Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Ког­да бес­по­ко­ят по­мыс­лы, или сму­ща­ют, или тре­во­жат, то не на­до вхо­дить в раз­го­вор с ни­ми, а прос­то го­во­рить: „Да бу­дет во­ля Бо­жия!" Это очень ус­по­ка­и­ва­ет.

прп. Варсонофий

Мы, ес­ли и оку­нем­ся в сквер­ные по­мыс­лы,– да не уны­ва­ем, но ско­рее пос­пе­шим к чис­той во­де по­ка­я­ния и са­мо­у­ко­ре­ния, и Гос­подь Ми­ло­сер­дый прос­тит.

прп. Анатолий

Без по­мыс­лов не про­жи­вешь. Все рав­но как без на­во­за хле­буш­ка не вы­рас­тишь. Пре­муд­ро­му они ве­нец спле­та­ют. Дай пре­муд­ро­му ви­ну, и пре­му­др­ший бу­дет. А кто ими оп­ле­та­ет­ся, тот пусть ка­ет­ся, восс­та­ет и спа­са­ет­ся.

прп. Анатолий

Из бесед старца Варсонофия с послушником Николаем Беляевым

Сегодня я припомнил батюшкины наставления и то, что он говорил: — Если плохо живешь, то тебя никто и не трогает, а если начинаешь жить хорошо,— сразу скорби, искушения и оскорбления. Этим он хотел мне сказать, что необходимо переносить смиренно оскорбления, наносимые другими, и вообще скорби. —Монахи, вообще вся наша братия, тоже люди, а раз люди, то есть обязательно свои страсти. Все эти люди пришли сюда, в больницу, лечиться, кто от чего, и вылечиваются с помощью Божией… Все люди немощны, у всех есть страхи, мы же должны прощать. <…>
Батюшка спросил, как мое послушание, и затем сказал:

—Вероятно, было у вас, или у ваших родных, или даже у предков какое-либо доброе дело по отношению к св. Иоанну Крестителю, если он принял вас сюда к себе. Не помните?
Я ответил, что нет.

Из бесед старца Варсонофия с послушником Николаем Беляевым —А со мною вот что было. В Казани я как-то захотел говеть Великим постом, и весь пост пропустил, осталось только три дня. Ну, хоть три дня, да поговеть. Иду и думаю: где же поговеть? У полкового священника мне не хотелось. Где же? И вот смотрю — монастырь, бедный, грязный (послушники какие-то отчаянные), наполовину развалившийся. "Это какой монастырь?" —"Ивановский, во имя Иоанна Крестителя." — "Хорошо, можно здесь поисповедоваться?" — "Пожалуйста." Так я там и говел. А потом стал туда часто к службе ходить. Стою иной раз, а помысл мне и говорит: "Смотри, какая бедная, грязная лампадка. Купи новую, получше". Купил, и как-то приятно стало мне смотреть на нее. Потом киот на большую икону купил. И так я полюбил все в монастыре! Воистину: "Где будет сокровище ваше, тут будет и сердце ваше". А сколько радости испытывал я после исповеди и приобщения св. Христовых Таин! Вот за какие пустяки св. Иоанн Креститель сподобил меня принять в свой скит.

Когда я зашел в Казани в тот монастырь в первый раз, я спросил, между прочим: "Кто здесь настоятель?" — "Игумен Варсонофий." Только потом я понял, что это значило: в этом бедном грязном монастыре я увидел образ своего душевного внутреннего состояния. Через много лет, когда я принял управление скитом, меня спросили: "Как вы будете содержать скит?" Я отвечал, что и не думаю об этом и не дерзаю, ибо хозяин не я. Я только приказчик св. Иоанна Крестителя».

Из дневника послушника Николая Беляева