Аудио-трансляция

По­лез­но нам всег­да пом­нить, как мыс­ли­ла бла­жен­ная Фе­о­до­ра, ко­то­рая при про­тив­ном об­ра­ще­нии с ней дру­гих го­во­ри­ла се­бе са­мой: „Ты не­дос­той­на люб­ви ближ­них".

преп. Амвросий

Рассказ прп. Нектария о допотопном человечестве. Старческое служение

О прозорливости старца Нектария осталось много воспоминаний. Один из таких случаев произошел в 1920-е годы, когда он жил в ссылке в селе Холмищи. Молодому московскому врачу Сергею Алексеевичу Никитину (впоследствии епископ Стефан) предлагали заняться научно-исследовательской работой, но ему была по душе и практическая работа лечащего врача. Сделать выбор самостоятельно он не мог. И тут вспомнил, что один из его друзей, Б.В. Холчев (впоследствии архимандрит Борис), рассказывал ему о старце Нектарии. Сергей Алексеевич расспросил его подробнее о старце и отправился за советом.

Он приехал в Холмищи и сидел в ожидании старца. Вдруг из-за легкой перегородки появился седенький, сгорбленный старец, шел он как-то по-особому. «Едва топчется», — подумал Сергей Алексеевич. И какие-то новые, чуждые мысли овладели им: «К кому ты пришел? Ведь этот старикашка, должно быть, выжил из ума, а ты, молодой, способный врач, будешь с ним советоваться. Смешно!»

Рассказ прп. Нектария о допотопном человечестве. Старческое служениеЧувство досады, оскорбленного самолюбия омрачило внутренний мир Сергея Алексеевича. Кто-то невидимый настойчиво навевал ему чувство вражды к внешности, движениям «скрюченного старикашки». Когда началась беседа, отец Нектарий спросил:

— А не приходилось ли Вам изучать Священную историю Ветхого Завета?

— Как же, учил, — ответил молодой врач.

— Представьте себе, — перешел от вопроса к повествованию отец Нектарий, — ведь теперь совершенно необоснованно считают, что эпоха, пережитая родом человеческим в предпотопное время, была безотрадной, дикой и невежественной. На самом деле культура была тогда весьма высокой. Люди многое что умели делать, предельно остроумное по замыслу и благолепное по виду. Только на это рукотворное достояние они тратили все свои силы тела и души. Все способности своей первобытной природы они сосредоточили лишь в одном направлении — всемерном удовлетворении телесных нужд. Беда их в том, что они «стали плотью». Вот Господь и решил исправить их однобокость. Он через Ноя объявил о потопе, и Ной сто лет звал людей к исправлению, проповедовал покаяние перед лицом гнева Божия, а в доказательство правоты своих слов строил ковчег.

И что Вы думаете? Людям того времени, привыкшим к изящной форме своей цивилизации, было очень странно видеть, как выживший из ума старикашка сколачивает в век великолепной культуры какой-то несуразный ящик громадных размеров да еще проповедует от имени Бога о грядущем потопе. Смешно!»

Сергей Александрович сначала недоумевал, к чему отец Нектарий стал говорить о допотопной культуре. Да вдруг в словах старца узнал свои выражения: «выживший из ума старикашка»... А этот «старикашка», оказывается, прочитал его мысли. Молодым врачом овладело сильное смущение, он моментально забыл все, о чем хотел спросить старца. Отец Нектарий прервал его смущение удивительно обыкновенной фразой: «Небось, устали с дороги, а я Вам про потоп». Его благообразное лицо в сединах, как в нимбе, светилось по-детски чистой улыбкой. Глаза излучали добро и мудрость. Когда утром Сергей Алексеевич подошел под благословение, чтобы проститься, Батюшка благословил его, приговаривая: «Врач-практик, врач-практик». Так был дан ответ на невысказанный вопрос.

Из книги «Житие иеросхимонаха Нектария»