Собор Оптинских Старцев
Аудио-трансляция

Тщес­ла­вие бы­ва­ет от не­дос­тат­ка сми­ре­ния. Че­ло­ве­ка сми­рен­но­го ни­ка­кие скор­би не по­бе­дят, не па­дет он, так как, сми­ря­ясь, на­хо­дит, что за гре­хи свои дос­то­ин еще и боль­ше­го на­ка­за­ния. Сми­рен­ный упо­доб­ля­ет­ся че­ло­ве­ку, пост­ро­ив­ше­му дом свой на кам­не: и сни­де дождь, и при­идо­ша ре­ки, и воз­ве­я­ша вет­ри, и на­па­до­ша на хра­ми­ну ту, и не па­де­ся, ос­но­ва­на бо бе на ка­ме­ни (Мф. 7, 25).

преп. Варсонофий

<<предыдущая  оглавление  следующая>>

 

Трезвение

...Великое душевное бедствие — рассеянная жизнь. Особенно ужасное впечатление производит она на тех, кто дозволит себе рассеянность, начав уже внимательную жизнь. Христианин благоговейный должен провождать жизнь во всяком внимании к себе и трезвении. «Бдите и молитеся, да не вийдете в напасть» (Мк.14, 38), сказал Господь (преп. Никон).


Трезвение есть путь всякой добродетели (преп. Никон).


Святой Апостол всех предупреждает к хранению себя от соблазнов и вниманию к себе: «Если ты думаешь, что стоишь, то блюди себя, чтобы не упасть» (1Кор. 10, 12). Никто до самой смерти своей не застрахован от всевоз­можных падений душевных и телесных. Во всяком смире­нии нужно блюсти себя (преп. Никон).


...Нужно нам глубже вникнуть в самих себя и тща­тельно проследить за своими помыслами, чувствами и пла­кать об имеющихся в нас страстных, греховных чувствах, желаниях, помышлениях, их должны мы непременно из­гнать, как Богу неугодные, и, изгнав, уже отнюдь не до­пускать в свое сердце, ибо не можем мы в страстном состоянии петь песнь Господню (преп. Никон).


На людей никогда не надейся и не смущайся, не видя в них сочувствия, не суди их. Себе внимай (преп. Никон).


Если каждое дело, слово и помышление кладет на нас печать, то и надо принять все меры к сохранению себя от всего вредного. И епископ Игнатий (Брянчанинов), и свя­тые отцы пишут, что очень часто, почти всегда, мы не чув­ствуем вреда для себя от вредного дела непосредственно после этого вредного дела: этот вред сказывается через некоторое время, получается плод от принятого в себя зла, который дает себя почувствовать различными своими про­явлениями. Это может каждый видеть на себе, пожиная горький плод своих ошибок и увлечений; не видит и не чувствует этого только тот, кто вообще не внимает себе и не рассматривает себя, свое душевное и сердечное состоя­ние при свете Святого Евангелия и писаний отеческих, ина­че говоря, проводит рассеянную жизнь. Часто вредное дело не кажется вредным. Это обольщение вражие. Не следует доверять себе, своему сердцу и рассуждению. В решении вопроса, что вредно и что не вредно, надо руководствовать­ся указаниями Евангельского Писания и Уставом Церкви Православной и святых отцов, а также советами духовного отца или старцев, которые от опыта своего в духовной жизни могут дать назидание (преп. Никон).


...Прошу вас и молю: со смирением бодрствуй, трезвися и мужайся, и от <вин уклоняйся>, уклоняющих к плоти и крови, и ко всяким сладострастным движениям, и от на­ходящих облаков и шумящей бури волнений, терзающих твой ум и чувства и хотящих погрузити в тине сладострастии твое благое произволение! Но мы, аще что <малое> помыс­лим, и поползнемся, и рану в себе от злого спекулатораувидим, но и тогда да восставши, и паки потецем с покая­нием и умилением ко Оживляющему мертвых и Возставляющему падших, и Венчающему страждущих от таковых мучителей, и Дарующему свободу и дары рассуждений противо... браней (преп. Лев).


