Аудио-трансляция:  Казанский Введенский

Ми­мо­лет­ные мыс­ли, к ко­то­рым серд­це не при­леп­ля­ет­ся, быст­ро про­хо­дят, как в ка­лей­дос­ко­пе. Ум наш ни­ког­да не ос­та­нав­ли­ва­ет­ся, всег­да за­нят. Дур­ные мыс­ли не на­до счи­тать сво­ей не­отъ­ем­ле­мой собствен­ностью, они не от на­ше­го ес­те­ст­ва. Не мо­жет один и тот же ум и сла­вос­ло­вить Бо­га, и ху­лить. На та­кие мыс­ли не на­до об­ра­щать вни­ма­ние, на­до выб­ра­сы­вать их, как сор, как неч­то по­сто­рон­нее.

преп. Никон

Ес­ли ка­кая-ли­бо дур­ная мысль не­отс­туп­но при­хо­дит на ум и серд­це к ней при­леп­ля­ет­ся, со­чу­в­ству­ет ей, тог­да на­до при­ло­жить все си­лы, что­бы выб­ро­сить ее с по­мощью мо­лит­вы Ии­су­со­вой и ис­по­ве­да­ни­ем стар­цу.

преп. Никон

Нам не на­до ни­ког­да ос­та­нав­ли­вать­ся на по­мыс­лах. Пусть идут ми­мо, ес­ли они приш­ли к нам, от­ра­жай­те их Ии­су­со­вой мо­лит­вой. Пусть не на­хо­дят они в серд­цах на­ших со­чу­в­ствия се­бе. Ста­рай­тесь очи­щать свои серд­ца, для это­го-то и не­об­хо­ди­ма, кро­ме мо­лит­вы Ии­су­со­вой, па­мя­ти Бо­жи­ей, тща­тель­ная и отк­ро­вен­ная ис­по­ведь.

преп. Никон

238. Ответ благосклонным к Латинской Церкви о несправедливом величании папистов мнимым достоинством их Церкви (против католиков)

Напрасно некоторые из православных удивляются существующей пропаганде Римской Церкви, мнимому самоотвержению и деятельности ее миссионеров и усердию Латинских сестер милосердия, и неправильно приписывают Латинской Церкви такую важность, что будто бы, по отпадении оной от Православной Церкви, сия последняя не пребыла такой же, а имеет необходимость искать соединения с ней. По строгом исследовании мнение сие оказывается ложным, а энергическая латинская деятельность не только не возбуждает удивления, но, напротив, возбуждает глубокое сожаление в сердцах людей благомыслящих и разумеющих истину.

Православная Восточная Церковь от времен Апостольских и доселе соблюдает неизменными и неповрежденными от нововведений как учение Евангельское и Апостольское, так и предание святых отцов и постановления Вселенских Соборов, на которых Богоносные мужи, собравшись от всей вселенной, соборно составили Божественный Символ православной веры и, провозгласив его в слух всей вселенной во всех отношениях совершенным и полным, воспретили страшными прещениями всякое прибавление к нему и убавление, или изменение, или переставление в нем хотя бы одной йоты. Римская же Церковь давно уклонились в ересь и нововведение. Еще Василий Великий обличал в этом некоторых епископов Рима в Послании своем к Евсевию Самосатскому: "Истины они не знают, и знать не желают; с теми, кто возвещает им истину, они спорят, а сами утверждают ересь" (Окруж. Посл. § 7).

Апостол Павел заповедует удаляться от поврежденных ересью, а не искать с ними соединения, говоря: Еретика человека по переем и вторем наказании отрицайся, ведый, яко развратися таковый, и согрешает, и есть самоосужден (Тит. 3: 10-11).

Соборная Православная Церковь не двукратное, а многократное делала вразумление частной Римской Церкви; но последняя, несмотря на все справедливые убеждения первой, пребыла упорной в своем ошибочном образе мыслей и действий.

Еще в седьмом столетии породилось в западных церквах неправое мудрование, что Дух Святый исходит и от Сына.

