Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Нам всег­да на­до го­во­рить: по во­ле Тво­ей, Гос­по­ди, да бу­дет то или дру­гое. По­сы­ла­е­мое все на­доб­но при­ни­мать, как от ру­ки Гос­под­ни: скорб­ное ли — к тер­пе­нию, при­ят­ное ли — к бла­го­да­ре­нию.

прп. Моисей

Пос­ти­же­ние во­ли Бо­жи­ей дос­туп­но чис­тым по жиз­ни сво­ей. Они по­лу­ча­ют дар ду­хов­но­го рас­суж­де­ния, а оно вы­ше всех доб­ро­де­те­лей.

прписп. Никон

Хрис­тос Спа­си­тель наш рек о Се­бе: не ищу во­ли Мо­ея, но во­ли пос­лав­ша­го Мя От­ца (Ин. 5, 30). И имея в ви­ду горь­кую ча­шу стра­да­ний, прек­лонь ко­ле­на, мо­ля­ше­ся, гла­го­ля: От­че, аще во­ли­ши ми­мо нес­ти ча­шу сию от Ме­не; оба­че не Моя во­ля, но Твоя да бу­дет (Ср.: Мф. 26, 39). Сие да мудр­ству­ет­ся в нас, еже и во Хрис­те Ии­су­се. Взи­рая на Не­го, На­чаль­ни­ка ве­ры, тер­пе­ни­ем да те­чем на пред­ле­жа­щий нам под­виг, ук­реп­ля­ем се­бя мо­лит­вою сми­рен­ною: по во­ле Тво­ей, Гос­по­ди, та­ко да бу­дет о мне!

прп. Моисей

Мысли о войне

Смч. Вениамин (Казанский)

Статья из цикла публикаций посвящённых священномученику Вениамину (Казанскому), приуроченных к изданию Оптиной Пустынью жития святителя.


В 1904 году началась Русско-японская война. Для христианина раздумья о ней зачастую порождали тяжелые чувства. «При мысли о войне содрогается и ужасается сердце человеческое, так как слишком уж много приносит она людям всякого горя, бед, скорбей и страданий, до смерти включительно, – писал отец Вениамин. – Сердце кровью обливается, на глазах невольно появляются слезы, когда представишь себе, сколько поильцев и кормильцев должны бросить свои семьи и идти на поле кровавое, чтобы там подвергнуться всем опасностям и ужасам войны. Они будут сражаться, а оставшиеся дома близкие их будут лить слезы, тужить и беспокоиться, не зная, где они и что с ними.

Особенно тяжело, мучительно тяжело мысль о войне поражает сердце христианина. По заповеди Христовой он не различает своих и чужих: скорби, страдания других людей – его собственные, он должен всех благословлять, никому не вредить, никого не убивать. Но война заставляет его брать оружие и вносить в среду врагов опустошение и смерть. Иначе он и поступить не может. Вот он видит, что вера его, самое ценное сокровище, подвергается поруганию, дорогие сердцу его святыни ее оскверняются, его единоплеменники, единоверцы и соотечественники терпят всевозможные бедствия и страдания, до смерти включительно. Перед его сознанием ярко выступают слова Христовы: бо́льши сея любве никто́же и́мать, да кто положи́т душу свою за дру́ги своя (см. Ин. 15, 13). Эти-то слова Христовы, как некогда разъяснял святой Кирилл Философ, и заставляют христиан вести войну. Поэтому может ли кто обвинять в несоблюдении слов Христовых людей, которые, покидая свои семьи и занятия, порывая всякие дорогие их сердцу связи, идут навстречу врагам, рискуя и жертвуя своею жизнью, сражаются не за себя только и свое достояние, но за многие тысячи других людей, которые дома наслаждаются жизнью в кругу своих семей, и за их благополучие. Узкий только эгоизм и непонимание учения Христова заставляет некоторых отказываться от участия в войне оборонительной. Они боятся взять грех на себя, запятнать душу свою убийством неприятелей, а не боятся нарушить заповедь о любви к ближним, к друзьям своим до положения живота своего за них.

Поистине великое бедствие война. Но мы, русские, ее не желали. Мы, по апостолу, стараемся, если возможно с нашей стороны, быть в мире со всеми людьми (Рим. 12, 18). Но эта возможность у нас отнята».