<(Ныне> наступает новизна хлебу, как пишете вы, но ныне наступает и время делания заповедей Христовых!.. Христианин всегда стоит на страже, оберегаясь волков мыс­ленных, а наипаче, когда еще предыдут набеги их, тогда-то надлежит, имя Господа нашего Иисуса Христа призвав на помощь, бить крепко супостатов, стоять и не поддаваться (преп. Лев).


Человек, не сдерживающий себя в мелочах, думая, что мелочь ничего не значит, отвыкает от борьбы с собой, расслабляется в духовном отношении. Отвыкнув от борь­бы в вещах ничтожных и малых, по его мнению, он вообще отвыкает от борьбы с собой и не выдерживает уже иску­шения, когда требуется оказать доблесть о Господе и в важном деле... В такое состояние самоугодия и нежелания бороться с собой можно прийти незаметно для себя, постепенно. Да не обольщает нас враг! Будем бдительно следить за собой (преп. Никон).


Надобно стараться иметь строгое наблюдение за своим устроением, ибо и при всем с обеих сторон желании понести друг друга и жить мирно враг не оставит возмущать ничтож­ными вещами и раздражать самолюбивую часть... (преп. Макарий).


Откровение твое читал и вообще скажу, что наблюдать за собою — делает нам ту пользу, что мы, видя свою немощь, смиряться должны и каяться пред Богом, сознавая свою нищету, и иметь сердце сокрушенно и смиренно, — и Бог подаст помощь к исправлению жизни нашей, когда за­лог смирения будет в сердце нашем. А не думать, что я пишу откровение, и довольно того, и этим еще возноситься! (преп. Макарий).


Что вы стараетесь замечать за собою недостатки нравст­венные — это доставляет вам помощь к приобретению смирения, и вперед — остережения от оных (преп. Мака­рий).


...Когда будешь замечать чужие немощи и гордиться перед другими мысленно, надо отвечать помыслу бесовско­му: «Я хуже всех», — и хотя не прочувствовенно, а все-таки сказать... (преп. Варсонофий).


Проверяйте себя и кайтесь в согрешениях своих. Ко­нечно, утром припоминать можно только грубые согреше­ния, например, проспал и опоздал к утрени, осудил за утре­ней кого-либо, вольно держал себя и т. п., ибо ночь у нас проходит во сне, а у древних отцов она проходила в бде­нии... Проверка своей жизни приводит к познанию своих гре­хов, познание своих грехов приводит к познанию своей немощи и покаянию, а это приводит, в конце концов, к мысли о Боге и смерти, а вполне определенного здесь ни­чего не может быть. Поэтому достаточно будет, если мы будем вспоминать свои согрешения, проверять свою жизнь и каяться в своих согрешениях, бывших за день или за ночь. «Прости мне, Господи, что я оскорбил брата или сделал то-то и то-то!» (преп. Варсонофий).


Вопрос: «В каком положении тела должно проверять свою жизнь?» Ответ: «В каком угодно, лучше же всего сидя. Выбе­рите полчаса, сядьте и проверьте себя. Монах не может быть в одном состоянии, он или идет нравственно и духов­но вперед, или назад, ни одной минуты он не стоит на одном месте, он все время находится в движении...» (преп. Варсонофий).


Хорошо, кто заботится о внутренней созерцательной жизни, ибо она дает ему все... (преп. Варсонофий).


...Большее внимание монаху должно обращать на нуж­нейшее и полезнейшее, а что может быть нужнее и по­лезнее Царства Небесного? А где оно? Услышь Самого Бо­га, вещающего: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21). Внимай же себе! Если оскудевает терпение, не унывай. Этим путем шли все святые, с которыми желаю тебе вечного сопребывания (преп. Анатолий).


Глаза береги. «Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его» (Мф.5, 29). Господь повелел. Борьбу себе навлечешь, если не будешь беречь глаз и языка (преп. Анатолий).


Когда кто пустословит, тогда он не может вниматель­но жить, постоянно рассеивается. От молчания рождается безмолвие, от безмолвия — молитва, ибо как может молиться тот, кто находится в рассеянии? Внимайте себе, внимательная жизнь — цель монашества. Сказано: «Вне­мли себе!» (преп. Варсонофий).


