Аудио-трансляция

Пот­щим­ся па­че все­го воз­лю­бить ближ­не­го, ибо в его люб­ви и лю­бовь к Бо­гу зак­лю­ча­ет­ся.

преп. Макарий

Среда первой седмицы Великого поста

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Дорогие о Господе отцы, братья и сестры, вот мы с вами с Божьей помощью провели, вытерпели первые самые трудные дни святаго поста, требующие от каждого из нас наибольшего напряжения сил. И каждый из нас, оценивая проведенные нами вот эти дни подвига, наверняка придет к разным о себе выводам. У одних по милости Божией эти дни удалось провести более или менее подтянуто с посильной ревностью, с посильным усердием к богослужению, посту и личной молитве. У других это же удалось менее благополучно. У третьих все вышло вообще, как говорится, неважно. Но все же, как бы то ни было, мы с вами все здесь, составляя единый церковный Собор, единую святую Церковь, каждый проявил свое по силам усердие. А результат этого усердия у каждого из нас различный. Почему? А потому, что ведь мы с вами знаем, что без Бога, без Божьей помощи, без Божьей благодати человек, как сказал Сам Спаситель наш Господь Иисус Христос, «не можете творити ничесоже».

И вот насколько нам Господь помог, настолько мы и потрудились нашим постническим трудом. Почему же у нас даже у одного и того же человека в разные годы бывают не одинаковые результаты хотя бы вот этих первых трех дней Великого поста и по какой причине. На этот вопрос никто из людей точного ответа не даст. Об этом знает Бог. Но ясно, совершенно понятно лишь только одно, что именно в меру помощи божественной благодати, а она дается смиренному, мы совершили то, что совершили Его божественно силой. И мы с вами понимаем, что все Господь любящему Бога, всем нам, которые мы все любим и стремятся к Нему, любящим Бога, все Господь совершает поспешествующим к нашему спасению. И наши некоторые немощи, неудачи, где-то на богослужении одолевал сон, не могли совершить поклоны или рассеялись, увлекшись какими-то посторонними помыслами, или вкушали много лишнего, не будучи в состоянии воздержаться, или время вне богослужебное проводили слишком уж расслаблено Вот это все наши недостатки проявились именно за счет того, чтобы нам познать нашу человеческую немощь, чтобы нам убедиться самим духовным опытом, что мы без Бога действительно сами ничего не можем. И в этом заключается главная польза этих проведенных дней.

Теперь дальше дальнейшие дни пойдут как бы уже более легкие. Богослужения в полной мере вступают в рабочие дни и полностью не доступны почти для всех здесь стоящих. И нам надо поставить перед собой такое вот чрезвычайно важный духовный вопрос, как нам теперь, получив от Бога важную благодать … Какую благодать? А то, что у нас изменилось в эти первые дни наше сознание, наше сердце. конечно, не капитально изменилось, но мы возвысились, мы очистились, мы устремились на искание Царства Небесного. И как вот это возвышенное духовное наше настроение нам с вами теперь не утратить. Ведь как мы по опыту прошлых лет прекрасно с вами помним и знаем, что заканчивается первая неделя, и все, и пост как будто бы и закончился. Начинаются развлечения, услаждение пищей, нерадение о молитве и даже о богослужении. Ведь если посмотреть даже на монастырское посещение служб, это просто страшно даже подумать. Вот заканчивается полуночница, и сразу все разбегаются. В такое обычно время остаются хотя бы на божественную Литургию. А посидеть на кафизмах, на каноне это почти никому и не нужно, потому что скучно это делать утром. Ведь мы привыкли к Литургии, к торжеству торжеств духовных.