Вначале против сего нового умствования восставали некоторые папы, называя оное еретическим. Папа Дамас так о нем говорит в соборном определении: "Кто об Отце и Сыне мыслит право, а о Духе Святом не право, тот еретик" (Окруж. Посл. § 5). То же подтверждали и другие папы — Лев III и Иоанн VIII. Но большая часть их преемников, обольстившись правами на преобладание и найдя в том для себя много мирских выгод, дерзнули изменить православный догмат об исхождении Святаго Духа, вопреки постановлениям седми Вселенских Соборов, также и вопреки ясных слов Самого Господа во Евангелии: Иже от Отца исходит (Ин. 15: 26).

Но как одна ошибка, которую не считают ошибкой, всегда влечет за собой другую, и одно зло порождает другое, так случилось и с Римской Церковью. Едва только успело явиться на Западе сие неправое мудрование, что Дух Святый исходит и от Сына, как само породило другие, подобные тому, исчадия и ввело с собой, мало-помалу, другие новизны, большей частью противоречащие ясно изображенным в Евангелии заповедям Спасителя нашего, как то: кропление вместо погружения в Таинстве Крещения, отъятие у мирян Божественной Чаши и Причащение только под одним видом хлеба, употребление облаток и опресноков вместо хлеба квасного, исключение из литургии Божественного призывания Всесвятаго и Животворящаго и Всесовершающаго Духа. Также ввело новизны, нарушающие древние Апостольские обряды Соборной Церкви, как то: устранение крещаемых младенцев от Миропомазания и принятия Пречистых Таин, устранение брачных от Священства, признание папы за лицо непогрешительное и за местоблюстителя Христова, и прочее. Таким образом, низвратило весь древний Апостольский чин совершения почти всех Таинств и всех Церковных учреждений, — чин, который содержала древняя Святая и Православная Церковь Римская, бывшая тогда честнейшим членом Святой Соборной и Апостольской Церкви (Окруж. Посл. § 5, пункт 12). Но главная ересь Римской Церкви, не по существу, а по действию, есть измышленный догмат главенства или, вернее, горделивое искание преобладания епископов Рима над прочими четырьмя Восточными патриархами. Ради сего преобладания приверженцы Римской Церкви поставили своего папу выше правил и учреждений Вселенских Соборов, веруя в его непогрешительность. Но какова эта папская непогрешительность, свидетельствует неложная история. О папе Иоанне XXIII говорится в определении Констанцкого Собора, низложившего сего папу: "Дознано, что господин Иоанн папа есть грешник закоренелый и неисправимый, был и есть беззаконник, справедливо обвиняемый в человекоубийстве, в отравлениях и других тяжких злодеяниях, который часто и упорно пред различными сановниками утверждал и доказывал, что душа человеческая умирает и потухает вместе с телом человеческим, подобно душе животных и скотов, и что умерший отнюдь не воскреснет в последний день". Беззакония папы Александра VI и его сыновей были так чудовищны, что, по мнению современников, этот папа заботился о водворении на земле царства сатаны, а не Царства Божия. Папа Юлий II упивался кровью христианской, постоянно для своих целей вооружая христианские народы друг против друга ("Духовная Беседа", 1858, № 41). Есть много и других примеров, свидетельствующих о великих погрешностях пап, но теперь говорить о них не время. При таких исторических свидетельствах о повреждении ересью и о погрешностях пап, справедливо ли величаются паписты мнимым достоинством Римской Церкви? Справедливо ли уничижают Православную Восточную Церковь, основывающую свою непогрешительность не на одном каком-либо лице, но на учении Евангельском и Апостольском и на правилах и постановлениях седми Вселенских и девяти Поместных Соборов? На сих Соборах были со всей вселенной мужи Богодухновенные и святые, и установили все, касающееся до потребностей и духовных нужд Церкви, согласно со Священным Писанием. Поэтому основательно ли поступают паписты, которые ради мирских целей поставляют лицо своего папы выше правил Вселенских Соборов, почитая папу своего более непогрешительным?