Дорожи временем, оно невозвратно, внимай более себе, да состоит в сем-то твой и подвиг (преп. Лев).


Воображай себе, любезный братец, истину сию всегда, что еже сеет человек в здешнем веке, то самое и пожнет в будущем стократно, и на этой истине поверяй самого себя каждодневно: что ты посеял на счет будущего века — пшеницу или терние? Испытавши себя, располагайся к исправлению лучшего на следующий день, и таким образом всю жизнь проводи. Ежели плохо проведен был день насто­ящий, так что ты ни молитвы порядочно Богу не принес, ни сокрушился сердцем ни однажды, ни смирился в мысли, ни милости или милостыни никому не сделал, ни простил виноватого, ни стерпел оскорбления, напротив же того, не воздержался от гнева, не воздержался во словах, пище, питье, в нечистых мыслях ум свой погружал: все сие рассмотревши по совести, осуди себя и положись на следующий день быть внимательнее во благое и осторожнее во злое. И так рассматривай, любезный, сеятву твою всегда и от терния очищай, и пекися, яко истинный христианин, делать не одно только гиблющее брашно, но пребывающее в жи­воте вечном (преп. Моисей).


Какая бо польза, если мы и всем себя на свете сем удо­вольствуем, и честью, и славою, и богатством, и всеми сла­стями, душу же свою отщетим оных плодов Духа Святаго и пусты явимся пред Богом, как неплодное древо, которое обыкновенно посекается и во огнь вметается. Воздавай кесарева кесареви внешним твоим человеком; внутренне же всегда взирай к Богу и закону Его поучайся, и Бог будет с тобою (преп. Моисей).


...Ведь ты лицемерка... и лицемерие у тебя самое тон­кое, так же как и самолюбие. Ведь ты так ловко все узнаешь, так ловко заставляешь других высказываться и разоблачаться пред тобою, тогда как сама о себе ни гу-гу, никак не обличая своего затаенного. Простоты ведь тоже у тебя мало. Оставь других, а займись следить за собой. За другого ведь ты не отвечаешь, а только за себя (преп. Амвросий).


...Чего око ваше не будет видеть и чего ухо ваше не будет слышать, то и на сердце ваше не взыдет (преп. Антоний).


Вопрос: «Как себе внимать, с чего начинать?» Ответ: «Надо прежде записывать: как в церковь хо­дишь, как стоишь, как глядишь, как гордишься, как тще­славишься, как сердишься, и прочее» (преп. Амвросий).


Если хочешь поставить себя на твердой стези спасения, то прежде всего постарайся внимать только себе одной, а всех других предоставь Промыслу Божию и их собственной воле, и не заботься никому делать назидание. Не напрасно сказано: «каждый от своих дел или прославится, или постыдится». Так будет полезнее и спасительнее и, сверх того, покойнее (преп. Амвросий).


...При решимости облещись в сию одежду, должно решиться и на то, чтобы стараться делом исполнять совет святого Иоанна Лествичника, который говорит: послуш­ник не рассуждает ни о благих, ни о мнимых злых. То есть не толкует: так-то нехорошо, а вот так-то было бы лучше. А более всего внимает собственному своему спасению, ради которого решился жить в монастыре, веруя несо­мненно повторяемым словам Святой Церкви: «каждый от своих дел или прославится, или постыдится», — начальные от своих дел, а подначальные от своих. Кому что поручено, за то тот и отвечает. Также подвергает себя ответу и тот, кто вмешивается не в свое дело, кроме того оставляя при этом исполнение и собственного дела. Сам Господь глаголет во Евангелии: «употребляйте их в оборот, пока я возвращусь» (Лк.19, 13). А купцы, как сама ты видала, во время ярмар­ки каждый торгует в своей лавке. А если во время тор­говли будет ходить купец по чужим лавкам, то повредит своей торговле и получит большой убыток... советую тебе более не внимать благовидным, но душевредным помыслам вражеским, которые внушают смотреть за чужой торговлей, ходя по чужим лавкам. Прочнее и основательнее беречь собственную свою торговлю духовную и ей только вни­мать (преп. Амвросий).


