Преподобного Амвросия старца Оптинского
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Сегодня — один из самых теплых дней Оптинского календаря! Один из самых любимых! Оптинский рай! День памяти преподобного и богоносного старца Оптинского Амвросия. «Не может скрыться город на верху горы стояй» (Мф. 5, 14). Его свеча светит на всю вселенную.
Казалось бы, уже столько сказано о преподобном Амвросии, столько о нем прочитано, столько пропето акафистов, и рака его уже зацелована до дыр. И столько обращено к нему слезных молитв! Кажется, что остается только застыть в благоговейном молчании пред его святыней, встать на колени в тишине сердца и вздохнуть о своем окаянстве. Но сегодня сердца верующих людей ликуют и поют. И нас почти не вмещают переполненные храмы.
Оптинский вертоград старчества настолько разнообразен, что каждый может собрать свой букет. Найти свои оттенки, свою музыку, свои гимны. Оптинское старчество — это живое пространство любви и веры, кротости и смирения, мудрости, рассуждения и теплоты молитвы. Все старцы — это адаманты духовной жизни!
Но все же преподобный Амвросий — это особый оазис, особая глубина, особое звучание. Народное почитание выделило его как бы в какую-то неповторимую графу, написало его имя золотыми буквами любви в своем сердце. В нем очень тонко, гармонично, слаженно соединились мудрость и простота, ласковость и твердость, долготерпение и решимость, детская открытость и старческая рассудительность.
Святые отцы говорят, что монах — это не только «один», моно. Монах — это собранный воедино! Преподобный Амвросий был настолько собранный воедино, что его душа была цельна, целомудренна, лаконична, полна бесконечных граней — как полотно великого Художника. Он нашел источник воды, пия́ которую никто «не вжаждется во веки» (Ин. 4, 14). Он пил эту евангельскую воду сам и утолял жажду тех, кто приходил к порогу его хибарки. И не важно, кто это был: смиренный чайный магнат Сергей Перлов или козельская крестьянка, доблестный орденоносный генерал или орловский рабочий, гений словесности Достоевский или неграмотная кухарка.
Евгений Поселянин писал о старце Амвросии: «Как запыленные деревья после освежающего дождя становятся чисты и бодры, так же действовало на человека общение с отцом Амвросием. Вы были окружены у него таким горячим сочувствием, таким благоволением, что это, давая вам счастье, делало и вас лучшим, потому что истинное сочувствие как-то само возвышает душу тех, кому оказано, и заставляет их строже проверять себя».
Старец учил людей «проверять» себя, контролировать свои мысли и поступки, сокрушаться о духовных падениях, радоваться тайне Жизни. Сколько страшных людских жизненных тупиков и разочарований превратились в келии преподобного в надежду и веру. Сколько, казалось бы, неразрешимых проблем и задач обрели ключ к решению и пониманию. Он, словно искусный садовник, помогал тем, жизнь которых заросла, как сорной травой, обыденностью и унынием, сделать ее чудесным цветущим садом.
Преподобный Амвросий умел показать человеку, что тот ужасный разрушительный ураган неожиданных событии и искушений, который обрушивался на него, начинался чаще всего с маленького ветерка, дунувшего из его собственного сердца. Его «жить не тужить» вдохновляло тысячи; его тихая улыбка возрождала к жизни потерявших смысл и опору; его огненная вера возвращала блудных детей к Матери Церкви.
И сегодня преподобный Амвросий Оптинский — это искусный проводник человеческих душ в Царство Небесное! Его молитвы, его удивительные поучения, его предстояние за душу нашего русского народа совершают настоящее чудо. Не иссякает поток израненных человеческих сердец к его раке. Не умолкает искреннее обращение к его заступничеству и помощи.
