Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Сми­рять се­бя все­ми си­ла­ми ста­рай­ся. И мысль, что те­бя не лю­бят, есть чис­то бе­со­вс­кая. К то­му ж мы обя­за­ны, что­бы всех лю­бить, но чтоб нас лю­би­ли, мы не сме­ем тре­бо­вать.

прп. Анатолий

Будь же хоть и греш­на, но сми­рен­на. И бу­дешь мир­на. А на сми­рен­ных-то Гос­подь и при­зи­ра­ет.

прп. Анатолий

Нам, ищу­щим спа­се­ния, при ис­пол­не­нии за­по­ве­дей Бо­жи­их са­мо­нуж­ней­шие есть сми­ре­ние, ко­то­рое прив­ле­ка­ет к нам Бо­жию бла­го­дать и ос­ве­ща­ет все на­ши действия, а без оно­го ни­ка­кие под­ви­ги и тру­ды не мо­гут нам дос­та­вить мно­го­же­лан­но­го ми­ра.

прп. Лев

Порядок преподобного Моисея Оптинского

Для помещения приезжих и приходящих были выстроены им гостиницы, на которых беcплатно предлагалось и помещение, и пища от Обители. Вместо урочного платежа, кто сколько хотел, столько и клал, по мере своего усердия, в кружку, прибитую к стене в коридоре. Об этом порядке на гостиницах сохранился в памяти братии такой раcсказ.

Порядок преподобного Моисея ОптинскогоВо время игуменства о. Моисея заехал на монастырскую гостиницу один богатый купец вместе со своим взрослым сыном. Внезапный разлив воды заставил их прожить здесь несколько дней. Купец этот с недоверием смотрел на монахов и не был к ним расположен, и медлил он в монастыре только по необходимости. Видя, что монах гостинник усердно прислуживает им несколько дней и приносит кушанье, он, раз, во время обеда, сказал ему: угощаете-то вы нас усердно, да что-то вы с нас за это после положите?

– Ничего не положим.

– Как ничего?

– Да так; у нас есть кружка запечатанная на стене, что вам Бог положит по сердцу, то вы в нее и опустите.

-- Ну конечно я-то опущу, но ведь другой ничего не опустит, да может быть и много таких найдется. Так всех-то монастырю кормить даром убыточно будет.

– На это наш о. Игумен говорит: если и 99 ничего не заплатят, так Бог пошлет такого сотого, который за всех вознаградит.

При этих словах купец взглянул на своего сына и сказал: ну, сотые-то верно мы с тобою. И с тех пор, пораженный такою верою Настоятеля, сам сделался постоянным благодетелем Оптиной Пустыни.

Из жития прп. Моисея Оптинского