Аудио-трансляция

Толь­ко хоть про­чи­тай кни­гу. Ес­ли и не за­пом­нишь ни­че­го в то вре­мя (т.е. во вре­мя чте­ния), по­лу­чишь поль­зу.

преп. Амвросий

Милость Божия окружает и хранит христианина

По обычаю своему хочу вам предложить на рассмотрение, для пользы душевной, 22-й псалом, который всегда читается на правиле ко Святому Причащению. Псалом этот для многих довольно понятен, но не для всех. Вот мне и пришло желание написать некоторое объяснение оного для тех, которые не вполне его понимают.

Господь пасет мя, и ничтоже мя лишит. На месте злачне, тамо всели мя, на воде покойне воспита мя (ст. 1-2).

Милость Божия окружает и хранит христианинаСам Господь, как Пастырь, пасет нас, и ничего не лишил, что потребно к нашему спасению. Бессловесных овец обыкновенно пасут при воде, на местах, обильных для питания травами. И Господь пасет словесных овец Своих — вообще православных христиан — в оградах Единой Святой Соборной Своей Церкви, а монашествующих — в оградах монастырских, и обильно питает всех нас учением Божественных словес. Под «водой покойной» должно разуметь воду Святого Крещения, которою мы, будучи крещаемы в младенчестве, омываемся от прародительского греха, а если крестятся взрослые, то им прощаются и собственные их грехи.

Душу мою обрати, настави мя на стези правды, имене ради Своего (ст. 3).

С пути неправды, лжи, порока и греха обращает нас Господь Евангельскими заповедями на путь добродетели, правды и истины имене ради Своего, то есть делает все это не ради человеческих заслуг и дел, но по единому Своему благоволению, чтобы мы прославляли всесвятое имя Его.

Аще бо и пойду посреде сети смертныя, не убоюся зла, яко Ты со мною ecu: жезл Твой и палица Твоя, та мя утешиста (ст. 4).

Жезл означает Крест Христов, а палица — призывание имени Христова со знамением крестным. Если христианин, по силе заботящийся об исполнении заповедей Христовых, с верой и упованием всегда ограждает себя молитвой Иисусовой и крестным знамением, то безбоязненно и безопасно проходит не только бедственные опасные случаи в сей жизни, но по смерти и самые мытарства, как пишет о сем преподобный Иоанн Карпафийский: ратуя и поношая, с дерзостью находит враг на душу, изшедшую от тела, клеветник быв горек же и страшен о согрешенных. Но возможно есть видети тогда боголюбивую и вернейшую душу, аще и множицею уязвлена бысть грехами, неужасающуюся онаго стремлений же и прещений; но паче укрепляему о Господе, и воскриляему радостию, и дерзотвориму наставляющими ее Святыми Ангелами, и осеняему светом веры, и противоглаголющу со многим дерзновением лукавому диаволу: «Что тебе до нас, чуждый Бога? Что тебе до нас, бежателю небесных и рабе лукавый? Не имаши ты власти над нами: Христос бо Сын Божий над нами же и над всеми власть имать: Тому согрешихом, Тому и ответствовати будем, обручение имуще еже к нам милосердия и спасения, Крест Сего честный. Ты же бежи далече от нас, губителю, ничтоже тебе и рабом Христовым» («Добротолюбие», часть 4, гл. 25). Святые отцы под палицею разумеют также псалмопение и всякую другую молитву.

Уготовал ecu предо мною трапезу сопротив стужающым мне... и чаша Твоя упоявающи мя, яко державна (ст. 5).

Слова сии прямо указывают на Таинство Святого Причащения. Ежели мы с верой неосужденно причащаемся Таинства Тела и Крови Христовых, то все козни врагов наших душевных, стужающих нам, остаются недейственны и праздны. Неосужденно же причащаемся тогда, когда приступаем к Таинству сему, во-первых, с искренним и смиренным раскаянием и исповеданием грехов своих и с твердой решимостью не возвращаться к оным, а во-вторых, если приступаем без памятозлобия, примирясь в сердце со всеми, опечалившими нас.

Умастил ecu елеом главу мою (ст. 5).

Под «елеем» должно разуметь Таинство Миропомазания и Таинство Елеосвящения, а под «главой» — ум наш, который вначале получает духовное утверждение через Таинство Миропомазания.

И милость Твоя поженет мя вся дни живота моего, и еже вселитимися в дом Господень в долготу дний (ст. 6).

Милость Божия окружает и хранит христианина, по силе заботящегося об исполнении заповедей Христовых и о покаянии, не только во все дни земной жизни его, но и в самом переходе его в жизнь будущую, для водворения в небесном дому Господнем.

Из писем прп. Амвросия Оптинского