Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Ког­да за­ме­ча­ешь за со­бою са­мо­на­де­я­ние, то, при слу­ча­ях и при по­мо­щи Бо­жи­ей, са­мо­у­ко­ре­ни­ем оно ис­то­рг­нет­ся.

прп. Макарий

Са­мо­оп­рав­да­ние зак­ры­ва­ет ду­хов­ные очи, и тог­да че­ло­век ви­дит не то, что есть на са­мом де­ле.

прписп. Никон

На­до сми­рен­но о се­бе ду­мать и сми­ре­ни­ем раст­во­рить вся­кое свое де­ла­ние, но лож­ное сми­ре­ние, выс­тав­ля­е­мое в из­ви­не­ние сво­е­го не­же­ла­ния и ле­нос­ти под­ви­зать­ся, да­ле­че отог­нать: „Где уже нам, греш­ным, это де­лать. То бы­ли лю­ди свя­тые..." Так при­хо­дит­ся слы­шать тех, кто не хо­чет тру­дить­ся для сво­е­го спа­се­ния. Мож­но им от­ве­тить: да, это вер­но, но и свя­тые, очень час­то, преж­де бы­ли ве­ли­кие греш­ни­ки, ста­ли свя­ты­ми, под­ви­за­ясь, по­э­то­му греш­ни­ком се­бя счи­тать – счи­тай, а на доб­ро се­бя по­нуж­дай. Бу­дет поль­за. Са­мо­оп­рав­да­ние – ко­рень зла.

прписп. Никон

Сохранить живую веру – веру детства

Когда я вернулся после первого учебного года на лето домой, моя мать сказала мне: «Едем к старцу!» С этого лета и до кончины старца Амвросия я побывал в Оптиной Пустыни раз пять. Эти поездки с матерью я очень любил. Поля, луга, цветы, монастырская гостиница… все меня развлекало.

Митр. Евлогий

Когда я приезжал к о. Амвросию девятилетним мальчиком, старец со мной шутил: поставит на колени и, бывало, скажет: «Ну, рассказывай грехи». Меня это смущало. А когда я стал постарше, старец Амвросий сам меня исповедовал.

Лишь эти светлые воспоминания и освещают школьный период моей жизни. Я окончил духовное училище в 1882 году первым учеником. Мне было 14 лет.

Во время моей отроческой беспризорности главное, что меня спасло, это духовное влияние и руководство старца о. Амвросия. Теперь, когда я, будучи семинаристом, приезжал в Оптину Пустынь, я каялся о. Амвросию в семинарских грехах, а он меня журил и ставил на поклоны. Его благодетельная рука хранила меня от дурных путей, чудесно оберегала от всякой нечистоты… да и до сих пор я живу его святыми молитвами. Я в это верю.

Летние каникулы, которые я ежегодно проводил дома, в родном с. Сомове, а затем в с. Апухтине, куда перевели моего отца, в кругу моей семьи, оказывали на меня тоже самое благотворное влияние. Благодаря мистической настроенности моей матери жизнь в нашем семейном гнезде дышала простой, но горячей верой, упованием на Промысл Божий, на Божье милосердие…

О такой вере не спорят, ее не обсуждают — ею живут. В обстановке крепкого, благочестивого строя с меня быстро сбегало все наносное, налипшее за зиму в семинарии, и я возвращался к бесхитростной, живой вере моего детства.

Из книги «Путь моей жизни»

Митрополит Евлогий (Георгиевский)