По всем высказанным причинам Соборная Восточная Церковь пресекла общение с частной Римской Церковью, как отпадшей от истины и от правил Соборной Православной Церкви. Римские же епископы как начали гордостью, гордостью и оканчивают. Усиливаются они доказывать, что будто бы Православная Соборная Церковь отпала от их частной Церкви. Но это несправедливо и даже нелепо. Истина свидетельствует, что Римская Церковь отпала от Православной. Хотя паписты, ради мнимой правоты, выставляют на вид, что патриарх их во время единения с Соборной Православной Церковью в числе пяти был первый и старший, но это ради царственного Рима, а не по духовному какому достоинству или власти над другими патриархиями. Несправедливо назвали они и церковь свою католической, то есть соборной. Часть целым никогда называться не может, а Римская Церковь до отпадения своего от Православия составляла только пятую часть Единой Соборной Церкви. Особенно же потому Римская Церковь Соборной называться не должна, что она отвергла постановления Вселенских Соборов, последуя неправым своим умствованиям.

Некоторым бросается в глаза численность и повсюдность приверженцев Латинской Церкви, и потому думают, недостоверно разумеющие истину, что не должна ли ради сей причины называться Латинская Церковь Вселенской или Соборной? Но мнение это весьма ошибочно, потому что нигде в Священном Писании не приписывается особенного духовного права множеству и численности. Господь ясно показал, что признак истинной Соборной Церкви не заключается во множестве и численности, когда говорит в Евангелии: Не бойся, малое стадо: яко благоизволи Отец ваш даты вам Царство (Лк. 12: 32). Есть и пример в Священном Писании не в пользу множества. По смерти Соломона, при сыне его, разделилось Царство Израильское, и Священное Писание десять колен представляет отпадшими, а два колена, пребывшие верными долгу своему, не отпадшими. Посему напрасно Латинская Церковь старается доказывать правоту свою множеством и численностью и повсюдностью.

Признак Вселенской Церкви на Вселенских Соборах святыми отцами означен совсем иной, то есть соборно положено: веровать во едину Святую Соборную и Апостольскую Церковь, а не просто во вселенскую, или повсюдную Церковь. Римская Церковь, хотя и имеет повсюду во вселенной своих последователей, но так как не хранит свято Соборных и Апостольских постановлений, а уклонилась в нововведения и неправые мудрования, то совсем не принадлежит к единой Святой и Апостольской Церкви.

Также весьма ошибочно рассуждают к латинам благосклонные, которые думают, во-первых, что по отпадении западных от Православия, в Соборной Церкви будто бы чего-то недостает. Ущерб сей заменен давно премудрым Промыслом — основанием на Севере Православной Церкви Русской. Во-вторых, будто бы ради прежнего старейшинства и ради численности Римской Церкви Православная Церковь имеет потребность в соединении с оной. Но ин суд человеческий, и ин суд Божий. Апостол Павел ясно говорит: кое общение свету ко тме? (2 Кор. 6: 14), то есть что свет истины Христовой с тьмой еретичества никогда совмещаться не может. Латины же своей ереси оставить не хотят, и упорствуют, как свидетельствуют о них на деле исполняющиеся столько столетий слова Василия Великого: "истины они не знают, и знать не желают; с теми, кто возвещает им истину, они спорят, а сами утверждают ересь", как сказано выше.

Благосклонные к латинам, вместо сего, должны бы лучше рассуждать о сказанном во псалмах: Возненавидех церковь лукавнующих (Пс. 25: 5), и пожалеть о тех, которые, ради преобладания и сребролюбия, и других мирских целей и выгод, возмущали едва не всю вселенную посредством инквизиций и лукавых иезуитских происков, и доселе возмущают и оскорбляют православных в Турции через своих миссионеров. Миссионеры латинские не заботятся обращать в христианскую веру природных турок, а стараются совращать с истинного пути православных греков и болгар, употребляя для сего всякие небогоугодные средства и ухищрения. Не лукавство ли это, и не злобное ли лукавство? Благоразумно ли было бы искать единения с такими людьми? По этой же причине стоит ли удивляться мнимому усердию и мнимому самоотвержению сих деятелей, то есть латинских миссионеров и сестер милосердия? Это прямо жалкие подвижники. Они стараются не ко Христу обращать и приводить людей, а к своему папе.

Что сказать еще на вопросы: Латинская Церковь и другие вероисповедания могут ли называться Новым Израилем и ковчегом спасительным? И как разуметь о Евхаристии настоящей Римской Церкви?