И вот получается как бы обратный результат. Вечерняя служба Великим постом не продолжительная, а утром бывает тоже в храме людей меньше, чем в обычное время. И мирскому человеку та же самая проблема. Вместо того, чтобы всеми силами с Божьей помощью, конечно, отрешиться от всего земного от суетных попечений. Ведь Господь строго предупреждает: «не отягочают сердца ваша объедением и пьянством, и печалями житейскими». Если это нельзя делать всегда, то тем более в эти святые дни, которые вы должны посвятить воспоминанию о страдальческом подвиге Спасителя нашего Господа Иисуса Христа. Его святой крест, Его кровь, проливаемая для нашего спасения, которой мы с вами куплены, должна всегда оставаться перед нашим взором. И вот мы сейчас, сегодня, не откладывая на завтра, должны положить в своем сердце, что все-таки в эти довольно быстро текущие постовые дни мы должны отложить житейские попечения, отложить по возможности всю суету, все купли, все развлечения, все лишние разговоры. Мы должны оставить себе обязательно время для большего частого посещения богослужений. В монастыре это не трудно сделать. В миру тоже это возможно. Хотя бы вечером, но зайти на богослужение в приходской храм тоже можно, хотя это будет стоить дополнительных трудов, дополнительных усилий. Но ведь мы с вами знаем, что Царствие Божие нудится, и что только нужницы восхищают его.

А вот понудить себя, чтобы отрешиться от земного … Ведь недаром апостол говорит, что «не имам бо зде пребывающего града, но грядущего взыскуем» (Евр. 13, 14). А взыскание града грядущего это всегда лишение себя привычных удобств, удовольствий, часто даже необходимых. Это значит, что человек, забывая о земном, устремляется только ко всему духовному. Конечно, это слишком высокие слова. Нам их исполнить наверняка по большей части из нас не получится, но уже вознамериться к чему-то доброму, возвышенному это уже не плохо. И лишний раз убедимся в борьбе этой духовной познание своей немощи. Как мы сказали уже сейчас, это, наверное, одно из самых важных.

Вот сейчас Великим постом мы постоянно совершаем земные поклоны с молитвой Ефрема Сирина, прося открыть нам наши согрешения. А ведь этот очень важный духовный аспект нас как следует даже не интересует. Наоборот, большинство людей хотят провести дни этого поста, и стать лучше. Лучше пред Богом? Нет. Лучше в своих глазах, и еще хуже, в глазах своих ближних, то есть приобрести дополнительно гордость и тщеславие. И понятно, с этим неразумным неправильным намерением Господь нам никогда не окажет благодатную помощь, чтобы не принести нам вред. Поэтому возжелать увидеть свои грехи это означает то, что мы никогда не должны оправдывать себя. Ибо как учат святые отцы: самооправдание лишает человека духовного роста. Мы никогда не должны уклоняться в словеса и помышления лукавства, как мы только что сегодня пели: «непщевати вине о гресех».

Конечно, обуздание языка, которое выражает опять же в этом песнопении царь Давид, есть дело помощи Божьей: Положи, Господи, хранение устом моим (Пс. 140, 3). Эту трудную задачу, как говорит апостол, сам человек сделать не может. И вообще она по силе только совершенным. И всем нам, в этом лишний раз убеждаясь, мы убеждаемся в верности слова Божия и еще раз познаем свою греховность. И вот желание увидеть свои грехи, оно выражается в том, что мы не то чтобы не хотим избавиться от наших повседневных грехов. Здесь что нужно сказать особо. Народу здесь сейчас в храме несколько сот человек. И каждый имеет свой собственный духовный путь. И некоторые из здесь стоящих находятся только лишь еще в начале своего духовного пути. И для них изменение в добром это значит просто отказаться от грехов смертных и начать церковную жизнь, о которой сказано. Скоро мы эти песнопения, аще Бог даст, услышим: «Смерти празднуем умерщвление, адово разрушение, иного жития — вечного, начало».

