Аудио-трансляция

В на­ши вре­ме­на Бог не по­сы­ла­ет под­виж­ни­кам та­ких ис­пы­та­ний, как древ­ним, по­то­му что не мог­ли бы по­нес­ти, и не по­да­ет древ­них да­ро­ва­ний, что­бы не воз­нес­лись без­мер­но.

преп. Лев

Из бесед старца Варсонофия с послушником Николаем Беляевым

Сегодня я припомнил батюшкины наставления и то, что он говорил: — Если плохо живешь, то тебя никто и не трогает, а если начинаешь жить хорошо,— сразу скорби, искушения и оскорбления. Этим он хотел мне сказать, что необходимо переносить смиренно оскорбления, наносимые другими, и вообще скорби. —Монахи, вообще вся наша братия, тоже люди, а раз люди, то есть обязательно свои страсти. Все эти люди пришли сюда, в больницу, лечиться, кто от чего, и вылечиваются с помощью Божией… Все люди немощны, у всех есть страхи, мы же должны прощать. <…>
Батюшка спросил, как мое послушание, и затем сказал:

—Вероятно, было у вас, или у ваших родных, или даже у предков какое-либо доброе дело по отношению к св. Иоанну Крестителю, если он принял вас сюда к себе. Не помните?
Я ответил, что нет.

Из бесед старца Варсонофия с послушником Николаем Беляевым —А со мною вот что было. В Казани я как-то захотел говеть Великим постом, и весь пост пропустил, осталось только три дня. Ну, хоть три дня, да поговеть. Иду и думаю: где же поговеть? У полкового священника мне не хотелось. Где же? И вот смотрю — монастырь, бедный, грязный (послушники какие-то отчаянные), наполовину развалившийся. "Это какой монастырь?" —"Ивановский, во имя Иоанна Крестителя." — "Хорошо, можно здесь поисповедоваться?" — "Пожалуйста." Так я там и говел. А потом стал туда часто к службе ходить. Стою иной раз, а помысл мне и говорит: "Смотри, какая бедная, грязная лампадка. Купи новую, получше". Купил, и как-то приятно стало мне смотреть на нее. Потом киот на большую икону купил. И так я полюбил все в монастыре! Воистину: "Где будет сокровище ваше, тут будет и сердце ваше". А сколько радости испытывал я после исповеди и приобщения св. Христовых Таин! Вот за какие пустяки св. Иоанн Креститель сподобил меня принять в свой скит.

Когда я зашел в Казани в тот монастырь в первый раз, я спросил, между прочим: "Кто здесь настоятель?" — "Игумен Варсонофий." Только потом я понял, что это значило: в этом бедном грязном монастыре я увидел образ своего душевного внутреннего состояния. Через много лет, когда я принял управление скитом, меня спросили: "Как вы будете содержать скит?" Я отвечал, что и не думаю об этом и не дерзаю, ибо хозяин не я. Я только приказчик св. Иоанна Крестителя».

Из дневника послушника Николая Беляева