пустынь», по замечанию автора, «не просто монастырская летопись, а историческое исследование с подробными комментариями, где каждый факт, описание, сведение подтверждены архивными документами соответствующих лет»1, именно поэтому «представленный материал позволяет увидеть, как кропотливо собиралось и духовное богатство, и все насущное на потребу, чтобы утвердилась и расцвела обитель, заложенная среди лесов и болот…»1

Оптинские старцы: Антоний, Моисей и Макарий

Жизнь монаха и пустынножителя Василиска (писанное учеником его Зосимою Верховским) // Записки о жизни и подвигах Петра Алексеевича Мичурина, монаха и пустынножителя Василиска. М., 1849. С. 40.

Женская Зосимова пустынь / Сост. Монахиня Зосима (Верховская). 2-е зд., испр. М.: Изд. Дом «Городец», 2017. С. 103.

Монашество Зосимовой пустыни / Сост. Монахиня Зосима (Верховская). М.: Вече, 2010. С. 43–178.

Там же. С. 98–99.

Там же. С. 113.

Там же. С. 112.

Там же. С. 122.

Женская Зосимова пустынь / Сост. Монахиня Зосима (Верховская). 2-е зд., испр. М.: Изд. Дом «Городец», 2017. С. 4.

Там же. С. 5.