И вот мы все с вами вступили в начало этого вечного жития. Это начало благодатной церковной жизни. И тем людям, которые стоят только в начале этой жизни, еще не достигли даже какого-то малого духовного опыта, им уже просто достаточно отказаться от смертных грехов и начать благочестивую жизнь. Хотя, конечно, грехи повседневные, они им будут спутники. А будут ли вот эти наши повседневные грехи спутники всем нам? Вот отец Варсанофий в своих беседах говорит, что даже в монастыре, чтобы человеку избавиться от своей страсти, уже монаху, требовалось (каждому) двадцать пять лет, чтобы в процессе напряженной монастырской духовной борьбы… А ведь это в годы старчества у нас в обители. И это все проходило под руководством наших старцев. Это все было в том прекрасном дореволюционном Оптинском строе жизни. И все равно в этих прекрасных условиях, в постоянном посещении служб, в монастырских трудах, в постнической жизни, в отречении от всякой суеты, в постоянной исповеди и причастии 25 лет требовалось тогдашнему монаху, чтобы избавиться, ну например, от чревоугодия или от сребролюбия, или от раздражения и от прочих такого рода немощей, которые внутри нас смотрительно промыслом Божиим оставляются на многие годы. Тем более что говорить о нас немощных нынешних людях. Нам требуется еще больший срок.

И вот каждый из тех людей, которые уже не первый год ходят в храм, он должен поставить перед собой вопрос: а что я хочу приобрести этим великопостническим трудом, какое я хочу приобрести в душе изменение. И если на этот вопрос будет дан неразумный ответ, что я хочу прекратить празднословить, прекратить употреблять лишнюю пищу, раздражаться, прекратить вообще все свои немощи, то результата этому настроению не будет никакого. Потому что не может такого быть, что при недостатке смирения, при нашей гордыне мы получили благодать, чтобы избавиться от всех этих смиряющих нашу гордыню грехов. Не будет такого никогда. И вот мы должны рассудить, куда же нам направить свои внутренние силы, как нам правильно настроить свое сознание, чтобы искусно, мудро и плодотворно совершить вот этот наш предлежащий подвиг. И ответ мы слышим в молитве Ефрема Сирина: «Господи, даруй ми зрети моя прегрешения».

Хотящему увидеть свои прегрешения, нужно всегда благодушествовать и радоваться, когда Господь открывает в тех или иных обстоятельствах его немощи и недостатки. Когда мы, например, не можем выдержать большой службы, когда мы раздражаемся, когда мы сказали пустые слова, надо вздохнуть и сказать: вот, Господи, слава Богу, благодарю Тебя за все, благодарю за то, что я еще раз познал вот эту свою немощь, а стало быть гордыню, по причине которой я лишен твоей благодатной помощи. Я не хочу пустословить, не хочу осуждать, но у меня это не выходит, не получается. Потому что я гордый, и во мне скудна Твоя божественная благодать. Ибо основной закон духовной жизни, что Бог гордым противится, а смиренным дает благодать, известен еще в Ветхом Завете.

И вот мысль о смирении каждому из нас должна быть раскрыта глубоко. Потому что если кто попробует дать ответ на вопрос, что такое смирение, настоящего глубокого ответа никогда практически не услышишь. Что такое смирение, смирение новоначальное? Это отчетливое сознание не только умом, но и сердцем, что я без Бога ничто, что я сам только творение Божие, и что у меня самого ничего нет, а есть только милость Божия. И вот это сознание, сказанное в двух словах, оно сейчас многим не совсем понятно. Как это разъяснить более глубоко? Ну вот, к примеру. Если мы пришли на богослужение, ответьте, пожалуйста, на вопрос: своей ли силой мы пришли или Бог нас привел? Пожалуйста, на службе Святой Троице вся церковь поет: «Днесь благодать Божия нас собра». Совершенно ясен ответ, что в церковь сам никто не приходит, а если как-то и попадет, то стоять на службе он не сможет без особого действия божественной благодати. И многим это уже открыто опытно. Они это познали уже на духовной своей практике. Если у нас получилось помолиться, что нужно размыслить в соответствии с этим? Вот прекрасно дает слово на это апостол Павел: Никто же может рещи Господа Иисуса, точию Духом Святым (1 Кор. 12, 3).

Как выдающийся наш богослов Алексей Степанович Хомяков говорит, что молитва это дыхание Духа Святаго в нас. И если человек в этом участвует, то только своим изволением, усилием, и то с Божьей помощью. А молитву совершает в нас Святой Дух. И можем ли мы приписать себе то, что помолились. Умом, я думаю, вот эти два примера вполне понятны. Третьего примера приводить не будем. Но ведь в этой формулировке начального смирения было сказано, что отчетливое понимание не только умом, но и сердцем. В каждом из нас есть противоборство между нашим умом, который уже полностью обратился к Богу, который соуслаждается Закону Божию, который хочет творить только доброе и спасительное для души своей и для наших ближних. Вот таков наш ум, хотя он, бывает, и колеблется. Колеблется нашим сердцем.

