Аудио-трансляция:  Казанский Введенский

Хо­ро­шо мо­лить­ся пе­ред рас­пя­ти­ем, вспо­ми­ная стра­да­ния Спа­си­те­ля: зап­ле­ва­ния, за­у­ше­ния, на­ру­га­ния, би­е­ния, при этом сми­ря­ет­ся дух.

преп. Амвросий

Мо­лись про се­бя, ища од­ной толь­ко ми­лос­ти и во­ли Бо­жи­ей, в церк­ви ли бы­ва­ешь, вне ли церк­ви, идешь ли, си­дишь ли, ле­жишь ли, мо­лись: Гос­по­ди, по­ми­луй, яко­же ве­си, яко­же во­ли­ши.

преп. Амвросий

С но­во­на­чаль­ных не взыс­ки­ва­ет Бог не­рас­хи­ща­е­мой мо­лит­вы: она при­об­ре­та­ет­ся мно­гим вре­ме­нем и тру­да­ми, как пи­са­ние свя­тых отец го­во­рит: „Бог да­ет мо­лит­ву мо­ля­ще­му­ся...".

преп. Иларион

Помянник преподобного
Моисея Оптинского

По церковной традиции, в монастырях издревле существовали помянники, куда записывали имена для поминовения за богослужением и в определенные дни седмичного и годового круга.

«Синодик общебратственный Оптиной пустыни»
ОР РГБ. Ф. 214. Опт-329. Л. 4

Среди монастырских помянников отдельную группу составляли общебратственные помянники, в которые каждый насельник, начиная с настоятеля, мог записать имена своих родных и близких людей.

В Оптиной пустыни также существовали общебратственные помянники. Имена поминаемых лиц писали четким полууставным почерком, как правило, с киноварными инициалами, а на полях страницы мелким шрифтом указывали имена насельников, чьи родственники были вписаны для поминовения. В монастырской переплетной мастерской тетради собирали в книжный блок, а картонные крышки обтягивали кожей.

В середине XIX века настоятель Оптиной пустыни архимандрит Моисей благословил записать в общебратственный помянник о упокоении одиннадцать имен самых близких людей, среди которых было три духовных лица, остальные – мирские.

Среди мирских лиц – близкие родственники отца Моисея.

Иоанн – Путилов Иван Григорьевич (1752–1809), отец архимандрита Моисея.
Воспитал всех детей в строгости и благочестии. Однако не дал благословения на поступлении в монастырь своей дочери и долго не давал благословения сыновьям Тимофею, Ионе и Александру (впоследствии прп. Моисей Оптинский, Исайя II Саровский и прп. Антоний Оптинский).

Анна – Путилова Анна Ивановна (1751 – 11 июля 1831), мать архимандрита Моисея.
Из жизнеописания преподобного Моисея известно, что Анна Ивановна была «женщина простая, но умная от природы; по тогдашнему обычаю грамоте не была учена, но была усердна к молитве, смиренная и очень любила нищую братию Христову и бедных людей, и всегда им по возможности своей помогала. Во всю тридцатипятилетнюю брачную жизнь свою Анна Ивановна была покорною помощницею и беспрекословною послушницею своему мужу». Дедушка Анны Ивановны Головиной был иеродиаконом в Серпуховском Высоцком монастыре, племянница – монахиня Максимилла подвизалась в Московском Вознесенском монастыре.

Ирина – Путилова Ирина Алексеевна (1728 – 13 мая 1798), бабушка архимандрита Моисея по отцовской линии.
По воспоминаниям прп. Антония (Путилова), «старушка была безграмотная и самого простого воспитания, но очень добрая. Она со всеми нами, внуками своими, нянчилась и занимала нас разговорами и рассказами, в том числе и басенками, и сказочками своего сочинения, например, о птичках: что они делают утром, что днем, что вечером? Утром, проснувшись рано, все они поют и прославляют Бога; а после того все они разлетаются за промыслом кто куда; и где что заметят, одна другой пересказывает. Например: “Я была в такой-то деревне и видела одну мать, которая плеткою наказывала своего резвого и непослушного сына”, а другая говорит: “А я была в таком-то селе, где одна мать своего умненького сынка, мальчика, очень ласкала и лакомила пряничками, и обещала ему сшить обновку”; и все птички спешили возвратиться к вечеру домой… К этим рассказам прибавляла она и свои замечания, говоря, что и мы должны вставать утром рано, и молиться Богу, и быть умненькими и послушливыми, за что и нас будут ласкать и лакомить; а если будем упрямыми и резвыми, то тогда мать и вас отпотчует плеткою до слез, и проч. И все мы, дети, так любили слушать рассказы бабушкины, что когда она по нездоровью не говорит, то мы все упрашиваем ее что-нибудь рассказывать нам…».

Григорий – Путилов Григорий Афанасьевич, дед архимандрита Моисея.

Анисия – Крундышева (урожд. Путилова) Анисия Ивановна (1779 – 8 ноября 1803), старшая сестра архимандрита Моисея.
Вопреки своему желанию поступить в монастырь, в 1800 году была выдана замуж за пошехонского купца К.Д. Крундышева. В январе 1801 года в семье родилась дочь Татьяна, в мае 1803 года – Мария, вскоре умершая. В 1803 году Анисия Ивановна скончалась, ее единственная дочь поступила под опеку бабушки по материнской линии.

