Собор Оптинских Старцев
Аудио-трансляция

Пот­реб­но се­бя и ближ­не­го все­воз­мож­ны­ми спо­со­ба­ми под­дер­жи­вать и ус­по­ка­и­вать, а глав­ный из всех спо­соб: сми­рен­ное об­ра­ще­ние ко Гос­по­ду и воз­ло­же­ние сво­ей и ближ­не­го не­мо­щи на Его все­силь­ную по­мощь и спа­се­ние. Что не­воз­мож­но ис­пра­вить нам, то, без сом­не­ния, воз­мож­но Бо­гу, Ко­то­рым жи­вем и дви­жем­ся.

преп. Моисей

Неделя о мытаре и фарисее

Самое трудное — это научиться быть самим собой! Душа так и прячется за различными масками… Ф. М. Достоевский говорит, что «мы прячем нашу мерзость, с которой вполне миримся внутри себя…»

Как отличить подлинное в своей жизни от ложного? Как узнать, где правда, а где благочестивый муляж? Как понять — это я или одна из моих многочисленных масок? Как  раскрыть для себя настоящую живую жизнь, истинную и глубокую красоту? Не внешнюю броскую, сиюминутную, быстрорастворимую красоту мира, а вдохновенную творческую красоту — красоту Бога и человека, красоту Промысла Божия… Для современного человека знаковыми понятиями стали успех, удовольствие, толерантность и многочисленные права человека. Человек сам себя закупоривает в это пространство земных, биологических устремлений. В его жизни отсутствует Тайна… Тайна Бога, Тайна человека, Тайна Любви, Тайна смерти и жизни.

Казалось бы, человек должен все сокровища своего сердца положить у ног Спасителя, распятого за нас. Но мы бежим, ускользаем, суетимся, «испытуем купленных волов», любуемся жизненным полем, закапываем талант: «скрываем серебро Господина своего». Жизнь без Бога — это путеводитель по смерти.

И, слава Богу, что у Господа — огромный, удивительный, многообразный инструментарий, чтобы вырвать человека из земного очарования, чтобы подарить человеку новый взгляд на мир, на истинные ценности, на настоящий ВЕЧНЫЙ СМЫСЛ ЖИЗНИ!

 Игумен Тихон (Борисов)

Через какую-то утрату, через боль, через смерть близких и дорогих людей, через крах и кризис, через жизненную катастрофу или, наоборот, через радость и вдохновение, через видение гармонии и целостности мира, через красоту природы и любви человек обретает веру в Творца! «Ты сотворил нас для Себя, и не знает покоя сердце наше, пока не успокоится в Тебе», — восклицает блаженный Августин. И каждый человек приходит в Церковь со своими мыслями, со своими проблемами, со своей жизнью, со своим биением сердца!

Преподобный Нектарий Оптинский говорил: «Смотрите, какая красота: солнце, небо, звезды, деревья, цветы… А ведь прежде ничего не было! Ничего! И Бог из ничего сотворил такую красоту! Так и человек: когда он искренне придет в сознание, что он – ничто, тогда Бог начнет творить из него великое!»

Два человека стояли в храме совсем рядом — но расстояние между ними было огромное! Духовное расстояние! Безобразие и уродство гордости и красота смирения! Небо и земля! Жизнь и смерть!

Фарисей сам себя возводит на пьедестал! Сам себе подносит цветы и сам себе рукоплещет! Браво! «Боже, благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди: грабители, обидчики, прелюбодеи, наркоманы, алкаши, попрошайки, взяточники, лжецы, актеры, кинорежиссеры! Я-то — настоящий православный христианин! И в храм хожу регулярно, и свечки ставлю, и записки пишу, и пост соблюдаю  (который уже, кстати, скоро)… И даже (тсс…!) по секрету скажу вам, — жертвую на храм!»

А мытарю даже нечего было сказать в своё оправдание! Он же — мытарь, грешник, обидчик, в общем, –  дрянной человечек! И что он мог выдавить из себя? Только — «Боже! Будь милостив ко мне, грешнику!»

Два мира, два мировоззрения, две вселенные, отстоящие очень далеко друг от друга!

