Настоящий старец — «без «химеры» и фанатизма»
Что и как говорить посетителям, о. Леонид о том не заботился и действовал по внушению Божию.
Чтоб не смущать духовною высотою своею приходящих к нему, о. Леонид прикрывался шутливым обращением. Самая его речь, состоя из слов Писания и выразительного меткого народного наречия, была особенная. Старец был неизменно и безусловно прямодушен, представляя полную противоположность тем, о ком сказано: «Умякнуша словеса их паче елея, и та суть стрелы» (Пс. 54, 22).
«Свой своего всегда найдет», — говорил он, — т. е. всякий поймет нужное ему наставление, как бы оно ни было выражено. Не любил старец «ученого штиля политику и душевного человечества художественное соображение». «Ребята, за что купил, за то и продавай!» — наставлял он учеников.
Простота о. Леонида доходила иногда до полуюродства, и некоторые не могли понять таких действий старцева смирения, и осуждали его, как осуждали за тучность, происходившую от болезни. Но прозорливый старец исправлял таких людей, открывая им их помыслы и напоминая им грехи, которые должны бы больше их касаться, чем тучность о. Леонида.
Внешних изъявлений привязанности о. Леонид не любил, называя их «химерою». «Я был при о. Феодоре без фанатизма, — говорил он, — мысленно же готов был кланяться ему в ноги».
Внутренний мир, успокоение сердечное и радость ощущались в присутствии старца; помыслы исчезали, горе утихало при виде его…
Болея о ближних, старец не отказывался от помощи им и в телесных болезнях. Много раздавал он «горькой воды» (особый состав), которая по кончине его не имела уже той целебной силы; помазывал елеем от неугасимой лампады, теплившейся перед келейной его иконою Владимирской Божией Матери, посылая часто к святителю Митрофану, и иногда больные возвращались к старцу, получив исцеление на пути…
Все человеческие беды, которых зрителем был о. Леонид, извлекали у него глубокие вздохи, слезы и потрясали всю внутренность его. Тогда за облегчением обращал он взор на лик Владычицы. Оставаясь же один, до того углублялся в молитву, что не слышал ничего, происходившего вокруг.
Из книги Е.Поселянина «Русские подвижники XIX века»