Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Ошиб­ка и заб­луж­де­ние че­ло­ве­че­ст­ва про­ис­хо­дят от­то­го, что мы не по­ни­ма­ем как сле­ду­ет на­ме­ре­ние Бо­жие и во­лю Бо­жию о нас. Гос­подь, по бла­гос­ти Сво­ей и ми­ло­сер­дию Сво­е­му, хо­чет да­ро­вать нам веч­ное бла­же­н­ство на не­бе, в Царствии Не­бес­ном, а мы, по сле­по­те сво­ей, бо­лее же­ла­ем, ищем счас­тия и бла­го­по­лу­чия вре­мен­но­го на зем­ле. Вот Гос­подь, по бла­гос­ти Сво­ей и по люб­ви к ро­ду че­ло­ве­чес­ко­му, и вра­зум­ля­ет нас раз­ны­ми скор­бя­ми, и бо­лез­ня­ми, и дру­ги­ми бедстви­я­ми.

прп. Амвросий

Ин суд Бо­жий, ин че­ло­ве­чес­кий; о ве­щах, близ­ких на­ше­му серд­цу, мы час­то су­дим про­ти­ву страс­тей на­ших, во­ю­ющих на нас, или про­ти­ву нас, а по­то­му и суд наш не­ред­ко бы­ва­ет прев­ра­тен, и то, что ка­жет­ся нам тя­го­ст­но, скорб­но в нас­то­я­щем,– впос­ле­д­ствии ра­до­ст­но, лег­ко, бла­жен­но.– Ко­нец все вен­ча­ет.

прп. Лев

Ес­ли солн­це всег­да бу­дет све­тить, то в по­ле все по­вя­нет, по­то­му ну­жен бы­ва­ет дождь. Ес­ли все бу­дет дож­дить, то все поп­ре­ет, по­то­му ну­жен ве­тер, что­бы про­ду­вал. А ес­ли вет­ра не­дос­та­точ­но, то нуж­на бы­ва­ет и бу­ря, что­бы все про­нес­ло. Че­ло­ве­ку все это в свое вре­мя бы­ва­ет по­лез­но, по­то­му что он из­мен­чив.

прп. Амвросий

Любимое стихотворение 

 Послушник Николай Беляев (в будущем преподобноисповедник Никон Оптинский) был близким учеником преподобного Варсонофия Оптинского, по благословению которого с 1907 года вел дневник, в который записывал наставления своего старца, духовные размышления, описывал жизнь Оптинского скита.

2 ноября 1908 года Николай Беляев записал: «Я недавно узнал у самого Батюшки, что он писал стихотворения, и они есть в печати листками. Одно из них, “Иисусова молитва”, мне очень понравилось. Другие, которые я читал, не так нравятся мне».

В стихотворении описывался тернистый, но благодатный путь подвижника, опытного делателя Иисусовой молитвы.

Ее начало – тесный путь.
Душе тревожной негде отдохнуть.
Болезни и труды, великие страданья,
Смущений вихрь, презренье, порицанье
Подвижника встречают; видит он,
Как скорби восстают со всех сторон,
И он стоит исполненный сомнений,
Тревожных, тяжких дум, недоумений,
Томлением объятый и тоской.
Неведомы ему ни радость, ни покой,
И помощи не ждет он ниоткуда,
Как только от Спасителя Христа.

Послушник Николай спросил у своего наставника о духовным смысле этого стихотворения Старец Варсонофий ответил:

– Путь молитвы Иисусовой есть путь кратчайший, самый удобный. Но не ропщи, ибо всякий, идущий этим путем, испытывает скорби. Раз решился идти этим путем, пошел – то не ропщи: если встретятся трудности, скорби – нужно терпеть... Допустим, нужно пройти Козельск (это, вероятно, Батюшка сказал только так, для примера). Есть два пути: один – лесом, другой – полями. Лесом – сухая дорога, но в обход идет, а полями, хотя и значительно ближе, но встречаются болота. Вы решаетесь идти полями, желая прийти поскорее, но не пеняйте тогда на себя, если придете в Козельск с одной галошей и мокрый. Так и здесь, надо быть готовым на все.

Укрепляя делателя Иисусовой молитвы, автор стихотворения обращается к нему с такими словами:

Мой друг о Господе! Дерзай!
Не прекращай великой, тяжкой битвы
И поле бранное отнюдь не покидай
Не оставляй божественной молитвы!
Пребуди в подвиге до смерти, до конца:
Победа ждет тебя, духовного борца.

Главная цель христианской жизни – это спасение души, подготовка себя к Вечности:

Живи для вечности, для Бога,
Единой истинной и вечной красоты, –
Всю жизнь Ему всецело посвяти.

Старец Варсонофий поделился с учеником и своим личным духовным опытом:

– Здесь нет ничего сочиненного, все это вылилось у меня из сердца. Вам, вероятно, особенно понравился конец... Это состояние – переход к внутренней молитве в сердце – нельзя передать на словах так, как оно есть на самом деле. Его поймет и может понять только тот, кто сам его испытал...

В стихотворении говорится: “И ты увидишь, полный изумления, иной страны сияющую даль...” Да, именно “полный”, то есть все существо человека исполнится изумлением, увидев “иной страны сияющую даль”. Я откровенно говорю вам: так уж я теперь, пожалуй, не напишу...

Многолетний тернистый путь подвижника, со смирением и верой проходившего путь духовного делания, увенчивается неземной радостью, внутри души водворяется рай и блаженство, и искусный делатель молитвы уже на земле становимся сопричастником небесной славы.

В душе твоей свободной от страстей
Исчезнут тяжкие сомненья и тревога,
И свет духовный воссияет в ней, –
Наследнице небесного чертога,
Мир чудный водворится – рай,
И с Господом ее свершится единенье.
Исчезнет без следа твоя печаль,
И ты увидишь, полный изумленья,
Иной страны сияющую даль,
Страны живых, страны обетованья –
Грядущего за подвиг воздаянья,
Желаний твоих край...

Почему из всего поэтического наследия своего наставника молодой послушник выделил стихотворение о молитве Иисусовой? – Потому что по благословению своего наставника тоже встал на путь духовного делания и пытался идти по нему. Впоследствии, научая своих духовных чад, о. Никон неоднократно напоминал, что этот путь следует проходить со смиренным и сокрушенным сердцем: «Молитву Иисусову твори во смирении духа и сердца своего. Хорошо, что ты получаешь утешение от сего делания, но твердо помни, что искать утешений и наслаждений в молитве святыми отцами признается душевредным. Поэтому более приникай к чувствам смирения и покаяния. Тогда не заблудишься на молитвенном пути».

В.В. Каширина