Новым Израилем может называться только Церковь Правоверующая, а поврежденная еретическими мудрованиями не может. Святой апостол Иоанн Богослов говорит: От нас изыдоша, но не беша от нас; аще бы от нас были, пребыли убо быша с нами: но да явятся, яко не суть вcu от нас (1 Ин. 2: 19). И святой апостол Павел говорит: един Господь, едина вера (Еф. 4: 5), то есть едина вера истинная, а не всякое верование хорошо, как безрассудно думают отделившиеся от единой истинной Церкви, о которых святой апостол Иуда пишет: яко в последнее время будут ругателе, по своих похотех ходяще и нечестиих. Сии суть отделяюще себе (от единости веры и суть) телесни (душевни), духа не имуще (Иуд. 1: 18-19). Почему чуждые духа истины и как назовутся Новым Израилем? Или как будут кому-либо пристанищем спасительным, когда и то и другое не может совершаться без благодати Святаго Духа.

В Православной Церкви веруется, что хлеб и вино в Таинстве Евхаристии пресуществляются призыванием и нашествием Святаго Духа. А латины, как сказано выше, сочли ненужным призывание сие, и исключили оное из своей литургии. И так разумеющий — сам да разумеет о Евхаристии Латинской.

Еще вопрос: если же, как сказано, кроме единой Святой Соборной и Апостольской Церкви, каковой называется и есть Церковь Православная, так сомнительно спасение других вероисповеданий, то почему же в России не проповедуется открыто истина сия?

На это ответ очень простой и ясный. В России допущена веротерпимость и иноверцы, наравне с православными, занимают у нас важные должности: начальники учебных заведений, по большей части, иноверцы; начальники губерний и уездных городов часто бывают иноверцы; полковые и батальонные командиры — нередко иноверцы. Где ни начни духовное лицо открыто проповедовать, что вне Православной Церкви нет спасения, сановитые иноверцы оскорбятся. От такого положения русское православное духовенство и получило как бы навык и укоренившееся свойство говорить об этом предмете уклончиво. А может быть некоторые, по той же причине, и от всегдашнего обращения с иноверцами, а более от чтения их сочинений, стали и думать снисходительнее в отношении надежды спасения и прочих вероисповеданий.

Несмотря на дух кротости и миролюбия и терпения Православной Церкви и ее пастырей и последователей, на Западе издано в предшествовавшие века последователями разных христианских вероучений, преимущественно же издается в наши времена, такое множество книг против учения Восточной Церкви, что их трудно было бы даже перечесть, не только оценить по достоинству. И хотя такие книги вообще наполнены клеветами, баснями, порицаниями, очевидными вымыслами и лжами, особенно же умственными ядотворными хитросплетениями, с очевидной целью образовать в Европе дух, враждебный Восточной Церкви, особенно нашем Отечеству, и, поколебав вероучение нашей Православной Церкви, совратить последователей ее с пути истины; но так как они издаются под заманчивыми названиями, в уютных формах, с такой типографической опрятностью, что как бы невольно завлекают любопытство читателей, то, конечно, и в нашем Отечестве, куда сии сочинения проникают темными путями, найдется немало таких, которые, имея поверхностное понятие о предметах христианского учения, не могут не увлечься мыслями, противными истине. Особенно вооружились теперь против православных писатели Латинской Церкви, провозглашающие господство своего папы и частной Римской Церкви над всеми правительствами и частными церквами и народами мира; преимущественно же в настоящее время заняты сим иезуиты во Франции, которые, пользуясь повсеместным распространением французского языка, усиливаются с какой-то лихорадочной деятельностью, посредством сочинений на этом языке, насадить повсеместно свой образ мыслей, противный вероучению и иерархическому устройству Восточной Церкви, не щадя для этой цели самых чудовищных вымыслов, очевидных лжей и безсовестного искажения исторических истин. Многие из православных образованных, читая эти сочинения на французском языке, и не читая своих, на русском, о православном вероучении, легко могут поверить хитросплетенной лжи вместо истины, которую они хорошо не знают.

Желающему подробно знать те причины, по которым паписты так далеко уклонились от Православия, полезно прочесть недавно вышедшее сочинение об отношениях Римской Церкви к другим церквам — Авдия Востокова [32]. В этой книге, во второй части, особенно замечательны места о присяге латинских епископов своему папе, и о клеветах папистов на православных (с. 49, 60 и 137).

