Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Что­бы че­ло­ве­ку исп­ра­вить се­бя, не на­до вдруг на­ле­гать, а как тя­нуть бар­ку: тя­ни-тя­ни-тя­ни, от­дай-от­дай! – Не все вдруг, а по­нем­но­гу.– Зна­ешь ро­жон на ко­раб­ле? Это та­кой шест, к ко­то­ро­му при­вя­за­ны все ве­рев­ки ко­раб­ля, и ес­ли тя­нут за не­го, то по­ти­хонь­ку и все тя­нет­ся, а ес­ли взять сра­зу, то все ис­пор­тишь от пот­ря­се­ния.

прп. Амвросий

Ка­кие бы ни бы­ли огор­че­ния, они по­доб­ны ма­лей­шей иск­ре, т.е. ес­ли плю­нешь – по­ту­шишь. Ес­ли же эту ма­лей­шую иск­ру бу­дешь раз­ду­вать, то про­и­зой­дет пла­мень и все доб­рое уст­ро­е­ние в че­ло­ве­ке ист­ре­бит, а раз­ду­ванье это сос­тав­ля­ет­ся от мно­го­мыс­лия, нап­ри­мер: „Серд­це мое под тя­же­лым крес­том; ис­тин­но горь­кая жизнь мо­на­шес­кая: все серд­це изор­ва­лось".

прп. Антоний

По­го­да су­ро­вая, дождь, ве­тер и хо­лод, так что и к шу­бе, и к топ­ли­ву на­до при­бег­нуть. Но ведь не всег­да бла­гот­вор­ность воз­ду­ха и яс­ная по­го­да по­лез­ны, за­во­дят­ся в рас­те­ни­ях чер­ви и дру­гие на­се­ко­мые, вре­дя­щие бла­гим пло­дам. Так бы­ва­ет и в на­шем ду­хов­ном уст­ро­е­нии: по­се­ще­ние бла­го­да­ти, мир, ти­ши­на и спо­кой­ствие от сту­же­ния страс­тей ес­ли про­дол­жи­тель­но и пос­то­ян­но с на­ми пре­бы­ва­ют,– то опас­но, что мо­жем прий­ти в вы­со­ко­у­мие и ли­шить­ся зас­туп­ле­ния, и не бу­дем ис­кус­ны в бо­ре­нии страс­тей, и уда­лим­ся от скорб­но­го пу­ти. А по­то­му Бог ис­ку­ша­ет нас про­тив­ны­ми, к поз­на­нию на­шей не­мо­щи, к тер­пе­нию и сми­ре­нию.

прп. Макарий

Исповедь
«Встань и начни сначала»

Множество паломников всегда приезжало и приезжает в благословенную Оптину пустынь, чтобы в таинстве покаяния и исповеди подготовиться ко Святому Причащению.

Удивительным даром располагать к себе человеческие сердца и врачевать греховные язвы обладали великие оптинские старцы.

Жизнеописатель основателя оптинского старчества спрашивает: «Что в особенности привлекало к старцу отцу Леониду сердца всех, монашествующих и мирян?»

И на этот вопрос дает такой ответ: «Это дар благодати Божией, почивавшей на нем. Вследствие чего все с верою относившиеся к нему единогласно свидетельствовали, что в его присутствии они ощущали внутренний мир, успокоение сердечное и духовную радость. Часто приходили к нему с великим горем, а вошедши в его келью, забывали, зачем приходили и что за горе тревожило их, – оно оставляло их на пороге. Помыслы, казавшиеся страшными и неодолимыми, в присутствии старца исчезали, как будто их никогда не было; но они опять появлялись, когда относившиеся к старцу ленились приходить к нему. – Благодатной силой наставлений старца отца Леонида многие семейства умиротворены, проводившие порочную жизнь наставлены на путь истины, многие раскольники обращены к Православной Церкви».

На вопрос о том, как и кому следует исповедоваться, старец Амвросий отвечал следующим образом: «Кому ни исповедуй, только исповедуй искренно, – что после последней исповеди найдется тяжелого или легкого на совести. Если что вспомнится из прежней жизни неисповеданное по забвению, и это должно исповедать».

Как-то к старцу Амвросию обратился диакон, который написал, что уже несколько лет поражен неизвестной болезнью – «болезнь такая, что более обладает мною страх, в особенности при совершении Божественной литургии, и также постоянная тоска, и задумчивость, и боль сердечная».