А вот сердце наше испорченное, больное, пораженное еще страстями, и очищается сердце очень длительным процессом внимательной усердной духовной жизни. О длительности мы уже сказали. Если в годы отца Варсанофия это было 25 лет, то нынешний покойный старец Одесский Иона говорил, что сейчас надо 40 лет церковной жизни, чтобы добиться большого облегчения во внутреннем состоянии. Почему обо всем этом сейчас говорится? Потому что огромной ошибкой человека, не имеющего духовного опыта, новоначального, является то, что вступая в духовную жизнь, он начинает ставить себе какие-то близкие планы. Ну, подумайте, разумно ли, например, поступать в какое-то высшее учебное заведение и, не имея особых способностей, закончить его за месяц. Это будет в высшей степени неразумие. И пытающие это сделать, уподобятся человеку несмысленному. Благоразумно опираться на ту духовную реальность, которая существует, выражена и подтверждена духовным опытом уже прошедших свой духовный путь святых людей.

И вот нам с вами нужно вооружиться мыслью на долгую и длительную борьбу. Но кто за эти многие годы будет нами руководить? Ведь старцы в Оптиной Пустыни, которые были в то время … Это было, наверное, единственное в России место, где так процвело духовное руководство. Да и сейчас есть старцы, но они загружены до такой степени, что конечно, об индивидуальном руководстве каждого из нас речи быть не может. Но Господь ведь сказал, что Утешитель Святой Дух, которого Я пошлю от Отца Моего, Тот вас научит всему и воспомянет все, что Я вам сказал (Ин. 14, 26). Это слова Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа.

Мы все с вами вступили в Церковь. Многие из нас вступили в Церковь только сейчас. Что они крещены в детстве, это еще не есть вступление в Церковь. Церковь — это реальная церковная жизнь. Это участие в богослужениях, участие в церковных таинствах, это совместный постнический труд. Это, самое главное, один и тот же дух, который всех нас объединяет — дух любви, Дух Святой, дух животворящий. Вот признак членов Церкви. Но как, каким образом в начале пути Святой Дух будет руководить нами? Но, как это не удивительно, с самых первых шагов человека в вере руководство божественной благодатью является реальностью каждого верующего человека, совершенно точной непреложной реальностью. Хранение мирного состояния души, который каждый из нас когда-либо крестился, кто в сознательном возрасте, либо пришел сознательно на исповедь, вот это чувство божественного мира, благодати, мирное состояние души, которое мы призваны хранить.

Как Серафим Саровский нам еще заповедал: «Чадо, стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся тысячи». И вот этот мирный дух является нашим постоянным руководством. Более того, об этом очень много свидетельств даже в Ветхом Завете. Например, Давид говорит: Дух Твой Благий наставит мя на землю праву (Пс. 142, 10). И апостолы говорят: елицы Духом Божьим водятся, сии суть сынове Божии. И апостол Иоанн Богослов еще говорит, что помзание, (то есть вот это миропомазание, через которое на новокрещеного низводится Святой Дух), которое мы приняли от Него, от Бога, в вас пребывает, и вы не требуете, чтобы вас кто-то учил; но то само помазание вас всему научит (1 Ин. 2, 27). Вот эти свидетельства ясно нам говорят о том, на чем нам с вами нужно сосредоточить все наше усилие. Ведь если мы, например, думаем …. Сейчас говорим больше о мирском человеке. Вот он утром в воскресенье начинает думать: а может быть, не пойти ли в храм, а заняться какими-то «важными» делами по дому или еще где. И вот если он испытает свое внутреннее состояние, если он еще не утратил благодать, а стало быть, реальную принадлежность к Церкви, он ясно в душе почувствует не мирный дух от того, что он хочет вместо богослужения пойти куда-то на мирское занятие. Если, к примеру, в каких-то жизненных обстоятельствах нас о чем-то просят, а мы устали, и нам это кажется несправедливым. И мы готовы уже в раздражении сказать: сделай это сам, опять же испытавши по внутреннему человеку какой будет результат этого раздраженного ответа, мы с вами убедимся, что мирное состояние будет оставаться в нашей душе только в том случае, когда мы пренебрегши вот этой человеческой несправедливостью, пойдем и исполним то, что от нас хотят. Потому что в Евангелии заповедано, что кто нас понудит идти на одно поприще, идти с ним на два (Мф. 5, 41).

