Аудио-трансляция

Ве­ли­кое име­ем мы, ве­ру­ю­щие, ору­жие – это си­ла Жи­вот­во­ря­ще­го Крес­та. Как по­ду­ма­ешь, страш­но ста­но­вит­ся за не­ве­ру­ю­щих, они со­вер­шен­но бес­по­мощ­ны: это все рав­но, как ес­ли бы че­ло­век со­вер­шен­но бе­зо­руж­ный ночью отп­ра­вил­ся в дре­му­чий лес,– да его там рас­тер­за­ет пер­вый по­пав­ший­ся зверь, а за­щи­тить­ся ему не­чем. Мы же не бу­дем стра­шить­ся бе­сов. Си­ла крест­но­го зна­ме­ния и имя Ии­су­со­во страш­но для вра­гов Хрис­та, нас спа­сет от лу­ка­вых се­тей ди­а­вольс­ких.

преп. Варсонофий

Суббота 2-ой седмицы по Пятидесятнице Память Апостола Иуды

Во имя отца и Сына и Святаго Духа. Дорогие о Господе братья и сестры, мы с вами сегодня на Божественной Литургии слышали, хотя и небольшое по объему, но очень глубокое, важное для нас чтение, где Господь нам заповедует: Не судите, да не судими будете (Мф. 7, 1).

Храм в честь Казанской иконы Божией Матери

Осуждать можно по-разному. Одни осуждают в глубине сердца. Видят, что кто-то не так делает, у них сердце уязвляется: зачем он так делает... Другие осуждают в мыслях, начинают еще и размышлять об этом. Многие даже на словах выражают это осуждение в пересудах: вот, зачем эти и эти так и так поступают, они не правы, плохо делают... И вот, Господь говорит нам такие очень важные спасительные слова: не судите, да не судимы будете (Мф. 7, 1). И вот в связи с этой заповедью Господь нам объясняет: вот что ты говоришь своему брату: давай я возьму из твоего глаза сучец. Что ты указываешь на недостатки кому-то другому, когда у тебя в глазу бревно. Что это за бревно в глазу? Вот самая первая беда наша, что мы этого бревна не чуем, как сказал Господь. Не чуешь этого бревна, не чуешь, то есть не видим своего состояния.

А какое у нас состояние? В Священном Писании много есть мест, которые показывают наше состояние. Вот, пророк Давид говорит такие слова: Грех мой предо мною есть выну (Пс. 50, 5). То есть всегда перед глазами он видел свое болезненное окаянное состояние души. И говорит в этом состоянии о себе: Душа моя, яко земля безводная Тебе (Пс. 142, 6), Аз же есмь червь, а не человек (Пс. 21, 7), скотен бых у Тебе (Пс. 72, 22). Вот как Давид выражает свое, это бревно, которое он видит, видит состояние своей души. Господь нам заповедует: изми первее бревно из очесе твоего: и тогда узриши изъяти сучец (Мф. 7, 5). Казалось бы такие простые слова, но Давид говорит: широка заповедь Твоя зело, и широка и глубока паче всякой глубины морской. Вот чтобы изъять бревно из своего глаза, исцелиться, что надо в первую очередь сделать? Надо его увидеть. Как можно изымать то, что не видишь? Как можно лечить то, что не считаешь болезнью? А вот для этого мы просим Великим постом особенно, но и на всякое время: Господи, даруй мне зрети моя прегрешения.

Но просящий должен не только устами это произносить. Большинство из вас, признайтесь честно, что не просите как следует об этом, вообще об этом не думаете. А чтобы действительно просить, надо этого хотеть увидеть себя грешником, желать этого. Для этого человек начинает, во-первых, себя не оправдывать, что делает каждый из нас часто довольно, не осознанно. Начинают, что-то сделав, обвинять других, осуждать, и оправдывать себя. Мол, я хороший.

Но даже те верующие, которые серьезно и глубоко относятся к своей духовной жизни, у них бывает такого рода несообразность. Они не понимают того, что исправляться им не надо. Что я такое говорю: исправляться им не надо. Конечно, нужно. Нужно прекратить греховную жизнь. Но мыслить об этом прекращении греховной жизни нужно немножко по-другому. От Господа, — говорит Давид, — стопы человеку исправляются (Пс. 36, 23). То есть, мы не должны желать сами быть исправными. Господь говорит: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). А апостол Павел еще говорит, что Бог да совершит вас во всяком благом деле. Сотворите волю Его, творя в вас благоугодная пред Ним Иисус Христом. То есть не человек, а Божья сила в человеке совершает в нем благой плод, избавляет от страстей, Божья благодать исцеляет своим действием нашу душу. И мы становимся постепенно менее страстными, более целомудренными, более воздержанными, менее раздражительными. И вот все эти исправления совершает Господь, а не мы. Казалось бы, что такое сейчас сказано? Вроде и так всем все понятно.

