«Он будет монахом»К дню памяти преподобного Иосифа Оптинского
Как-то к старцу Макарию приехали его духовные чада — насельницы Борисовской Тихвинской пустыни схимонахиня Алипия (Сукачева) и монахиня Леонида (Литовкина), сестра будущего старца Иосифа.
Монахиня Леонида рассказала старцу о своем брате Иване и выразила пожелание, чтобы брат, как и она, посвятил свою жизнь Господу. И услышала от старца пророческие слова:
— Не скорби, он будет монахом.
Иван Ефимович Литовкин, как звали старца Иосифа в миру, рано остался сиротой. В четыре года он потерял отца, а в одиннадцать — мать. Мальчику пришлось работать в трактире, в бакалейной лавке, таскать пятипудовые мешки, сопровождать обозы с товаром. Единственным утешением и укреплением для него всегда была молитва и жития святых, которые раскрывали перед ним совершенно иной мир, в котором главной целью было служение Богу, искоренение страстей и внутреннее преображение души.
Наконец, Господь привел его к благочестивому купцу Рафаилову в Таганроге. Иван Ефимович быстро приобрел репутацию честного и трудолюбивого работника и благочестивого христианина. Хозяин настолько расположился к юноше, что решил выдать за него свою дочь. Это решение поддержали и в семье купца. Однажды его старший сын, придя их храма, сказал родителям:
— Я сегодня в церкви не столько молился, сколько смотрел и умилялся на Ивана Ефимовича, как он хорошо стоит в церкви, как усердно молится, ни разу в сторону ни посмотрит, весь в Боге; лучшего человека нам и не сыскать для сестры, не надо его упускать».
Такое заманчивое предложение могло обеспечить молодого человека на всю жизнь. Но в сердце благочестивого юноши было совершенно иное стремление. Он молился: «Господи, скажи мне путь, в онь же пойду». Сердце влекло его не к успешной и обеспеченной жизни, а к уединенному монашескому жительству. «Всегда так бывает, как только задумает человек идти путем спасения, так сейчас же является препятствие или искушение», — вспоминал впоследствии старец.
У своего хозяина он попросил позволения отправиться на богомолье в Киев.
С котомкой за плечами юноша отправился на богомолье в Киев, а по дороге зашел в Борисовскую пустынь, где уже несколько лет подвизалась его старшая сестра монахиня Леонида.
Поступив в монастырь, м. Леонида, не имея средств, сначала исполняла черные работы для более состоятельных насельниц. А когда потеряла здоровье, ее взяла на попечение одна монахиня.
О том, как выглядел монастырь в то время и какое было в нем внутреннее устроение, подробно описано в «Историческом описании Борисовской Тихвинской девичьей пустыни», составленном оптинским пострижеником архимандритом Леонидом (Кавелиным).
Борисовская пустынь стояла на высокой горе, омываемой с юго-восточной стороны рекою Ворсклой. Только с одной, северной стороны, монастырь соединялся с грядой проходящих здесь холмов узким перешейком. Глаз никогда не устает от такого раздолья! Внизу, вдоль противоположного берега реки раскинулась слобода Борисовка, где до революции находился дом графского вотчминного правления, один собор и три приходских церкви. Монастырь, расположенный на высокой горе, был виден издали. Как писал архимандрит Леонид (Кавелин), «Очаровательное местоположение в краю, нескудном первыми потребностями жизни, совершенная отдаленность от селения. При видимой близости к нему, благоразумное начальство, избранное общество, во всем порядок и благочиние, чиноположение по правилам св. отец-пустынножителей, церковная служба по Уставу, стройное и благоговейное пение, простое и единообразное одеяние, трудолюбие и добрые нравы, при возможности иметь духовное руководство желающим с самого начала иноческого пути идти спасительным путем послушания, смирения и отвержения своей воли и разума: вот совокупность внешних и внутренних причин, привлекающих на сию спасительную гору, к покрову Девы, преимущественно пред другими обителями, тех, которые, подобно Ноевой голубице, не обрели покоя ногама своима, среди молвы житейских попечений».
Борисовская пустынь отличалась строгой монашеской жизнью, основу которой заложили известные духовники — старцы Василий (Кишкин), строитель Глинской пустыни игумен Филарет (Данилевский), Лев Оптинский и др.
И в самой Борисовской обители подвизались воспитанницы оптинских старцев — духовно мудрые старицы-наставницы, к которым относились другие сестры. Духовной наставницей м. Леониды была ученица прп. Льва и Макария схимонахиня Алипия (Сукачева).
Иван Ефимович помогал монахиням, колол двора и чистил снег. Старица Алипия не раз прислушивалась к беседе м. Леониды и ее брата. Заметив в юноше искреннее стремление к Богу, она как-то сказала ему:
— Оставь свой Киев и иди в Оптину к старцам.
Иван Ефимович вопросительно взглянул на сестру и в ее глазах прочитал ответ:
— Послушайся.
В Оптину пустынь Иван Ефимович прибыл 1 марта 1861 года вместе с монахинями, которые сказали старцу Макарию:
— Батюшка, а мы с собой привезли еще брата Ивана.
Старец серьезно на них посмотрел и пророчески произнес:
— Этот брат Иван пригодится и нам, и вам…»
Поступив в скит Оптиной пустыни, будущий старец Иосиф долгие годы был келейником и ближайшим учеником преподобного Амвросия, а после его кончины принял на себя иго старческого служения.
Спустя много лет, как будто вспоминая свои первые годы в Оптиной пустыни, старец Иосиф наставлял рабу Божию Ирину, которая просила благословения на поступление в монастырь: «Просишь благословения. — Бог благословит тебе жить в монастыре, служить Богу и ближним — учись смирению святому, все терпи, все напраслины, все клеветы переноси с благодарностию. За это получишь Царствие Небесное. Исполняй все послушания без ропота с благодарностию Богу, удаляйся разговаривания, никого никогда ни в чем не осуждай, не укоряй, не злись, не гордись; считай себя худшею всех на свете, — вот так живи, как советую тебе и будешь царствовать на Небеси со всеми угодившими Господу Богу. Что встретишь неприятное когда от кого, прочитывай чаще мое это письмецо, и ты вспомнишь, что все терпеть нужно ради Царствия Небесного, и успокоишься».