А заповеди Евангелия это не заповеди внешнего поведения, благого, которое нам сказал Господь. Это дух и жизнь. То есть они должны приносить плоды благодати Святого Духа при правильном к ним отношении. И любое наше внешнее дело, любой наш внешний подвиг — поклоны ли в храме или еще что-либо, они должны быть от души, со вниманием. А то бывает, я не хочу руководствоваться внешним впечатлением, но когда эти 12 поклонов между молитвами Ефрема Сирина, и видишь: человек качается уж как маятник. И не понятно, что он может при таких быстрых поклонах сообразить. Приносят ли ему эти быстрые поклоны благодать Святого Духа и мирное состояние в душе, и сознание того, что он вообще молится?

Когда мы читаем правило ко святому причащению, и у нас не хватает времени, как правило большинство начинает включают, если можно так выразиться, большую скорость, чтобы успеть все дочитать. И если в этот момент заглянуть в глубину своей души, ясно будет видно, что теряется мирное состояние от этой спешки в молитве. И опять это свидетельство того, что мы нарушаем волю Божию. Потому что воля Божия для нас всегда извествуется сохранением нашего мирного состояния. Конечно, даже помыслы осуждения являются часто причиной потери нами душевного мира. На эту тему можно говорить сколько угодно. Это были приведены лишь некоторые примеры того, чтобы нам сориентироваться на самое важное, для чего мы с вами здесь находимся, то есть этого сятжания благодати Святаго Духа Божия.

Все это касающееся всего времени нашей жизни. Но все же необходимо заметить, что дни Великого поста это дни подвига. Здесь это перечеркивать нельзя, все списав на одни только немощи. То есть какое-то усилие совершаться постом должно. Поэтому будем стараться с вами сколько у нас есть сил правильно настроиться на все остальное время этого поприща. Правильно настроиться, чтобы не развлекаться, не услаждаться, не лениться, не многоглаголать, а стараться в молчании, в душевной тишине, во внимании к себе, в большем чтении, в большем посещении служб, в умноженных молитвах насколько это каждому возможно и посильно, чаще ходя на исповедь. Без этого ничего не получиться совершить вот этот хотя бы этот небольшой труд, который нам с вами предлежит.

И вот конечно, многие из нас приехали в столь далекий путь сюда в святую обитель для того, чтобы здесь в этой прекрасной благодатной, благодатной не по нашей жизни, а по подвигам наших прежних великих старцев и всех подвижников, которые здесь обитали, чтобы нам в этом святом месте укрепиться, приобрести духовные силы благодатные для свершения предлежащего нам труда.

Будем молиться. Уезжая отсюда, не забудем обойти со вниманием, с усердием всю святыню, все мощи наших старцев. Зайдем в часовню к убиенным братиям, к отцу Василию. Их попросим, чтобы они нам помогли. Отец Василий обязательно поможет, потому что ему было извещено, что это будет его последний Великий пост. И он весь пост не только был на службах, он простоял все эти огромные службы на ногах весь пост, не первую седмицу. И если бы и нам так считать, что это последний наш пост. Но мы, к сожалению, можем пользоваться только тем, что подаст нам Бог в меру нашего смирения. И поэтому, уповая на их помощь и молитвы, будем посильно трудиться хотя бы в том, в чем мы призваны. И обязательно получим по мере нашего восприятия и божественную благодать, которой мы единым сердцем, едиными устами восхвалим Воскресшего Спасителя. Аминь.

Иеромонах Нил (Парнас)