У каждого человека есть в сердце какая-то своя внутренняя глубина. Нужно всеми силами искать эту подлинную прозрачную евангельскую глубину и святость. А иначе есть страшная губительная опасность так и не найти полноводья, и проходить всю свою скоротечную жизнь вброд, по колено по мутной воде вдоль и поперек.
Человеческая жизнь зачастую проходит в пространстве, где купленный диплом — важнее знаний, гамбургер — вкуснее домашней пищи, тренажер — увлекательней прогулки по лесу. Карта становится реальнее местности, навигатор — убедительней самой дороги. Жизнь превращается в нескончаемую компьютерную игру, любовь — в фрагменты из сериала. Форма становится важнее самого содержимого. Упаковка — самодостаточна. Гроб из красного дерева — главнее того, кто в нем лежит. Эпоха обвертки. Культ фантика. Тело становится безжалостным хозяином, а душа — бесправной попрошайкой.
«Ум, покрытый непроницаемой мглой неразумия, — говорит святитель Григорий Богослов, — забавляется собственной пагубой». Преподобный Амвросий учит нас не забавляться собственной пагубой, не тратить драгоценное время впустую, а наполнять каждую свою мысль глубиной, каждое слово — смыслом, каждый вздох — сокрушением, и каждое движение сердца — любовью и смирением.
Постепенно в сердце должно отмереть, засохнуть и исчезнуть все то, что прикрывается и притворяется жизнью, но не является ею на самом деле. Это наши амбиции, наша гордость, самолюбие, надменность, тщеславие. «Живи попроще...», — часто слышали богомольцы из уст благодатного Старца. «Где просто — там ангелов со сто. А где мудрено — ни одного!»
Оптина Пустынь, во времена старцев, это целая Вселенная, вместившаяся в стенах одного маленького монастыря. Еще святитель Игнатий Кавказский в середине XIX века восторженно писал: «Отец архимандрит Моисей благороднейшим своим и терпеливым ношением немощей ближнего привлек в недро обители своей избранное иноческое общество, которому подобного нет во всей России». А преподобный Амвросий — одна из самых ярких жемчужин Оптинской духовной изящной шкатулки. Один из самых сладких плодов чудесного Оптинского вертограда. Он — самый благоухающий, нежный цветок Оптинского букета. Каждый из нас может вдохнуть его благословенный аромат!
Евгений Поселянин с огромным убеждением, испытывая необычайное доверие к Старцу писал: «Я очень хорошо знал, что, если я стану уродом, или сумрачным, или очень поглупею, — вообще лишусь возможности быть приятным, или понизится мое положение в жизни и я стану неудачником — все отвернутся от меня. А он тогда стал бы еще более греть меня. И потому я смело говорил себе, что никто больше его меня не любил и не полюбит меня. И любил он тою любовью, которую наш народ так проникновенно выражает словом «жалею», то есть всеми силами души желать служить другому. А такая любовь всегда нужнее для счастья!» Об этой особой любви писал и великий Достоевский: «Жалость — драгоценность наша, и искоренять ее из общества страшно».
Преподобный Амвросий говорил, что нам надо подражать девам. Только мудрым, а не буиим (см. Мф. 25, 1–13). Тем девам, которые запаслись елеем любви, добра, надежды, смирения. Светильники которых не угасают. Для этого мы и приходим к старческим ступеням обители на берегу Божией реки, чтобы поправить свои светильники. И не важно, кто каждый из нас: писатель или сварщик, политик или спортсмен, монах или мирянин, солдат или учитель, ученый или простая деревенская бабушка, актер или продавщица. Преподобные Оптинские старцы и празднуемый ныне авва Амвросий рады всем!
Еще будучи семинаристом, Александр Гренков, как звали батюшку в миру, однажды гуляя по лесу услышал в журчании ручья слова, которые стали лейтмотивом всей его долгой и вдохновенной жизни. Пусть и для нас они станут сокровищем, духовным компасом, путеводной звездой: «Хвалите Бога! Храните Бога!»
Аминь.