Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Как же быть тем, ко­то­рых как бы не­воль­но тре­во­жат и бес­по­ко­ят не­лю­бовь и зло­ба, за­висть и не­на­висть или сму­ща­ет не­ве­рие? Преж­де все­го долж­но об­ра­тить вни­ма­ние на при­чи­ны сих страс­тей и про­тив этих при­чин упот­ре­бить при­лич­ное ду­хов­ное вра­че­в­ство. При­чи­на не­ве­рия — люб­ле­ние зем­ной сла­вы, как сви­де­тель­ству­ет Сам Гос­подь во Свя­том Еван­ге­лии: ка­ко мо­же­те ве­ро­ва­ти, сла­ву друг от дру­га при­ем­лю­ще, сла­вы же от еди­но­го Бо­га не ище­те (Ин. 5, 44). А за­висть, и зло­ба, и не­на­висть про­ис­хо­дят от гор­дос­ти и от не­и­ме­ния люб­ви к ближ­ним.

прп. Амвросий

Мо­лит­ву Ии­су­со­ву про­из­но­си про­тив блуд­ных ис­ку­ше­ний, а в гнев­ных ис­ку­ше­ни­ях мо­лись за то­го, на ко­го скор­бишь: „Спа­си, Гос­по­ди, и по­ми­луй та­кую-то и ее свя­ты­ми мо­лит­ва­ми по­мо­зи мне ока­ян­ной и греш­ной“.

прп. Амвросий

Ого­род­ник вес­ною спер­ва со­вер­шен­но очи­ща­ет зем­лю от вся­кой дур­ной тра­вы, по­том уже в чис­тую зем­лю са­жа­ет рас­те­ния; но дур­ная тра­ва опять про­ни­ка­ет, и ого­род­ник дол­жен поч­ти це­лое ле­то ос­то­рож­но про­па­лы­вать и очи­щать рас­те­ния от дур­ной тра­вы нес­коль­ко раз, по­ка ук­ре­пят­ся со­вер­шен­но ого­род­ные рас­те­ния. Те­ло на­ше соз­да­но из той же зем­ли, и сколь­ко че­ло­век ни ста­ра­ет­ся очи­щать се­бя от страс­тей, страс­ти опять про­ни­ка­ют, как дур­ная тра­ва. Опять об­ра­тим­ся к ого­ро­ду ко­то­рый, ес­ли пло­хо ог­раж­ден, то ко­зы и свиньи пов­реж­да­ют рас­те­ние. А пти­цы мо­гут ле­тать и чрез ог­ра­ду. Ого­род­ник дол­жен за всем этим сле­дить и сох­ра­нять рас­те­ние. А хрис­ти­а­нин дол­жен сох­ра­нять пло­ды ду­хов­ные от мыс­лен­ных птиц, ко­то­рые пре­об­ра­зу­ют­ся иног­да и в дру­гих жи­вот­ных. Пра­от­цу на­ше­му ска­за­но: в по­те ли­ца тво­е­го сне­си хлеб твой, дон­де­же возв­ра­ти­ши­ся в зем­лю, от не­я­же взят еси (Быт. 3, 19).

прп. Амвросий

Слово как подвиг

Смч. Вениамин (Казанский)

Статья из цикла публикаций посвящённых священномученику Вениамину (Казанскому), приуроченных к изданию Оптиной Пустынью жития святителя.


К началу 1917 года Петроградская и Московская епархии оказались без правящих архиереев; в связи с этим 5 мая 1917 года Святейший Синод благословил собрать «епархиальные съезды духовенства и мирян; произвести выборы кандидатов для замещения кафедры своего епархиального архиерея, с представлением выборного кандидата на утверждение Святейшего Синода». 11 мая во всех храмах Петроградской епархии состоялись выборы делегатов от духовенства и мирян на епархиальный съезд.

Но революционные настроения уже заметно проникли и в приходскую среду, что вызывало противоречия и споры, о которых епископ Вениамин следующим образом писал архиепископу Новгородскому Арсению (Стадницкому): «Поздним вечером побывал на приходском собрании у Сампсония*. Весьма было поучительно. Посмотрел на товарищей и послушал их речей. Очень радикальные. По этому приходу выставлена моя кандидатура на прошлом собрании. Один товарищ-оратор, между прочим, говорил: не надо нам этих Вениаминов и т. п. Другой говорил: мы ничего не имеем против Вас, знаем Вас как народника и т. п. Третий: зачем нам выбирать митрополита, Вы и управляйте до Учредительного собрания и т. п. Действительно, владыка, мы не представляем теперь настроения рабочего народа. Положение людей церковных по-старому в таких рабочих местах весьма трудное, всякое слово в защиту Церкви, духовенства – это теперь подвиг».

