Аудио-трансляция:  Казанский Введенский

О цер­ков­ной мо­лит­ве знай­те, что она вы­ше до­маш­ней мо­лит­вы, ибо оная воз­но­сит­ся от це­ло­го со­бо­ра лю­дей, в чис­ле ко­их, мо­жет, мно­го есть чис­тей­ших мо­литв, от сми­рен­ных сер­дец к Бо­гу при­но­си­мых, кои Он при­ем­лет, яко ка­ди­ло бла­го­вон­ное, с ко­и­ми и на­ши, хо­тя не­мощ­ные и нич­тож­ные, при­ем­лют­ся.

преп. Макарий

В цер­ковь на­доб­но хо­дить в мир­ном ду­хе, ибо и мо­лит­ва не при­ем­лет­ся, аще има­мы на ко­го что или кто от нас ос­ко­рб­лен.

преп. Макарий

Важ­на мо­лит­ва цер­ков­ная, луч­шие мыс­ли и чувства при­хо­дят имен­но в церк­ви, прав­да, и враг в церк­ви силь­нее на­па­да­ет, но крест­ным зна­ме­ни­ем и мо­лит­вой Ии­су­со­вой от­го­няй­те его. Хо­ро­шо встать в церк­ви в ка­кой-ни­будь тем­ный уго­лок и мо­лить­ся Бо­жень­ке. „Го­ре име­ем серд­ца!" – воз­гла­ша­ет свя­щен­ник, а ум наш час­то сте­лет­ся по зем­ле, ду­мая о не­пот­реб­ном. Бо­ри­тесь с этим.

преп. Варсонофий

Молитва старца Амвросия

Прп. Амвросий Оптинский

Святой Иоанн Лествичник называл молитву «пребыванием и соединение человека с Богом». Обладая даром внутренней сердечной молитвы, старец Амвросий наставлял и своих чад всегда обращаться к Богу в молитве. Тем, кто оставлял молитву, редко обращался к ней или не имел желания молиться, старец советовал: «Если не хочется молиться, надо понуждать себя. Святые Отцы говорят, что молитва с понуждением выше произвольной молитвы. Не хочется, но понуждай себя: Царство Небесное нудится (Мф. 11, 12)».

Если рядом с собой видел кого-то несобранным, праздномыслящим, то давал такое благословение:
– А ты бы, чем так-то сидеть, прошел бы четочку с молитвою Иисусовой.

Известно, что молитва есть сильнейшее оружие против невидимого врага, поэтому он и старается всячески отвлекать от нее человека, предлагая какие-то срочные неотложные дела или другие какие-то поводы. Своим духовным чадам старец Амвросия рассказывал один поучительный случай:
«На Афоне у одного монаха был скворец-говорун, которого монах очень любил, увлекаясь его разговорами. Но вот странно: лишь только монах начнет исполнять свое молитвенное правило, скворец тут и разговорится и не дает молиться монаху.

Раз на светлый праздник Воскресения Христова монах подошел к клетке и говорит:
– Скворушка, Христос воскресе!

А скворец отвечает:
– Вот то-то и беда наша, что воскрес, – и тут же околел, а в келье монаха разлилось нестерпимое зловоние. Тогда понял монах свою ошибку и раскаялся».

Как-то один инок спросил старца Амвросия:
– Что такое, Батюшка, умная молитва?

Старец Амвросий ответил кратко:
– Учитель молитвы – Сам Бог.

В другой раз при разговоре о молитве старец Амвросий сказал:
– Трудное это, брат, дело, всего разломит.

Старец Амвросий скрывал свои молитвенные подвиги, лишь однажды келейники стали невольными свидетелями его молитвенного состояния, о чем впоследствии рассказывал своим ученикам старец Варсонофий: «покойный Батюшка отец Амвросий имел умно-сердечную молитву. Эта молитва ставила его иногда вне законов природы. Так, например, во время молитвы он отделялся от земли. Его келейники сподобились видеть это. Последнее время батюшка был болен и все время полулежал в постели, так что не мог ходить в церковь. Все службы, кроме обедни, совершались у него в келье. Однажды совершали всенощную.

Батюшка, как всегда, полулежал. Один келейник стоял впереди у образа и читал, а другой – позади батюшки. Вдруг он видит, что отец Амвросий садится на кровати, затем поднимается на десять вершков, отделяется от кровати и молится в воздухе.

Ужаснулся келейник, но пребыл в безмолвии. Когда пришла его очередь читать, то другой, встав на место первого, сподобился того же видения. Когда закончили службу, и келейники пошли к себе, то один сказал другому.
– Ты видел?
– Да.
– Что же ты видел?
– Видел, что батюшка отделился от кровати и молился на воздухе.
– Ну, значит, это правда, а то я подумал, что мне только это кажется.

Хотели они спросить о том отца Амвросия, да побоялись: старец не любил, когда говорили что-нибудь о его святости. Возьмет, бывало, палку, стукнет любопытствующего и скажет:
– Дурень, дурень, что грешного Амвросия об этом спрашиваешь? – и больше ничего».

Часто к старцу Амвросию обращались с просьбами помолиться за недужного, скорбящего, унывающего. При этом старец говорил, что и самим не нужно забывать молитву. Любитель народных пословиц, он, бывало, скажет:
– Боже-то поможи, да и сам мужик не лежи.

Или приведет евангельский пример хананеянки-язычницы, которая упросила Спасителя излечить ее дочь: «проси; ты вспомни, – двенадцать апостолов просили Спасителя за жену хананеянку, но Он не услышал их; а сама стала просить, – упросила».

Лишь молитва, совершаемая с чистым и незлобивым сердцем, будет услышана Богом. В Оптине рассказывали такую рассказ-притчу:
«…Жили на одном острове три пустынника, имевшие у себя икону трех святителей. И как были они люди простые, необразованные, то и молились пред сей иконой не иначе, как простой своеобразной молитвой:
– Трое вас, и трое нас, помилуйте нас.

Так они постоянно твердили одну эту молитву. Вот пристали к этому острову путешественники, а старцы и просят, чтобы они научили их молиться.

Путешественники начали учить их молитве «Отче наш», а выучив, поплыли далее морем на своем корабле. Но, отплыв несколько от берега, они вдруг увидели, что учившиеся у них молитве три старца бегут за ними по водам и кричат:
– Остановитесь, мы вашу молитву забыли.

Увидев их, ходящих по водам, путешественники изумились и, не останавливаясь, только сказали им:
– Молитесь, как умеете.

Старцы вернулись и остались при своей молитве».