Косьма – Крундышев Козьма Дементьевич († 1823), супруг старшей сестры братьев Путиловых Анисии Ивановны, Пошехонский купец, после кончины супруги в конце ноября 1804 года, поступил в Саровскую пустынь

Кирилл – Путилов Кирилл Иванович (1784 – 19 сентября 1850), младший брат архимандрита Моисея, московский купец.

Василий – Путилов Василий Иванович (1788– ?), младший брат архимандрита Моисея.

* * *

Среди духовных лиц – родной брат архимандрита Моисея игумен Исаия (1886 – 16 апреля 1858), настоятель Саровской пустыни (1842–1858), а также два первых духовных наставника прп. Моисея – настоятель Спасского монастыря в Арзамасе архимандрит Александр (Подгорченков; 1758–1845) и старица Московского Ивановского монастыря монахиня Досифея (1846–1810).

Чтобы понять, о ком старец Моисей хранил сугубую молитвенную память как о своих духовных наставниках и кого многие годы поминали за братским богослужением в Оптиной пустыни, необходимо обратиться к молодым годам старца, а также к жизнеописаниям московских подвижников.

По преданию, старица Московского Ивановского монастыря монахиня Досифея – дочь императрицы Елизаветы Петровны от законного, но неравного брака с графом Алексеем Григорьевичем Разумовским (1709–1771). В 1785 году по секретному повелению императрицы Екатерины II она была прислана в Московский Ивановский монастырь.

Долгие годы монахиня Досифея жила уединенно, к ней допускалась только игумения, духовник и келейница. Ивановская затворница «жила в одноэтажных каменных кельях, примыкавших к восточной части ограды монастыря, близ покоев игуменьи <…>. Все ее помещение составляли две уютные низменные комнатки под сводами и прихожая для келейницы; их нагревала изращатая печь с лежанкою. Окна обращены были на монастырь. В церковь Досифея выходила весьма редко и то в сопровождении приставленной к ней старицы. Коридор и крытая деревянная лестница от ее кельи вели прямо в надвратную церковь, где духовник ее с причетником совершал богослужение для нее одной. Тогда церковные двери запирались изнутри, чтобы никто не мог войти».

После кончины императрицы Екатерины II режим содержания затворницы был ослаблен, она смогла принимать некоторых богомольцев для духовного совета и беседы. Именно в это время к богомудрой старице за благословением и советом об избрании своего будущего жизненного пути, пришли два брата Путиловы – Тимофей и Иона, впоследствии прп. Моисей Оптинский и игумен Саровской пустыни Исаия. Старица Досифея приняла братьев в своей келье, долго беседовала с ними и благословила приходить еще. По своему смирению окончательное решение о выборе монашеского пути подвижница благословила испросить у старца Московского Новоспасского монастыря Александра (Погорченкова).

Архимандрит Александр (1758–1845) был постриженником митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского Гавриила (Петрова), который, познакомившись с выпускником Киевской духовной академии, высоко оценил его добрые качества и ревность к монашеской жизни и в 1793 году постриг его в монашество. В этом же году в Москве благодаря деятельному участию Владыки был издан славянский перевод «Добротолюбия» преподобного Паисия (Величковского). В 1797 году о. Александр был назначен казначеем Новоспасского монастыря, а в 1798 году – наместником. Но вскоре был освобожден от должности и посвятил себя безмолвной жизни.

Отец Александр, о котором старица Досифея писала, что он «есть избранник от Христа Спасителя нашего, человек потаеннаго сердца в неистлении молчаливого духа и Слова его внутрь» благословил братьев Путиловых поступить в Саровскую пустынь, и этим определил всю их дальнейшую судьбу.

Иона Путилов, пройдя последовательно все ступени монашеской жизни, 28 марта 1842 года по единогласному решению братии был избран настоятелем Саровской пустыни. Сохранилось воспоминание одного монаха, прибывшего в Саров за благословением к старцу Серафиму. Преподобный направил его к отцу Исаие со словами: «Это ангел, а не человек». По свидетельству монахов, в годы настоятельства игумена Исаии «пустынь пользовалась таким спокойствием и согласием в братии, каких при других настоятелях не было», число насельников увеличилось до 300 человек.

Тимофей около десяти лет подвизался в Рославльских лесах под руководством старца Афанасия (Степанова) и Досифея (Cеркова). В 1821 году перешел в Оптину пустынь, которую возглавил в 1826 году.

Старица Досифея мирно почила о Господе 4 февраля 1810 года и была похоронена в Новоспасском монастыре в Москве. Новоспасский старец Александр возглавил Спасский монастырь в Арзамасе, где почил в 1845 году.

Общебратственный помянник Оптиной пустыни свидетельствует о тех людях, кто постоянно был в сердце великого оптинского настоятеля преподобного Моисея, кого он помнил и ежедневно поминал и с кем соединился в Небесных селениях после своей праведной кончины в 1862 году.

В.В. Каширина