Епархиальный съезд в Петроградской епархии открылся 23 мая в здании Исидоровского епархиального училища. В избрании архипастыря должно было участвовать 1587 человек. Выборы предполагалось провести 24 мая после совершения литургии в Казанском соборе. Избрание архипастыря производилось подачей карточек, на которых каждый делегат писал имя кандидата в епископы столичного града. Перед началом избрания первенствующий член Святейшего Синода архиепископ Карталинский и Кахетинский Платон (Рождественский), обратившись к выборщикам, сказал, что настоящее время требует от архиерея больших нравственных, организаторских и административных достоинств, нужен человек сильной воли, который в минуты испытаний мог бы постоять за свои мысли даже до крови. При голосовании бо́льшее число голосов было подано за епископа Вениамина.

Свидетель событий протоиерей Евгений Кондратьев после этих выборов написал: «Революция дала Церкви если не полную свободу, то все же значительную долю свободы. Главными кандидатами на Петроградскую кафедру намечались трое – епископ Гдовский Вениамин, архиепископ Финляндский Сергий и епископ Уфимский Андрей. Последний имел очень преданных ему почитателей, которые настойчиво проводили его кандидатуру.

Немало сторонников имел и архиепископ Сергий, человек большого ума, глубокий богослов, пастырь нежного сердца, человек благороднейший, много видавший и имеющий широкий пастырский опыт. Но естественным кандидатом был епископ Вениамин. Все в Петроградской епархии его знали, любили и почитали. Человек безупречного прошлого, спокойный, ровный, преосвященный Вениамин первый из петроградских епископов изъездил и частью даже обошел всю епархию, побывав во всех ее самых далеких и глухих приходах. Для петроградского населения преосвященный Вениамин стал своим епископом. Всегда был дорог он и петроградскому духовенству. Особенно близки его сердцу были скудость и нужда и убогая обстановка беднейших сельских псаломщиков и отцов диаконов. Вот почему сельские отцы-депутаты, а их было большинство, приехали на выборы уже с готовым решением голосовать за епископа Вениамина. Напрасно говорили им о других кандидатах, давали предвыборные листки – их решение было твердо и неизменно. Очевидно, народ хотел иметь своим епископом смиренного молитвенника, труженика, народника, который держался бы подальше от политики, стоя строго на церковной почве. Но избиравшие своего пастыря народ и духовенство были уверены, что и слово, и дело их смиренного избранника в делах церковных будет всегда твердым и непреклонным».

По избрании во епископа Петроградского владыка обратился к присутствующим со словом. «Тяжелый подвиг выпал на меня с избранием на Петроградскую кафедру. Переживаемое время сдвинуло прежние устои жизни. Это коснулось и церковной области. Нужно все строить по-новому.

Я не согласен с теми, кто утверждает, что народ теперь отшатнулся от Церкви, напротив, у меня есть самые отрадные факты. Недавно я был приглашен на открытие приходского совета на Стеклянный завод. В него были избраны мужчины и женщины. На собрании было много рабочих, которые беседовали со мною сердечно и выражали радость по поводу того, что оживляется церковная жизнь. Сколько раз мы с крестным ходом идем по одной стороне улицы, а большевики по другой. Мы проповедуем на одной стороне площади, а они на другой. Все мирно, без неприязни. Говорю это к тому, что искреннее отношение к делу всегда может рассчитывать на предупредительность и уважение».

В воскресенье, 28 мая, в Неделю празднования памяти всех святых, состоялось вступление архиепископа Вениамина на столичную кафедру. После литургии из всех соборов и церквей столицы вышли крестные ходы, которые, дойдя до Невского проспекта, двинулись к Александро-Невской лавре, где служил литургию архиепископ Вениамин. Из Казанского собора с крестным ходом, несшим Казанскую икону Божией Матери, вышел епископ Нарвский, викарий Петроградской епархии, Геннадий (Туберозов). Во втором часу дня все крестные ходы собрались на площади перед лаврой, и далее гигантский крестный ход, возглавляемый архиепископом Вениамином, двинулся по Невскому проспекту к Исаакиевскому собору. У Казанского собора архиепископ Вениамин, взойдя на возвышение, благословил молящихся Казанской иконой Божией Матери. В этот момент по Невскому проспекту под звуки игравшего «Марсельезу» оркестра шла, направляясь к Государственной думе, колонна раненых и инвалидов. Приблизившись к крестному ходу, оркестр умолк, стало слышно только церковное пение, и солдаты обнажили головы.

Обратившись затем к духовенству и народу, архиепископ сказал: «Ныне я восхожу на кафедру святителей Петроградских. Вам угодно было возложить на меня тяжелое бремя, которое я принял в опасную минуту жизни Отечества. Ранее мы слышали священные слова: Не надейтесь на князей и сынов человеческих (см. Пс. 145, 3), но как-то не придавали им значения. Надеялись и пытались устроить свое благополучие. А теперь и впрямь нам самим надо устраивать свою судьбу. Мы видим, что корабль Родины несется по опасным путям, и сердце наше неспокойно».

«Я стою за свободу Церкви, – говорил архиепископ Вениамин в беседе с журналистом петроградской газеты. – Она должна быть чужда политики, ибо в прошлом она много от нее пострадала. Самая главная задача Церкви сейчас – это устроить и наладить нашу приходскую жизнь».


* Собор святого преподобного Сампсона Странноприимца.