Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Заз­ри се­бя и пос­та­рай­ся исп­рав­лять се­бя. А исп­рав­лять мы се­бя не мо­жем, ес­ли не нач­нем с са­мо­у­ко­ре­ния (а не с уко­ре­ния дру­гих) и с по­силь­но­го пос­лу­ша­ния стар­шим.

прп. Анатолий

Кто име­ет дур­ное серд­це, не дол­жен от­ча­и­вать­ся, по­то­му что с по­мо­щию Бо­жи­ею че­ло­век мо­жет исп­ра­вить свое серд­це. Нуж­но толь­ко вни­ма­тель­но сле­дить за со­бою и не упус­кать слу­чая быть по­лез­ным ближ­ним, час­то отк­ры­вать­ся стар­цу и тво­рить по­силь­ную ми­лос­ты­ню. Это­го, ко­неч­но, нель­зя сде­лать вдруг, но Гос­подь дол­го­тер­пит.

прп. Амвросий

Что­бы че­ло­ве­ку исп­ра­вить се­бя, не на­до вдруг на­ле­гать, а как тя­нуть бар­ку: тя­ни-тя­ни-тя­ни, от­дай-от­дай! – Не все вдруг, а по­нем­но­гу.– Зна­ешь ро­жон на ко­раб­ле? Это та­кой шест, к ко­то­ро­му при­вя­за­ны все ве­рев­ки ко­раб­ля, и ес­ли тя­нут за не­го, то по­ти­хонь­ку и все тя­нет­ся, а ес­ли взять сра­зу, то все ис­пор­тишь от пот­ря­се­ния.

прп. Амвросий

День памяти преподобного Оптинского старца Амвросия

Преподобный Амвросий — наиболее известный старец Оптиной Пустыни. Духовный опыт и необычайные дарования старца, его прозорливость и умение указать каждому удобный и верный путь ко спасению во Христе стяжали отцу Амвросию всероссийскую известность. Приезжали в Оптину и беседовали со старцем Достоевский, Соловьёв и другие известные деятели русской культуры.

Старческое служение преподобного Амвросия началось прежде всего с окормления братии Оптиной пустыни. Старец сильно любил обитель и её питомцев. Каждый из братии поверял старцу свою душу, вся пустынь жила им. Все шли к нему по своим духовным нуждам и получали полное удовлетворение и успокоение.

Но служение старца не ограничивалось только Оптиной. С утра до позднего вечера продолжался приём мирских посетителей. Каждый шёл со своими скорбями и просил выслушать его и дать ответ. Многие жили, по неделям и месяцам ожидая приёма. Будучи облечён даром прозорливости, старец часто, не спрашивая человека, давал ему ответ на то, о чём тот хотел спросить.

Преподобный никогда не позволял себе пустого слова и говорил лишь с целью исправления и назидания. На насущный вопрос: «Как жить?» — он отвечал: «Жить — не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем моё почтение». «Мы должны,— говорил старец,— жить на земле так, как колесо вертится: оно чуть только одной точкой касается земли, а остальными непременно стремится вверх; а мы как заляжем на землю, так и встать не можем».

Преподобный стяжал дар духовного рассуждения — высший дар старческого окормления. Однако этот дар он прикрыл покровом смирения и чрезвычайной мягкостью в своих отношениях с братией. Один инок открыл преподобному помысл, что он не считает старца обретшим Божью благодать, а лишь только стяжавшим дар рассуждения. На это отец Амвросий сказал: «Что ж, ведь это то же что-нибудь да значит». И лишь после кончины старца инок этот, читая однажды Пролог, с удивлением обнаружил, что древние подвижники самой важной добродетелью считали духовное рассуждение.

«Чада духовные! — поучал старец Амвросий, — понудим себя иметь ко всем любовь и благорасположение, доброжелательство ко всем любящим и нелюбящим нас, благосклонным и неблагосклонным, благоприветливым и неблагоприветливым. Бог любы есть, и пребываяй в любви, в Боге пребывает». Ему же подобает слава во веки веков. Аминь!