В затворе с гордостью или на кирпичном заводе со смирением …
Многие из братии скита ходили к нему за советами или для того, чтобы найти утешение в своих скорбях, и те, которые имели к нему расположение, получали от его беседы облегчение и утешение, ибо старец был наставник мудрый. Но этим самым его обет безмолвия нарушился, а потому, желая со своей стороны исполнить сей обет, движимый Божиим призванием, он начал просить отца наместника Антония, чтобы тот благословил его удалиться в пещеры при Гефсиманском ските в затвор.
Отец Антоний доложил о сем преосвященному митрополиту Филарету, который, благословив отца Александра испытывать себя, повелел ему три месяца никуда не выходить из кельи своей, с тем, чтобы по окончании этого срока доложить Его Преосвященству, как отец Александр будет себя чувствовать. С послушанием и любовью исполнил отец Александр повеленное ему, и только тогда преосвященный Филарет благословил его на полное затворничество, которое он и начал в 1862 году 23 ноября.
Очевидно, преосвященный Филарет и отец наместник Антоний видели в желании отца Александра вступить в затвор Божие призвание. Иначе они никогда не благословили бы его на затвор.
И сам отец Александр перед тем как решиться на затвор, немало испытывал себя и обдумывал свое решение. Об этом свидетельствуют следующие его рассказы своим ученикам.
«Когда я был в Оптиной Пустыни, то там жил один иеромонах с острова Валаама, по имени Варлаам. Он нам рассказал следующее. Жил при нем на Валааме в пустыни один схимонах, а ученик его, рясофорный монах, жил в монастыре и носил ему оттуда пищу. И вот постигло этого ученика какое-то искушение, и настоятель снял с него рясофор. Очень оскорбился старец- схимонах, узнав, что ученика его так обесчестили, и сам пошел в монастырь защищать его. При этом он не надел приличного своему сану одеяния и пошел только в одном подряснике.
Братия в это время собиралась идти в трапезу обедать. Заметив старца, они говорили ему: «Что же вы не в клобуке, сейчас ведь придет отец игумен?» Старец же в ответ на это стал выражать свое негодование.
Доложили отцу игумену. Игумен, пришедши, подозвал старца и спросил, что ему нужно, и почему он пришел без клобука. Старец в ответ продолжал выражать свое негодование по поводу того, что его ученика так оскорбили. Игумен, видя такое неуважение к власти, сейчас же велел эконому монастырскому отправить старца для смирения на кирпичный завод делать кирпичи, что и было исполнено.
После сего случая оный старец пришел в такое смирение и послушание, что, бывало, как только увидит издали еще отца игумена, бежит к нему навстречу и благодарит его за благодеяние, которое тот оказал его душе, потому что он, живя в безмолвии, не знал, какой мечтательности о себе и гордости предавался...»
В пещерах в затворе отец Александр прожил три года, с 23 ноября 1862 года до 9 марта 1865 года. Пещеры оставил он не по своей воле, но был вызван из затвора властью, так как, живя в сыром пещерном воздухе, он сильно захворал...
Хотя старцу не хотелось выходить из затвора, но он был покорен воле преосвященного Филарета и отца наместника Антония и по совету их перешел опять в скит, в свою прежнюю келью.
Фрагмент жизнеописания иеросхимонаха Александра (Стрыгина)
из книги «Подвижники благочестия Оптиной Пустыни»