Чудо — яичко

Причастившись Святых Христовых Тайн, инок Трофим вместе с другими монахами отправился разговляться.

— Хочешь, чудо покажу? — спросил он сидевшего с ним за одним столом брата.

— Хочу, — с интересом ответил тот. Трофим достал из кармана яйцо.

— Вот видишь, с прошлого года яичко, — сказал он, — целый год пролежало у меня в келье. Простое давно бы протухло, а это освященное, пасхальное — свежее.

Трофим разбил скорлупу и дал понюхать соседу. Яйцо действительно оказалось свежим. Трофим перекрестился и съел половинку, а вторую отдал брату.

Сразу же после трапезы, в начале шестого утра, вся монастырская братия отправилась отдыхать. Инок Трофим забежал в храм, нашел там Ферапонта. Тот уже поджидал его. Они переглянулись и, без слов поняв друг друга, поспешили на колокольню.

Грянул Пасхальный звон. По всей Оптинской земле были слышны его праздничные переливы.

Инок Трофим стоял спиной к Ферапонту и не видел его, а лишь слышал ритмичный звон колоколов. Во время звона души их всегда сливались как бы воедино. Вдруг он почувствовал, что Ферапонта нет рядом, и в то же самое мгновение ощутил сильный удар острого предмета в спину.

— Боже наш, помилуй нас! — воскликул Трофим и, из последних сил ударив еще несколько раз в большой кампан, бездыханным упал на деревянный помост.

Колокол долго и протяжно гудел и, наконец, как бы застыв от ужаса, затих, как затихли два смиренных инока, проливших мученическую кровь. Вслед за ними этим же мечом недалеко от скитской башни был убит и иеромонах Василий.

Угасли три свечи, три еще не убелившихся сединою старости монаха, но не угасла Пасхальная радость, возвещающая победу Христа.

Не прекратился колокольный звон, снова крестообразно прорезавший Оптинскую тишину в то Пасхальное утро, утверждавший: «Христос Воскресе!»

Из книги «Жизнеописание Оптинских новомученников»