Преподобный Макарий Оптинский о монастырях и монашестве (из письма)
При взгляде на нынешний образ жизни монашества, как мы далеко уклонились от того пути, который нам показан в отеческих учениях, — сердце болезнует! И вместо того, чтобы искать добраго бисера, сокровенного на селе сердец наших, довольствуемся одною внешностью; а чтобы подвизаться на страсти, мали и редцы обретаются; и чрез слабости наши бываем соблазн миру, вместо того, чтобы быть — свет миру.
Вы изволите замечать, что охота к чтению отеческих книг начала истребляться в монахах: вот это и служит причиною к расслаблению, так как нет побуждения к деятельной иноческой жизни; может быть и есть из новоприходящих, что имеют ревность и желание спастися; но, видя примеры слабости, прежде осуждают их, потом и сами порабощаются оным, не имея верного окормления и отвержения своей воли и разума,—что могло бы привести их к смирению, как сильному оружию на все вражьи сети. Не мудрено, что и в религиозных журналах нынешнего времени проявляется что-то такое невыгодное о жизни монашества. А о других литературных изданиях нечего и говорить! И все это разливается по всему христианскому миру, который не смотрит на свои слабости, а зорко взирает на монашеские и малые недостатки.
Впрочем, мы не должны обвинять судящих нас, но находить в себе вины, смиряться, приносить покаяние, и Господь силен спасти и извести изо рва оного, виденного преподобным Пахомием, скорбьми, напастьми и болезнями. Хотя и горестно смотреть на наши слабости, но многие приходящие в обитель обретают защиту от стрел вражьих, коим могли подвергаться в мирской жизни. Только, сколько мог я заметить, неполезно и опасно слишком юных принимать, ибо они более подвергаются влиянию слабой стороны, и навыкнув худому, не скоро могут прийти к истинному пути, так что ни к монастырю, ни к миру не бывают способны.
На сих днях мне случилось слышать сравнительный пример иноческой и мирской жизни: один странник безногий ползком обошел многие монастыри, и на вопрос одного монаха, как он находит монастырскую жизнь в сравнении с мирскою, отвечал: «Не все равные обители, но думаю так: луг, когда огорожен, то и трава на нем растет хорошо; а вне ограды бывает потоптана и поедена». Простой, но разительный пример! Еще ободряет нас писанное Иоанном Карпафийским к индийским инокам утешительное слово. Надобно молить Господа: да сохранит иноческий чин в нашем любезном отечестве и подаст силу и крепость к побеждению видимых и невидимых врагов христианству и монашеству.
5 июля 1860 года.