Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Вся­кая друж­ба, не ос­но­ван­ная на ис­тин­ной люб­ви и сми­ре­нии, а па­че друж­ба по страс­ти, неп­роч­на и раз­ру­шит­ся.

прп. Макарий

Бы­ва­ют вре­ме­на горь­ки, тяж­ки и том­ны. Без это­го нель­зя обой­тись. На чувствен­ной вой­не мно­гие бы­ва­ют ра­не­ны и пре­тер­пе­ва­ют бо­лез­ни, коль­ми па­че на сей ду­хов­ной бра­ни мно­ги ра­ны при­ем­лем от ду­хов зло­бы, а па­че ког­да воз­на­де­ем­ся на свои си­лы и ра­зум, то и по­беж­да­ем­ся, по­ка сми­рим­ся, поз­нав­ши свою не­мощь.

прп. Макарий

Упо­доб­ля­ет­ся на­ша жизнь до­воль­но глу­бо­ко­му рву, ко­то­рый в дожд­ли­вое вре­мя на­пол­ня­ет­ся так, что и пе­ре­ез­ду не бы­ва­ет, в дру­гое же вре­мя иcсы­ха­ет так, что нис­коль­ко по нем не те­чет во­да. Свя­ты­ми же от­ца­ми пох­ва­ля­ет­ся та­кая жизнь, ко­то­рая про­хо­дит, по­доб­но ма­ло­му ру­чей­ку, пос­то­ян­но те­ку­ще­му и ни­ког­да не ис­сы­ха­ю­ще­му. Ру­че­ек этот удо­бен во-пер­вых, к пе­ре­хо­ду, во-вто­рых, при­я­тен и по­ле­зен всем про­хо­дя­щим, по­то­му что во­да его бы­ва­ет при­год­на для питья, так как ти­хо те­ку­щая и по­то­му ни­ког­да не бы­ва­ю­щая мут­ною...

прп. Амвросий

Верь в милосердие Божие

В нынешнем Евангелии читали мы о пребывании Господа Иисуса Христа в Капернауме. Господь сказал жителям этого города, что придут многие от востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом, а сыны царствия изгнаны будут вон. Куда вон? Очевидно, в ад. Разъяренные капернаумцы, как дикие звери, бросились на Спасителя, окружили Его и повлекли к высокой скале, с которой хотели сбросить Его, но Он же прошед посреде их, идяще (Лк. 4, 30). Идяще — без указания начала и конца действия, идяще все время.
Но Он же прошед посреде их, идяще. Кто? По историческому смыслу — Господь. Но кроме исторического значения евангельская история имеет другое, применительное к каждому из нас. Кто же это Он? Это — ум наш, идущий горе?. "Горе? имеем сердца" — стремится душа наша, ум наш к Господу.

Верь в милосердие БожиеНо, как дикие звери, окружают помыслы, искушение, суета, и опускаются крылья, поднимавшие дух, и кажется, никогда не устремиться ему горе?. "Господи, Господи... жажду общения с Тобой, жизни в Тебе, памятования о Тебе, но постепенно рассеиваюсь, развлекаюсь, ухожу в сторону. Пошла в церковь к обедне. Только началась служба, а у меня появляются мысли: "Ах, дома я то-то и то-то не так оставила. Такой-то ученице надо вот что сказать. Платье-то я выгладить не успела...". И много других мыслей о якобы неотложных заботах. Смотришь, уже и "Херувимскую" пропели, уже и обедня к концу. Вдруг опомнишься: молилась ли? Разве я с Господом беседовала? Нет, телом была в храме, а душой — в будничной суете. И уйдет такая душа из храма со смущением, неутешенная.

Что же скажем? Слава Богу, что хоть телом побывала в храме, хотя бы пожелала к Господу обратиться. Вся жизнь проходит в суете. Ум идет посреди суетных мыслей и соблазнов. Но постепенно он навыкнет помнить о Боге так, что в суете и хлопотах, не думая, будет думать, не помня, — помнить о Нем. Только бы шел не останавливаясь. Пока есть в тебе это стремление вперед — не бойся, цел твой кораблик и под сенью креста совершает свое плавание по жизненному морю. Цел он — и не надо бояться возможных житейских бурь. Без непогоды не обходится никакое обычное плавание, тем паче жизненный путь. Но не страшны жизненные невзгоды и бури шествующим под прикрытием спасительной молитвы: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную". Не страшны они, только бы не впасть в уныние, ибо уныние порождает отчаяние, а отчаяние уже смертный грех. Если и случится согрешить, верь в милосердие Божие, приноси покаяние и иди дальше, не смущаясь.

Из бесед прп. Варсонофия Оптинского