Господь да простит тебе прошедшее и да утвердит в будущем — более смотреть свои немощи и свою неис­правность и не заботиться о внешнем поведении других. Кийждо (каждый) сам о себе отдаст ответ Богу. Больному, как телом, так равно и душою, нерассудно ревновать о других (преп. Амвросий).


В молитве Иисусовой, в хранении сердца, в трезвении и внимании, в милости и духовном рассуждении проводит жизнь свою человек, не позволяет себе иметь на кого-либо злого сердца, не устремляет очей сердца своего на что-либо противное закону Божию, удаляется всякого законопреступного дела по ненависти ко греху и греховным помыслам и чувствам. Настолько противен человеку грех, что он не оказывает его проявлениям в себе никакого внимания: приходил враг, хотел соблазнить раба Божия на грех какой-либо, но так, не успевши в своем намерении, и отошел от него. Не усладился раб Божий предлагае­мым грехом, не обратил никакого внимания на него, даже не познал, с каким именно видом греха приходил враг. «Уклоняющагося от мене лукаваго не познах» (Пс.100, 4). Всякий помысл, клевещущий на ближнего, изгоняет из сво­его сердца раб Божий, не позволяет себе осуждения, гор­дости, зависти, несытого сердца (преп. Никон).

Труд

...Утомление от внешних трудов не уничижай и не презирай. Утомление это всеми святыми отцами одобряет­ся, не только среди общественной жизни монастырской, но и в уединенной жизни безмолвной. Святой Исаак Сирин прямо говорит, что не Дух Божий живет в любящих покой и отрадную жизнь, а дух мира. Ежели мы не можем понести трудовой жизни, по крайней мере, должны смирять­ся и зазирать себя в этом, а не осуждать то, что одобряет­ся единогласно всеми святыми отцами, так как заповедано преступившему человечеству в поте лица снедать хлеб, пи­тающий тело и душу (преп. Амвросий).

Тщеславие

Тщеславие и гордость — одно и то же. Тщеславие выказывает свои дела, чтобы люди видели, как ходишь, как ловко делаешь. А гордость после этого начинает прези­рать всех. Как червяк сперва ползает, изгибается, так и тщеславие. А когда вырастут у него крылья, возлетает наверх, так и гордость (преп. Амвросий).


Мысль такая мне пришла потому, что свойство и дей­ствие уток и гусей хорошо изображают свойство и дей­ствие страстей, тщеславие и гордость. Тщеславие и гордость, хотя одной закваски и одного свойства, но действие и признаки их разные. Тщеславие старается уловлять похвалу людей и для этого часто унижа­ется и человекоугодничает, а гордость дышит презорством и неуважением к другим, хотя похвалы так же любит. Тщеславный, если имеет благовидную и красивую на­ружность, то охорашивается, как селезень, и величается своею красивостью, хотя мешковат и неловок часто быва­ет так же, как и селезень. Если же побеждаемый тщесла­вием не имеет благовидной наружности и других хороших качеств, тогда для уловления похвал человекоугодничает и, как утка, кричит: «так! так!», когда на самом деле и в справедливости не всегда так, да и сам он часто внутренно бывает расположен иначе, а по малодушию придакивает. Гусь, когда бывает что-либо не по нем, поднимает кры­лья и кричит: «кага! каго!» Так и горделивый, если имеет в своем кружке какое-либо значение, часто возвышает голос, кричит, спорит, возражает, настаивает на своем мнении. Если же недугующий гордостью в обстановке своей не име­ет никакого веса и значения, то от внутреннего гнева ши­пит на других, как гусыня, сидящая на яйцах, и, кого может кусать, кусает (преп. Амвросий).


...К усердию вашему приплеталось и тщеславие, а как оного избежать, — вы сами довольно знаете; изгонять сего змия из сердец ваших самоукорением и избегать того, что может давать ему пищу, а что бы вы ни сделали доброго, то это не ваше, а помощь Божия и Его достояние, вы же токмо орудие, да и самое слабое (преп. Макарий).