Но непонятность заключается в том, что человек зачастую неподчеркнуто старается себе внушить, что это не его, а Божья благодать в нем действует. И вот к этому надо быть особенно внимательным.

Но чтобы было более понятно, приведем такой пример. Ну, скажем, произошла какая-то ситуация: кто-то из членов нашей семьи или на работе, или знакомые, отнеслись к нам несправедливо, резко или обидно. И вот мы, конечно это по благодати Божьей, смогли грубостью не ответить на это, а молча мирно успокоить этого несправедливого нашего обидчика, примириться сразу с ним. Такое конечно редко бывает, но бывает у каждого из нас иногда. И после этого наступает самодовольство. Вот, какой я хороший, эту несправедливость мирно встретил. Вместо того, чтобы размыслить: Господи, разве это в моей силе, это просто Твоя благодать во мне совершила свое действо, и поэтому у меня это произошло. Или что-то другое. Например, кушаем и вовремя остановились во время еды. Не объелись, даже хотя и вкусно было. Но опять же, большинство это произносит самодовольством даже без мысли или с мыслью. А ведь надо осознать: Господи, это ведь Ты меня остановил. Если бы не Твоя бы благодать - я бы объелся.

Я вот из своего опыта могу рассказать. У меня было целых три таких случая в жизни моей духовной.

Я очень сильно постился, и сердце мое этим постом каждый раз возносилось. Видите, мне одного или двух раз даже не хватило. Надо было это три раза пережить. И после этого у меня наступали периоды такого обжорства, что просто не остановиться. Наедаешься так, что страшно сказать. И вот, для чего Господь это попустил? Чтобы познать свою немощь, познать, что я червь, что я земля и пепел. Познать, что без Божьей благодати страсть нами овладеет. Как корова в люцерну зайдет, поест (не может остановиться) и останется там мертвой. Вот так же и мы, без благодати в любую страсть впадем: и убьем, и своруем, и плохие слова скажем, и многое, многое другое.

Но теоретически понять это одно, а практически сделать это сознание достоянием нашего сердца — это не так-то просто. Для этого нужен большой труд.

И вот Господь нам, казалось бы, такую простую заповедь о не осуждении дает. Некоторые говорят: не осуждение — без труда спасение. Верно, каких-то телесных подвигов для этого не надо, как поклонов, великих постов или еще что-либо, не нужно. Но мысленный труд нужен огромный, причем целожизненный, чтобы научиться не осуждать.

На какой почве человек может не осуждать? Только на почве видения «своего бревна» — своего страшного греховного состояния. Преподобный Климент Великий говорил: Братья, поверьте, я после смерти буду, где сатана. То есть на дне ада. Это человек — святой, который воскрешал мертвых. Почему он так говорил? По смиреннословию? Нет, он видел «свое бревно». Греховно ли он жил? Нет, он жил подвижнически. Просто он отделял действие благодати от своих собственных мерзких качеств, которые у любого человека есть. Всяк человек ложь (Пс. 115, 2), — говорит Господь. И еще Он говорит: аще убо вы, лукави сущи (Мф. 7, 11). Все мы без благодати мерзки, а Божья благодать делает из нас святых.

Все мы с вами святые. Правда, большинство из нас, от них же первый аз, но все равно освящаемся благодатью через таинства, через причастие, через исповедь, через Богослужения. Бог нас освящает и в нас действует. Но это не должно приводить нас к мысли, что мы хорошие. Не мы, а Божья благодать, в нас действующая, нас освящает. И вот когда человек все это не только на словах, а до глубины сознания прочувствует, что он есть без Бога, он уже осуждать не сможет, как же судить, если ты сам в тысячу раз хуже, как же судить, когда сам в любой грех впадешь. И Господь тому, кто желает, помогает это познать. Просто надо этого хотеть. Не хотеть быть хорошим, а хотеть увидеть себя плохим. Вот в этом наше спасение заключается в огромной степени.

Погибелью гибнут все люди, которые не хотят считать себя плохими. Вот от этого начинается вечная смерть. А кто хочет вложить в свое сердце, что Бог это все, а я есть ничто, то такие люди обязательно благодатью Божьей спасутся.

И конечно мы все с вами к таким людям относимся. И будем же благодарить Бога, Матерь Божью, Которая обладала величайшим смирением. Яко призре на смирение рабы, Своея (Лк. 1, 48), — говорила Она. Старцы Оптинские учили: есть смирение — все есть, нет смирения — ничего нет. Чтобы их святыми молитвами, божественной помощью нам учиться от Господа смирению, то есть терпению, и с покорностью Божьей принимать от Бога все, что Он нам пошлет: скорби, болезни, неприятности, обидчиков. За все благодарить, всех терпеть, всех любить. И в любви будем вместе в Царствии Любви. Аминь.

Иеромонах Нил (Парнас)