Аудио-трансляция

До­ро­жи вре­ме­нем, оно не­во­зв­рат­но, вни­май бо­лее се­бе, да сос­то­ит в сем-то твой и под­виг.

преп. Лев

Тщес­ла­вие и гор­дость хо­тя од­ной зак­вас­ки и од­но­го свой­ства, но действие и приз­на­ки их раз­ные. Тщес­ла­вие ста­ра­ет­ся улов­лять пох­ва­лу лю­дей и для это­го час­то уни­жа­ет­ся и че­ло­ве­ко­у­год­ни­ча­ет, а гор­дость ды­шит пре­зо­р­ством и не­у­ва­же­ни­ем к дру­гим, хо­тя пох­ва­лы так же лю­бит.

преп. Амвросий

Что­бы по­мыс­лы тщес­лав­ные, как и дру­гие ху­дые, не при­хо­ди­ли,– это не­воз­мож­но, а толь­ко сле­ду­ет с ни­ми бо­роть­ся и при по­мо­щи Бо­жи­ей от­го­нять их.

преп. Иосиф

Пятая заповедь

Пятая заповедь о почитании родителей: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо тебе будет, да долголетен будешь на земле» (Исх. 20, 12), — была дана Господом Моисею на горе Синай, где Господь начертал заповеди на двух каменных скрижалях.

Когда Моисей, после сорокадневного пребывания на горе, спустился со скрижалями в руках и увидел, что его народ, забыв об истинном Боге, отлил себе тельца из золота и поклоняется ему, то он в гневе разбил скрижали о скалу. После раскаяния всего народа Бог повелел Моисею вытесать две новые каменные скрижали и принести Ему для повторного написания Десяти заповедей.

Первые четыре заповеди говорят об отношениях человека к Богу. Шесть других — об отношениях человека к человеку. Грех непочтения к родителям есть великий грех. По законам Ветхого Завета, злословящий отца или мать, наказывался смертью.

Пятая заповедь — единственная, в которой Господь обещает человеку великую награду за исполнение этой заповеди уже в нынешней жизни — «да благо тебе будет, да долголетен будешь на земле».

У известного церковного писателя и духовного чада преподобного оптинского старца Амвросия Евгения Николаевича Поселянина (1870–1931) был товарищ, который попросил у старца совета относительно почитания родителей.

Е. Н. Поселянин

Поселянин впоследствии записал свой разговор со старцем Амвросием, который вошел в составленное им жизнеописание старца.

«Один мой товарищ, не чувствовавший душевной близости к своим родителям и смущенной этим, попросил меня рассказать об этом старцу. Старец на это ответил мне: 

— Прочти пятую заповедь.

— Чти отца твоего и матерь твою, — стал я читать, удивленный, и говоря себе: «Он и без отца Амвросия знает эту заповедь, и ее-то неисполнением и тяготится!»

— Повтори еще, — сказал отец, когда я прочел заповедь.

— Чти отца твоего и матерь.

Прп. Амвросий

— Повтори первое слово.

— Чти.

— Так что же сказано?

— Что надо почитать. 

— Так вот, так и передай твоему приятелю. Если он почитает родителей, почтителен к ним. Заботится о них. 

— Он не может заботиться, — вставил я, — они очень богатые.

— Я не о том. А вот чтобы быть с ними, когда они этого захотят, не избегать их общества, почитать им иногда что-нибудь, слушаться их. Ведь они не требуют от него ничего невозможного?

— Да, но они люди разных миров. У них интересы разные. 

— Это ничего не показывает. Можно заниматься своими делами, не забывая родителей и не требуя, чтобы они интересовались непременно его интересами. Да он сам поймет, в чем состоит приказание «чтить». И если он это исполнит, он может быть покоен».