Чтобы помыслы тщеславные, как и другие худые, не приходили, — это невозможно, а только следует с ними бороться и при помощи Божией отгонять их. Так ты и делаешь, и вперед так поступай (преп. Иосиф).


Увлекаясь тщеславием, обрати мысль на свою неисправность. Да чем же тут тщеславиться, когда ты не свое, а чужое учение предлагаешь? да и то, что послет Бог во ум к пользе вопрошающих, по вере их (преп. Макарий).


...Столько почитаю должным напомянуть вам, дабы все, что было доброе, творимое вами, проникнуто было смирением: молитва ли, пост ли, милостыня, прощение ближним и прочее, все это делайте во славу Божию и со смирением. Я потому это вам предлагаю, знаю, что не­навистник добра, диавол, когда не успеет нас отвратить от какого-нибудь доброго дела, то старается помрачить оное высокоумием и тщеславием (преп. Макарий).


...Как во всяком деле добром приплетается тщеславие и о себе мнение, то надобно оному противляться и отвер­гать, а то как вьющееся растение многие даже деревья иссушает, так и тщеславие добрые дела погубляет (преп. Макарий).


Жалуешься на тщеславие, что это первый твой мучи­тель более других борет тебя и, что бы ни делала бы, во всем преследует тебя, или это природное твое свойство? Мы не должны по природным наклонностям своим жить, а по заповедям Божиим, <как святые отцы говорят>, долж­ны прежде всего бороться с той страстью, которая более других в тебе господствует (преп. Иларион).


Тщеславия бегай — все плоды растлит... (преп. Ана­толий).


Сколько могу заметить, ты водишься тщеславием, желаешь, чтобы не заметили твоей немощи, а хочешь казаться исправною, самоукорения же и смирения в тебе и не видно, о коих ты и не стараешься (преп. Макарий).


Пишешь, что бороло тебя тщеславие за мнимое твое благоразумие, но когда вспомнила о нечистоте высокосердого, то и прошло; так надобно и всегда исторгать сей корень зла из сердца; он все растения благих дел оскверня­ет и непотребными творит. О сем много есть у святых отцов наставлений и учений (преп. Макарий).


Пишешь, что была в Зосимовой пустыни, искренно ис­поведалась и причастилась Святых Тайн, почувствовала себя хорошо и подумала, что уж теперь не будешь разлениваться. Но вскоре после этого почувствовала су­хость, холодность и прочее. Спрашиваешь, неужели это произошло оттого, что подумала то и то? Да, сухость и холодность произошли оттого, что допустила самонадеян­ные помыслы: «теперь уже так не рассеюсь» и прочее (преп. Иосиф).


Печальную новость узнал я недавно. Одно духовное лицо, человек, известный своею ученостью и с богослов­ским образованием, защитник православия, вдруг отрекся от него. Прямо не хочется верить! Прекрасно, красноре­чиво он говорил и жил не худо, не был ни убийцей, ни блудником, не имел никаких других пороков, вдруг по­шатнулся и отрекся от Господа. Отчего это произошло? Правда, он был поставлен в очень тяжелые условия, враг со всех сторон напал на него, и он не устоял. Погубило его тщеславие. Те обширные знания, которые он имел, не принесли ему пользы, а, напротив, повредили ему, так как надмили его ум. А тщеславие бывает от недостатка смирения. Человека смиренного никакие скорби не победят, не падет он, так как, смиряясь, находит, что за грехи свои он достоин еще большего наказания. Смиренный уподоб­ляется человеку, построившему дом свой на камне. «И пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне» (Мф.7, 25). А камень этот-то — смирение. Тще­славный же подобен человеку, построившему дом свой на песке, без основания. «и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое» (Мф.7, 27) (преп. Варсонофий).


Тщеславному, правду говоришь ты, труд ни во что не вменится. Но это тогда, когда он не покается. А если будешь зазирать себя, то Бог простит (преп. Анатолий).


...Беса тщеславия не слушай, что о тебе другие могут подумать; каждому самому до себя, никогда сопротивник спасения человеческого не щадит, а уязвляет кого чем. Довольно каждому своему спасению прилежать и свои язвы целить, а не разбирать политики. На опыте видишь, какая брань и каково ополчение против немощи нашей. «Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его» (Ср.: Пс. 126, 1) (преп. Анатолий).


