Аудио-трансляция

Сми­рен­ные лю­ди в ду­хе ни на ко­го и мыс­лен­но не до­са­ду­ют, но се­бя счи­та­ют во всем ви­нов­ны­ми и греш­ны­ми и ни на ко­го не роп­щут, но за все Бо­га бла­го­да­рят.

преп. Антоний

«В Оптиной видишь в сокращении целую Россию и понимаешь, как она богата»

Оптинское старчество — явление совершенно исключительное в жизни Церкви. Уникально оно тем, что продолжалось свыше ста лет, с начала XIX века, когда на пасеке близ Иоанно-Предтеченского скита поселился старец Лев, и до самого разорения обители, когда «красные» увезли на санях по раннему снегу больного и немощного старца Нектария. В Церкви всегда были старцы, и они занимали важнейшее место в духовной жизни православного народа. Из наиболее близких по времени к последним оптинским старцам мы знаем преподобного Варнаву Гефсиманского, святого праведного Иоанна Кронштадтского, праведного Алексия Мечева, блаженную Параскеву Дивеевскую. Но, пожалуй, не было нигде такого духовного созвездия, собранного в одном месте, целое столетие освящавшего русскую жизнь. В любое время страдающий, томимый грехами человек мог приехать в Оптину и получить совет и окормление. Старцы были великими утешителями и печальниками русского народа. Они выпрямляли скорченную, покрытую греховной коростой душу, читая людские сердца, как раскрытую книгу.

В Оптиной видишь в сокращении целую Россию и понимаешь, как она богатаКаждый день с раннего утра в Иоанно-Предтеченском скиту, который называли «сердцем Оптиной Пустыни», келейники говорили старцу Амвросию: «Батюшка! Вас уже ждут!» — «Кто там? Народы московские, тульские, орловские, нижегородские»...

Как писал живший при обители Константин Леонтьев, «здесь можно познакомиться с людьми всякого рода — начиная от сановников и придворных до юродивых и калик-перехожих. Только, разумеется, надо пожить здесь, а не мелькнуть на недельку. В Оптиной видишь в сокращении целую современную Россию и понимаешь, как она богата!»

Сюда поклониться оптинским святыням приезжала святая великая княгиня Елизавета Феодоровна. Это было в 1914 году, всего за четыре года до мученической кончины. И даже обычно затворенные для женщин ворота Предтеченского скита открылись перед ней. Как на крыльях мчался в скит Великий князь Константин Константинович Романов, знаменитый поэт К.Р., и Оптина всегда вдохновляла его. Сюда приходила простая крестьянка со своей бедой, переживая, что у нее умирают индюшата, и тоже получала совет и утешение.

Николай Васильевич Гоголь восхищался Оптинским духом: «Нигде не видел я таких монахов, с каждым из них, мне казалось, говорит все небесное! Я не расспрашивал, кто из них как живет: их лица сказывали все! За несколько верст, подъезжая к обители, уже слышишь ее благоухание: все становится приветливее, поклоны ниже и участия к человеку больше». Кстати, Гоголя поначалу долго уговаривали поехать в Оптину. Он отказывался, потому что несколько лет прожил в Италии, и там католические монахи не произвели на него впечатления. И вот он переступил порог кельи старца Макария, и произошло неожиданное. Воистину нечаянная радость посетила его сердце.

Так и вся Россия выходила из кельи старцев иной: утешенной, обновленной, радостной...

Великий писатель и ересиарх Лев Толстой, уничижавший веру отцов, спрашивал у Константина Леонтьева, подолгу жившего в Оптиной: «Как ты, образованный человек, мог стать верующим, православным?» А тот отвечал: «Поживи здесь немного, так и сам уверуешь!» После встречи со старцем Амвросием Толстой говорил: «Когда с таким человеком беседуешь, то явственно чувствуешь близость Бога».

Федор Михайлович Достоевский, приехав сюда совершенно разбитым после смерти любимого сына Алеши, вышел из кельи старца Амвросия обновленным и утешенным. Старец сказал про него: «Это кающийся!»...

Словно свеча от свечи, духовно возгорались старцы друг от друга. Им было присуще удивительное взаимное согласие — настоящая соборность. О преподобных Льве и Макарии рассказывала игумения Павлина, их духовная дочь: «Бывало, говоришь с о. Леонидом, и вдруг входит о. Макарий, и о. Леонид говорит ему: «Батюшка! Поговори с ней!» И сидят они, словно ангелы Божии рядом, а мы стоим перед ними на коленях и двум открываем душу как бы одному».

Старцы Анатолий (Потапов) и Нектарий были глубокими сотаинниками. Их связывала неразрывная духовная дружба. Преподобный Анатолий говорил про старца Нектария: «Это великий муж!» А преподобный Нектарий говорил про старца Анатолия: «Что я значу? Я кормлю лишь крохами, а батюшка Анатолий — целыми хлебами!»

Почитание оптинских старцев не прекращалось и по их кончине. Даже когда русский корабль был повержен, хотя по милости Божией и не затонул, когда сброшенный с колокольни девятисотпудовый монастырский колокол, голос которого будил всю Россию, замолчал на 70 лет, когда «Золотую чашу» стараниями строителей «светлого будущего» пытались превратить сначала в овощное хранилище, затем в музей и, наконец, в концлагерь, даже тогда невидимая духовная тропинка вела сюда небезразличные верующие сердца.

На могилке преподобного Амвросия стоял простой крест из двух перекладин, связанный между собой проволокой. Богоборцы постоянно ломали его, но на следующий день он опять возвышался на своем обычном месте. Отец Леонтий, который до сих пор, уже более 50 лет, служит в храме Преображения Господня в Нижних Прысках, — в те страшные времена гонений на веру неукоснительно возил верующих в Холмищи, на могилку старца Нектария.

Мы должны непрестанно молиться за наше Отечество! «Везде спастись можно, только не оставляйте Спасителя! Цепляйтесь за ризу Христову — и Он не оставит вас», — учит нас преподобный Варсонофий Оптинский. Главное, чтобы наш народ уцепился за ризу Христову, а не за маленькую жалкую земную правду, и понял, что «жизнь на земле, — по словам преподобного Нектария Оптинского, — есть послушание Богу».

И сегодня ни зловещий ветер безбожия, который сквозняком пронизывает наш мир, ни унылый дождь суетливой жизни не погасят верующих сердец, которые притекают в благословенную Оптину, чтобы надышаться благоуханием ее святыни и поклониться святым мощам великих подвижников духа.

Из книги «За живой водой. Оптинские встречи»