Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Гор­дость бо­лее все­го ли­ша­ет лю­дей и доб­рых дел, и по­мо­щи Бо­жи­ей: где нет све­та, там ть­ма, а где нет сми­ре­ния, там зас­ту­па­ет мес­то гор­дость.

прп. Макарий

Кра­е­у­голь­ный ка­мень ино­чес­ко­го жи­тия есть сми­ре­ние. Сми­ре­ние и пос­лу­ша­ние по­мо­га­ют при­об­рес­ти раз­лич­ные доб­ро­де­те­ли, осо­бен­но в те­лес­ном от­но­ше­нии, но ес­ли есть гор­дость — все про­па­ло. По­доб­но то­му, как по­ги­ба­ют, де­ла­ют­ся ни­чем пя­ти­сот­руб­ле­вые кре­дит­ные би­ле­ты, бро­шен­ные в огонь. По­ка они вне ог­ня, они име­ют ог­ром­ную сто­и­мость, но лишь толь­ко по­па­ли в огонь — прев­ра­ща­ют­ся в пе­пел, ни­че­го не сто­я­щий. Или еще, че­ло­век с ве­ли­ки­ми доб­ро­де­те­ля­ми, но гор­дый — по­до­бен ог­ром­но­му ко­раб­лю, наг­ру­жен­но­му вся­ки­ми дра­го­цен­нос­тя­ми, но не вхо­дя­ще­му в прис­тань, а гиб­ну­ще­му сре­ди мо­ря. Так с од­ной сто­ро­ны ве­лик и ги­бе­лен по­рок — гор­дость, а с дру­гой — так спа­си­тель­но сми­ре­ние. На ко­го воз­зрю, толь­ко на крот­ко­го и сми­рен­но­го, тре­пе­щу­ще­го сло­вес Мо­их (ср.: Ис. 66, 2), — го­во­рит Гос­подь.

прп. Варсонофий

Воз­но­ше­ние, т. е. гор­дость, так па­губ­на, что и с вы­со­ты доб­ро­де­те­лей низ­вер­га­ет в безд­ну страс­тей и по­ро­ков.

прп. Макарий

Люди часто пророчествуют о себе, сами того не зная

Мне приходилось не однажды слышать примеры предвидения и как бы пророчеств обыкновенных людей относительно самих себя, а также других людей, хотя говорившие и не сознавали, что они пророчествуют.

Люди часто пророчествуют о себе, сами того не знаяРассказывал мне о. Иов, мантийный монах нашего Скита, следующее. «Когда, – говорит, – я еще был в миру, мне приходилось караулить лес. Однажды я заснул, лежа на траве, и это было днем, и вижу: подходят ко мне два монаха и говорят: «Хочешь, пойдем с нами, мы тебе покажем церковь!» – «Хорошо, – отвечаю я им, – пойдем посмотрим». Встал и пошел с ними. Пройдя некоторое расстояние, вижу, что подходим к церкви, которую мы затем кругом обошли. В это время в ней шла служба и пели «Ныне Силы Небесныя с нами невидимо служат». Пели очень хорошо. Мне хотелось войти в церковь, чтобы послушать таких прекрасных певчих, но сопровождавшие меня монахи сказали мне: «Теперь нельзя, а ты войдешь в эту церковь чрез шесть лет. В это время я проснулся.

О поступлении в монастырь я тогда и не помышлял. Ровно чрез 6 лет я сподобился поступить в Скит Оптиной Пустыни, который я видел во сне. Это было Великим постом, т.е. когда поют на Преждеосвященной обедне «Ныне Силы Небесныя».

Монах Крискент рассказывал мне про другое событие, бывшее в Глинской Пустыни:
Один монах говорил ему и о. Казначею Пустыни, что умрет непременно в Софрониевой Пустыни, а не в здешней, т.е. не в Глинской. После трапезы часа через два у вышеупомянутого монаха вдруг пошла кровь гортанью, и он чрез несколько минут скончался. Таким образом ему пришлось помереть не в той Пустыни, в которой он предполагал, а в той, в которой он жил тогда. Во всяком случае, он предсказал скорую свою смерть.

Часто люди пророчествуют, сами того не зная. Вот, например, сейчас, мы беседуем, но ни я, ни вы не знаем, для чего и почему. Но я уверенно говорю: значит так надо. Говорят, что все события нашей жизни откроются нам в час нашей смерти, и мы тогда все поймем. Перед нами вся наша жизнь явится, словно написанная в книге.

Из бесед прп. Варсонофия Оптинского