Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Мы, сог­ре­шая пред Бо­гом, те­ря­ем мир, а по­ка­я­ни­ем оный возв­ра­ща­ет­ся – ми­ло­сер­ди­ем Бо­жи­им. По­доб­но ли­ша­ем­ся ми­ра, при­ем­ля скорбь и враж­дуя на лю­дей, а ког­да са­мо­у­ко­ре­ни­ем уга­сим сей пла­мень, то вод­во­ря­ет­ся и мир.

прп. Макарий

Всег­да имей­те Бо­га по­мощ­ни­ка се­бе, не упо­вай­те на свой ра­зум и на свои си­лы, счи­тай­те се­бя пос­лед­ней­ши­ми всех и меж­ду со­бою имей­те лю­бовь о Гос­по­де и сми­ре­ние, да не бу­дет меж­ду ва­ми стар­шей, но каж­дая счи­тай се­бя пос­лед­нею, и всех сес­тер счи­тай­те луч­ши­ми се­бя; не гля­ди­те ничь­их по­ро­ков и не су­ди­те, то и мир Бо­жий бу­дет с ва­ми!

прп. Макарий

Ста­рай­тесь хра­нить свои чувства. А особ­ли­во зре­ние, и про­дол­жай­те свое без­ро­пот­ное на­хо­дя­щих неп­ри­ят­нос­тей тер­пе­ние со бла­го­да­ре­ни­ем, и ког­да с по­мо­щию Бо­жи­ею бу­де­те ста­рать­ся бла­го­душ­но пе­ре­но­сить на­хо­дя­щее ис­ку­ше­ние и бу­де­те при­пи­сы­вать все оное сво­им гре­хам, а при по­лу­че­нии в серд­це скор­бей мо­лить­ся по за­по­ве­ди Гос­под­ней за тво­ря­щих вам на­пасть, тог­да явствен­но ощу­ти­те в серд­це сво­ем ра­дость и уте­ше­ние не­из­ре­чен­ное, мир по­мыс­лов и лю­бовь к Бо­гу и ко всем, не ток­мо жи­ву­щим с ва­ми, но и про­чим.

прп. Лев

«К Таинству Исповеди должно приступать со страхом, смирением и надеждой»

Преподобный Макарий Оптинcкий писал, что к Таинству Исповеди следует приступать со страхом, смирением и надеждой. Со страхом – как Богу, прогневанному грешником. В смирении – через сознание своей греховности. С надеждой – ибо приступаем к Чадолюбивому Отцу, пославшему для нашего искупления Сына Своего, Который взял грехи наши, пригвоздил их на Кресте и омыл Пречистой Своею Кровью…

В книге «Божьи люди» митрополит Вениамин (Федченков) привел слова настоятеля Оптиной пустыни архимандрита Исаакия о необходимости частой исповеди:

– Вот оставьте этот стол на неделю в комнате с закрытыми окнами и запертой дверью. Потом придите и проведите пальцем по нему. И останется на столе чистая полоса, а на пальце пыль, которую не замечаешь даже в воздухе. Так и грехи: большие или малые, но они накапливаются непрерывно. И от них следует очищаться покаянием и исповедью.

В духовной сокровищнице Оптиной пустыни сохранились записи духовных чад об исповеди у оптинских старцев, которые показывают, с каким благоговением приступали к этому Таинству кающиеся и с каким вниманием и любовью принимали исповедь старцы, врачуя вверившиеся им души.

Об исповеди у старца Амвросия одна его ученица вспоминала: «Слава Господу! Я сегодня опять исповедалась у батюшки о. Амвросия. Верно, батюшка молился за меня грешную, почему я гораздо более мира душевного ощущала, о чем и сказала ему. Как он, однако, прозревает внутреннее наше состояние! Он говорил мне:

– Ревность у тебя не по разуму, оставь других! Иногда тебе кажется что-либо по наружности только, а душа каждого человека глубока, почему Господь двукратно запретил не только осуждать, но и судить.

Я же ответила ему, что Господь же сказал: “Судите не по наружности, а судите судом праведным”.

Он пояснил эти слова так:

– Суд праведный должен относиться к нам самим, а не к другим, и не по наружным деяниям должно себя судить, а по внутреннему состоянию или ощущению.

Спросил меня о молитве, что я читаю; и когда узнал, что я больше молюсь своею молитвою, то заметил, что следует прочитывать и молитвы, и акафисты, а иногда и псалмы. Но если есть внутренняя молитва, то следует тогда остановиться и молиться уже духом. Когда же нет такой молитвы, то читать молитвы.

Коснувшись во время исповеди непочитания родителей, я должна была сказать о возмущении моем против излишней и даже, как мне казалось, немного фальшивой снисходительности и угодливости моей матери относительно меня, чего я без возмущения не выношу.

– Надо судить о человеке, – сказал старец, – по его характеру. У тебя характер более сильный, а у ней слабый, и она действует по-своему, как может. Ведь и ты сама, обличая других, действуешь неодинаково, и фальшивишь, когда слабому говоришь более настойчиво и резко, а более сильному и высокому более мягким тоном.

Когда же коснулось об отплате злом за зло, то я заметила, что этого, кажется, во мне нет.

– Будто бы? – воскликнул он. – А одним суровым взглядом своим отплатишь иногда так, что не забудут долго его.

Он так верно показал мне мою слабую сторону, что я невольно бросилась просить у него прощение.

– А о тебе, – продолжал он, – разве все судят праведно? Хвалят иногда, не зная хорошо твоего внутреннего состояния.

На это я поспешила заметить, что именно горе мое, что меня больше хвалят, чем стою я.

– Пусть хвалят, сказал он, ты на это не смотри, не отвечай и не спорь, а только сама сознавай в себе, стоишь ли ты похвалы или нет. Если будешь противоречить, то выйдет лицемерие, ведь тонкое чувство удовольствия от похвалы все-таки есть в тебе, да и те, которым ты будешь противоречить, не поверят тебе, поэтому, когда хвалят, не говори ничего, опусти глаза и молчи».

О своей исповеди у старца Нектария Надежда Павлович записала:

«Вечером идти на исповедь к батюшке. Грехи я записала, а раскаяния у меня нет – один каприз. Батюшка встречает меня:

– Давай мы с тобой помолимся.

И стал говорить: “Господи, помилуй!”

– Повторяй за мной: “Господи, помилуй!”

Я сначала бессознательно повторяю. А он все выше и выше берет: “Господи, помилуй!” И такой это был молитвенный вопль, что вся я задрожала. Тогда он оставил меня перед иконами и сказал:

– Молись, – а сам ушел к себе. Я молюсь, а когда ослабеваю, он от себя голос подает: “Господи, помилуй!”

Когда же я всю греховность свою сознала, он вышел и стал меня исповедовать. Я говорю:

– Батюшка, я записала грехи.

– Умница. Ну, прочти их.

Я прочла. Батюшка говорит:

– Сознаешь ли ты, что ты грешна во всем этом?

– Сознаю, батюшка, сознаю.

– Веришь ли в то, что Господь разрешил тебя от всех твоих грехов?

– Батюшка, я имею злобу на одно лицо и не могу простить.

– Нет, Н., ты это со временем простишь. А я беру все твои грехи на себя.

Прочел разрешительную молитву и сказал мне:

– А завтра ты пойди в церковь к утрени, а оттуда приди ко мне и, что в церкви недостаточно будет, здесь покаянием дополни.

Причащение было чудным и торжественным».

В.В. Каширина