Пасха
и будущее всеобщее воскресение Из писем прп. Амвросия Оптинского
Христо́с Воскре́се!
Желал бы теперь сказать вам что-нибудь о таинственном значении торжества праздника Воскресения Христова. Но по слабости болезненной не имею к тому сил, ни возможности. Разве только вкратце скажу, что ежегодное празднование светлого праздника Воскресения Христова, кроме собственного значения, служит вместе для нас и напоминанием всеобщего и всемирного воскресения, что особенно видно из знаменательных действий Пасхальной утрени.
Первое. В светоносную нощь, после прочтения полунощницы, бывает торжественное исхождение и обхождение храма священнослужителями и всеми верными с возженными свещами, при несении креста и святых икон и звоне колоколов. Явно, что это церковное действие прямо указывает на евангельскую притчу о десяти девах, в полунощи возбужденных воплем: "се жених грядет! Исходите в сретение его! Тогда восташа вся девы тыя, и украсиша светильники своя, и изыдоша в сретение жениху" (Мф. 25, 1-7), Девы эти – души верующих. Жених – Христос. Ночь – жизнь века сего. Светильники – вера и добрые дела. — Как евангельская притча, так и торжественное обхождение храма верными при звоне колоколов не изображают ли всеобщее воскресение при конце мира, когда глас трубы архангельской возбудит всех мертвых, и верующие в Господа, подобно Евангельским девам, изыдут в сретение Ему со светильники своими, каждый по достоинству своему?
Второе. Когда совершается это торжественное шествие около храма, двери церковные затворяются. Верные, идуще видят в храме свет, а на пути пред собою и около себя непроницаемый мрак, и так приходят в преддверие храма к затворенным дверям. Не означается ли сим, что все воскресшие во всемирное воскресение издали узрят чертог небесной славы, но не все внидут в оный, а только одни достойные, у которых светильники, как у мудрых дев, не угаснут в сретении Жениха – Христа? Остальные же, у которых, как у юродивых дев, светильники угаснут, тщетно будут повторять начало церковного стиха: "Чертог Твой вижду, Спасе мой, украшенный, и одежды не имам да вниду в онь".
Третье. В преддверии храма, пред затворенным оного входом, первенствующий служащий, сотворив обычное пасхальное начало прославлением Святой Троицы и пением: Христос воскресе, с крестом в руках, отверзает двери церковные и первый входит в храм, а за ним входят безразлично и все прочие христиане, поющие радостную церковную песнь: Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробе́х живот даровав. Повторяя оную многократно, прилагают и другие всерадостные песнопения: Воскресения день, просветимся людие! Пасха, Господня Пасха! От смерти бо к жизни, и от земли к небеси Христос Бог нас приведе победную поющия и т.д. Не слышно уже обычного чтения, возбуждающего дух сокрушения, а слышно одно лишь непрерывное сладкопение, возбуждающее во всех радование. Непрестанно являются служители алтаря в блистающих одеждах, непрестанно зрим крест Христов и покланяемся сему знамению спасения нашего, непрестанно осеняемся курением священного фимиама; у всех на руках восженные свещи; в устах же у всех, и служащих, и поющих, и предстоящих, только и слышится радостное: Христос Воскресе!
Так празднуется временная Пасха Христова на земле, и к сему празднованию допускаются все христиане, достойные и недостойные, потому что настоящая жизнь подлежит изменению: нередко достойные делаются недостойными, и наоборот – недостойные делаются достойными, что явно оказалось на Иуде и разбойнике. Первый был в лике избранных дванадесяти апостолов Христовых, три лета последовал за Христом, слушая непрестанное учение Его, и имел дарование изгонять бесов и исцелять многоразличныя болезни. Но наконец, обезумившись от нерадения и сребролюбия, предал Христа и погиб вечно. Последний же более 30 лет был в шайке закоренелых злодеев, но, вразумившись на кресте, исповедал волею Распеншагося Сына Божия Господом и Царем, и первый вошел в рай. Примеры эти да содержим всегда в памяти, чтобы воздержать себя от греха осуждения, хотя бы мы видели кого-либо и при конце жизни грешащим, как убеждает нас св. Иоанн Лествичник.
Но иной будет порядок празднования на Небеси Пасхи вечной после всеобщего воскресения и суда. К празднованию оной допустятся только одни избранные, достойные. И кто единожды допущен будет в чертог небесный к празднованию Пасхи вечной, тот вечно и останется в лике празднующих оную, во гласе радования. Кто же окажется недостойным участия в этом праздновании, тот уже пребудет в вечном лишении и вечном отчуждении. Но теперь неблаговременно говорить подробно о горькой участи последних по причине всерадостного праздника. А скажем только одно, что все мы, христиане, пока живы, должны быть осторожны и внимательны к своему спасению. И мнящиеся из нас стояти, – по слову апостольскому, – да блюдутся, да не падут (1Кор. 10, 12), памятуя всегда ужасающий пример погибшего Иуды. Немощные же из нас и падающие да возбуждаются надеждою исправления, видя утешительный пример благоразумного разбойника, наследовавшего рай.
О, Па́сха ве́лия и свяще́ннейшая, Христе́! О, Му́дросте, и Сло́ве Бо́жий, и Си́ло! Подава́й нам и́стее Тебе́ причаща́тися в невечернем дни ца́рствия Твоего.
Христо́с Воскре́се!