Тебя тщеславие съело, а ты сего и не замечаешь. А чтобы этого искушения избыть, смирись, укори себя... Смирись и тем, что тебя учат. А другие и лучше тебя, но смиряются, и Господь воздаст им вечными благами. Так и думай (преп. Анатолий).


Не должно тщеславиться ни здоровьем, ни красотою, ни другими дарами Божиими... Все земное непрочно, и красота, и здоровье. Благодарить Господа надо, благода­рить со смирением, сознавая свое недостоинство, а не тще­славиться чем-либо (преп. Никон).


Страсть тщеславия уничтожает веру в сердце чело­веческом (преп. Никон).


...Желать, чтобы другие жили хорошо, — надо, а без вопросов их самой наставлять не следует — это может быть поводом к тщеславию. — Отсекать помыслы тщеславия и похваления тем, что Богу приятнее всего — смирение, а у тебя его нет, следовательно, ничего нет и доброго, — так правильно и должно делать (преп. Иларион).


...Пишешь, что во время заутрени бороли тебя тщеслав­ные помыслы, говорившие тебе, что казначейство твое при­несло счастье монастырю, что с тех пор, как ты — казна­чей, и Владыка стал милостив к м. Игуменье, и окончилось дело о разрешении строить в Москве часовню, что как бы в противовесие тому, что Е. М. билеты свои пожертвовала не монастырю, а причту, в укор за то, что тебя именно назначили казначеей, вслед же за тем одна сборщица при­везла денег вдвое более обыкновенного. Что ты стыдишься этих помыслов. И надо стыдиться... (преп. Иларион).


Одной девушке, которой родители препятствуют посту­пить в монастырь, ты для ее подкрепления привела в при­мер случившееся с тобою, что и тебе в этом были препят­ствия, но что потом Господь возвестил родителям твоим не удерживать тебя, и думаешь, не грех ли тебе было ей го­ворить о себе. Ничего, что привела себя для примера, не должно только этим гордиться и давать пищу тщеславию (преп. Иларион).


Ты пишешь, что с прочими своими грехами помнишь беспредельную свою гордость и тщеславие, которые и суть причиною всех твоих скорбей и бедствий душевных и телесных, ибо «Господь гордым противится, смиренным же дает благодать» (Притч. 3, 34). Помня о беспредельной гордости своей, не красуйся ею, но сбрось с себя, яко непотребную одежду, и старайся облечься в ризу смире­ния, которая прикроет твою душевную наготу и доставит радование и веселие душе (преп. Лев).


Не хвались, горох, что ты лучше бобов, размокнешь, сам лопнешь (преп. Амвросий).


Тщеславие, если его тронуть пальцем, кричит: кожу дерут (преп. Амвросий).


...Все мы сплошь да рядом, больше или меньше недугуем тщеславием и горделивостью. А ничто так не препят­ствует успеху в духовной жизни, как эти страсти. Где бывает возмущение, или несогласие, или раздор, если рассмотреть внимательно, то окажется, что большею частью виною сего бывает славолюбие и горделивость. Почему апостол Павел и заповедует, глаголя: «Не будем тщеславиться, друг друга раздражать, друг другу завидовать» (Гал.5, 26). Зависть и ненависть, гнев и памятозлобие общие исчадия тщеславия и гордости. Преподобный Макарий Еги­петский обозначает и самую цепь, как страсти эти одна с другою сцеплены и одна другую рождает. Он пишет в книге «Семь слов»: «ненависть от гнева, гнев от гордости, а гордость от самолюбия» (Слово 1, гл. 8). А Господь в Евангелии прямо объявляет, что и доброе творящие ради славы и похвалы восприемлют здесь мзду свою. Также и с гордостью и осуждением других добродетель проходящие отвержены бывают Богом, как показывает евангельская притча о мытаре и фарисее. А блаженное смирение, как сказано в той притче, и неисправных и грешных оправды­вает пред Богом (преп. Амвросий).

 

<<предыдущая  оглавление  следующая>>