Одной из причин подобного состояния старец назвал неисповеданные детские грехи: «Хотя заочно неудобно разрешать такого рода недоумения и болезни, но, судя по тоске и страху, которые с вами бывают, думаю, что началом и первой причиной болезни вашей были детские грехи, которые, должно быть, вы не умели или стыдились исповедать вовремя, как должно; а это следовало вам сделать, особенно перед посвящением вас во диакона».

Оптина пустынь стала для многих школой духовной жизни, в которой человек с помощью исповеди научался очищать и врачевать свою душу. О старце Варсонофии вспоминали, что он «видел человеческую душу, и по молитвам ему открывалось в человеке самое сокровенное, а это давало ему возможность воздвигать падших, направлять с ложного пути на истинный, исцелять болезни, душевные и телесные, изгонять бесов. Его дар прозорливости особенно проявлялся при совершении им таинства исповеди. С.М. Лопухина рассказывала, как, приехав шестнадцатилетней девушкой в Оптину, она попала в “хибарку”, в которой принимал старец. Преподобный Варсонофий увидел ее, позвал в исповедальню и там пересказал всю жизнь, год за годом, проступок за проступком, не только указывая точно даты, когда они были совершены, но также называя и имена людей, с которыми они были связаны. А завершив этот страшный пересказ, велел:
– Завтра ты придешь ко мне и повторишь мне все, что я тебе сказал. Я хотел тебя научить, как надо исповедоваться».

После совершения исповеди священником читается разрешительная молитва: «Господь и Бог наш, Иисус Христос, благодатию и щедротами Своего человеколюбия да простит ти чадо (имя), и аз недостойный иерей властию Его мне данною прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих, во Имя Отца и Сына, и Святаго Духа. Аминь».

Как пояснял преподобный Антоний Оптинский:
1. Когда духовный отец, по данной ему от Бога власти, сказал Вам: “Прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих”, – эти слова должно принять так, что языком его произнес оные Сам Иисус Христос, и в ту же самую минуту разрешение оное подтверждается на небеси Богом Отцем и Святым Духом. Видите, сколь милостив Бог к кающимся грешникам!

2. Сим духовного отца словом разрушаются не одни только устно исповеданные грехи, но и неисповеданные по забвению или по неведению; одни только те грехи духовный отец разрешить не может, которые грешник с намерением утаивает от стыда и страха, каковых грехов и Сам Бог не прощает. Ваши же грехи все прощены и разрешены, и хотя бы в свое время случилась Вам и смерть, то с полною верою и надеждою на милосердие Божие о спасении своей души должны мирными в духе своем быть, понеже грехи юности – неведения Вашего не воспомянутся пред Богом; в чем уверяю Вас святым именем Его.

Вот какова сила искреннего и глубокого покаяния, твердость и готовность бороться со своими грехами. А потерпев поражение в духовной борьбе, решимость начать ее снова, не впадая в уныние и отчаяние, не стыдясь искренно и прямо исповедать свои духовные немощи перед духовником.

Старец Варсонофий рассказывал своим ученикам случай из Древнего патерика о силе и необходимости исповеди.

«За одним монахом бес ходил тридцать лет, стараясь соблазнить его и все не удавалось. Наконец, через тридцать лет он соблазнил его блудом, и монах пал. Впасть в этот грех монаху – все равно, что уничтожить все свои предшествовавшие труды.

Бес пришел к падшему и сказал ему, что он теперь отпал от Бога и стал рабом греха и диавола.
– Ты теперь мой, – говорил бес.
– Никогда, я – раб Божий.
– Да как же ты можешь быть Божиим, когда впал в мерзейший грех? Ты ужаснейший грешник.
– Ну что ж, что грешник? Я – Божий, а тебя знать не хочу.
– Да ведь ты пал?
– А тебе-то какое до этого дело?
– Куда же ты теперь пойдешь?
– В монастырь.
– Разве место тебе в монастыре после такого ужасного дела? Твое место теперь в миру. Да к кому же ты идешь?
– К духовнику на исповедь.

Бес всячески хулил духовника, останавливал монаха, но тот стоял на своем.

Что же сказал духовник? Грех он его отпустил.
– Все свои прежние труды, брат, уничтожил ты своим падением. Встань и начни сначала.

А в ночь игумену того монастыря, мужу высокой жизни, явился Господь Иисус Христос. Он держал за руку монаха.
– Узнаешь ли ты, кто это? – спросил Господь игумена.
– Узнаю, Господи, это монах из моего стада, да еще падший.
– Знай же и то, что этот монах, не поддавшись наветам бесовским, склонявшим его к унынию и отчаянию, в самом падении своем посрамил беса, и Я оправдал его».