К содержанию

239. О церковном поминовении христиан неправославных

Так как во все времена при служении в Православной Церкви всегда поминались о упокоении души усопших только православных христиан, потому в постановлениях Церковных и не пишется о непоминовении иноверцев, ибо нигде их не поминали.

Выписываем из Церковных постановлений как поминались и ныне поминаются отшедшие о Господе.

На проскомидии: "Таже (то есть потом) взем иерей пятую просфору, глаголет: "О памяти и оставлении грехов святейших патриарсех православных и благочестивых царей и благочестивых цариц, блаженных создателей святыя обители сея (и других усопших поминает по имени и конечне глаголет) и всех в надежде воскресения, жизни вечныя и Твоего общения усопших православных отец и братий наших, человеколюбче Господи"".

На сугубой ектинии, во время вечерни, утрени и литургии: "Еще молимся о блаженных и приснопамятных патриарсех православных, и благочестивых царех и благоверных царицах, и создателе святыя обители сея (или храма сего), и о всех прежде почивших отцех и братиях, зде лежащих и повсюду, православных".

На литии во время бдения: "Еще молимся о успении, ослабе блаженныя памяти и оставлении грехов всех прежде отшедших отец и братий наших, зде лежащих и повсюду, православных".

На полунощнице: "Помолимся... о всякой души христиан православных, ублажим благочестивыя цари, православныя архиереи... и вся прежде отшедшыя отцы и братию нашу, зде лежащыя и повсюду, православныя".

На литургии, прежде освящения Даров, иерей говорит: "Мир всем". Лики поют: "Милость мира жертву хваления". Иереи в алтаре, в знамение взаимного мира и единомыслия, дают друг другу целование о Господе (в шею, или в руку. В древние времена то же делали все христиане). По освящении же Даров иерей, в знамение единства Церкви, поминает в вере почивших праотцев, патриархов, пророков и апостолов, мучеников и преподобных и всех святых. А диакон читает диптихи, то есть помянники усопших верных, отшедших с надеждой спасения и воскресения (Нов. Скриж. и Служебник).

Если же открывалось, хотя по времени, как видно это из Церковной истории, что кто-нибудь из записанных на этих таблицах оказывался замешанным в ереси, то имена таких всегда исключали. Причину сего выставляет святой Дионисий Ареопагит, говоря так: "Невозможно, чтобы к Единому вместе приводимы были и миротворного единения с Единым были причастниками люди, разделенные между собой" (святого Дионисия о Церковной Иерархии, 1854, гл. 3, отд. 8).

Тут же далее говорит святой Дионисий: "Если бы мы, будучи озарены созерцанием Единого, были собраны воедино в единовидном и Божественном собрании, то не допустили бы себя впасть в особливые похотения, из которых образуются земные и страстные вражды".

Если бы римские первосвященники не впали в особливое похотение преобладания, то не враждовали бы на Православную Церковь по земным и страстным причинам. Также и лютеране, и вообще протестанты, если бы не недуговали особливыми похотениями чревоугодия и высокоумия, то не нападали бы на православных за соблюдение постов и покорность постановлениям Православной Церкви Христовой. Они забыли заповедь Самого Господа в Евангелии: аще же... Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь (Мф. 18: 17). Сими словами с тем вместе определяется ясно забота и попечение православных в отношении иноверцев, кто бы они ни были. Но по закону любви Церковь наша молится о соединении Церквей, то есть об обращении иноверных еще при их жизни с той мыслью, чтобы Господь, имиже весть судьбами, обратил их к свету истины и привел на путь спасения. Если обратятся, то добро и благо; когда же при жизни своей не обратятся, по недоведомым нам судьбам Божиим, то по смерти их Церковь уже не может их поминать, так как они не имели общения с нею при своей жизни.

Достойно замечания, что когда кого-либо из православной царской фамилии выдают в замужество за иноверца, то супруг сей только при жизни его поминается на ектениях, и притом безымянно; по смерти же не поминается. А для царских родственников могла бы Церковь сделать снисхождение, если бы это возможно было.

К содержанию