Преподобный Силуан Афонский, наш великий русский святой, вспоминал о себе: «Когда я был еще в миру, люди меня хвалили, и я думал, что я хорош. Но когда пришел в монастырь, я узнал хороших людей и понял, что не стою одного пальца их, и даже их портянок — вот как можно ошибиться и попасть в гордость и погибнуть!»

А авва Емелиан говорит: «Христианину невозможно истинно веселиться без слёз и истинно радоваться без печали!» Вот этим путем слёз и идет мытарь, ударяющий себя в грудь покаянием! Поэтому он более оправдан, чем надменный фарисей!

«Всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится», — говорит Господь (Лк. 18, 14).

Вчера на всенощной в одной из стихир мы слышали: «Фарисеева убежим высокоглаголания и мытареве научимся высоте глагол смиренных».

Подсчет своих, так называемых, добрых дел на калькуляторе сердца: помолился, попостился, в метро нищему рубль бросил в кепку, улыбнулся, не поскользнулся, и ем только хрен и редьку… Вот этот подсчет и есть для нас — падение, тупик, смерть!

И наоборот: маленький вздох покаяния, не видимая миру слеза плача о себе, о мире, о ближнем — это и есть самое важное, самое глубокое, самое прекрасное и необходимое для нас сокровище сердца!

Наш маленький духовный опыт показывает, что трезвиться, не принимать скверных помыслов, не осуждать других легче, если у нас в душе горит покаянная лампадка! Пока сердце переживает боль покаяния — мы живы, мирны, вдохновенны, целостны и целеустремлены! Поэтому неслучайно Оптинские старцы говорили: «Есть смирение — есть всё! Нет смирения — нет ничего!»

И, как один старец сказал своим ученикам: «Бесконечное самоотречение, покаяние и смирение — это рубашка! Нить её прядется среди слёз! Ткань отбеливается слезами! И шьётся рубашка в слезах! Но защищает эта рубашка лучше, чем сталь и железо, надёжнее, чем кольчуга и щит!»

Смирение — это признание другого, это уважение к другому, это желание понять ближнего, а не отмахнуться от него! Фарисей не видит вокруг никого! Он — самодостаточен в своем бесконечном бахвальстве! А мытарь — через призму слёз видит весь мир (весь космос) и ближнего рядом с собой!

Сегодняшняя притча как нож, как скальпель врезается в наше сердце! И через два тысячелетия она так же актуальна, как и в те времена, когда Христос произносил её! Нам надо обязательно увидеть в себе этого злосчастного фарисея — он притаился в храме нашего сердца! Он так же часто повторяет, как мантру: «я, я, я, я…» Надо выгонять его из сердца! Перевоспитывать!

И путь к устроению мытаря: «Боже, милостив буди мне, грешному!» — это  путь всей нашей жизни! Это динамика уподобления Богу!

Великий святой нашего времени преподобный Паисий Афонский так плакал о себе: «Внешне, как старый человек, я поседел! Внутренне же день ото дня я чернею из-за нерадения, и меня нужно бить палкой!»

Мир считает смирение, кротость, покаяние, плач — слабостью и ущербностью. А гордыню, надменность, превозношение, саморекламу, пиар — нормой и необходимостью в современной жизни.

Церковь делает всё, чтобы из опыта нашего человеческого бытия, человеческого общения не исчезли такие глубинные, важные, необходимые понятия, как надежда, милость, благодарение, хвала, почтение, доверие друг к другу, понимание, уважение, смирение, сочувствие, благородство, вера и любовь! А также такие категории, которые Достоевский называл «проклятыми вопросами»: боль, смерть, Вечность, болезнь, суд, ад, рай…

Это очень важно! Потому что, как говорил Иван Сергеевич Аксаков: «Совлекши с себя образ Божий, человек неминуемо совлечёт с себя и образ человеческий, и возревнует об образе зверином!»

Еще Паскаль однажды удивительно заметил: «Чем разумнее человек, тем более находит он вокруг себя интересных людей». Вокруг нас очень много прекрасных, удивительных, красивых, смиренных людей!

Фарисей — тоже замечательный и интересный человек! У него много очень хороших качеств! Ему, а вместе с ним и каждому из нас, остаётся только одно совсем маленькое делание — научиться почаще воздыхать в глубине души:

«Боже! Милостив буди мне, грешному!»

Игумен Тихон (Борисов)