Аудио-трансляция

Са­мо­оп­рав­да­ние зак­ры­ва­ет ду­хов­ные очи, и тог­да че­ло­век ви­дит не то, что есть на са­мом де­ле.

преп. Никон

На­до сми­рен­но о се­бе ду­мать и сми­ре­ни­ем раст­во­рить вся­кое свое де­ла­ние, но лож­ное сми­ре­ние, выс­тав­ля­е­мое в из­ви­не­ние сво­е­го не­же­ла­ния и ле­нос­ти под­ви­зать­ся, да­ле­че отог­нать: „Где уже нам, греш­ным, это де­лать. То бы­ли лю­ди свя­тые..." Так при­хо­дит­ся слы­шать тех, кто не хо­чет тру­дить­ся для сво­е­го спа­се­ния. Мож­но им от­ве­тить: да, это вер­но, но и свя­тые, очень час­то, преж­де бы­ли ве­ли­кие греш­ни­ки, ста­ли свя­ты­ми, под­ви­за­ясь, по­э­то­му греш­ни­ком се­бя счи­тать – счи­тай, а на доб­ро се­бя по­нуж­дай. Бу­дет поль­за. Са­мо­оп­рав­да­ние – ко­рень зла.

преп. Никон

По­дыс­ки­ва­ние оп­рав­да­ний се­бе не мо­жет ус­по­ко­ить со­вес­ти, оно толь­ко боль­ше расстра­и­ва­ет че­ло­ве­ка.

преп. Никон

<<предыдущая оглавление следующая>>

Любовь

Любовь рождается от веры и страха Божия, возрастает и укрепляется надеждою, приходит в совершенство благостью и милосердием, которыми выражается подражание Богу, как сказано в Евангелии: «Будите милосерди, якоже и Отец ваш Небесный милосерд есть» (Лк. 6, 36), и еще сказано в Евангелии: «Милости хощу, а не жертвы» (Мф. 12,7). Милость и снисхождение к ближнему и прощение недостатков его — выше жертвы, которая не принимается без мира к ближним, по слову Евангелия: «Аще убо принесеши дар твой ко олтарю и ту помнивши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой пред олтарем и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой» (Мф. 5, 23—24).


...Должно знать, что если всякая добродетель приобретается не вдруг, а постепенно и с трудом и понуждением, то кольми паче любовь, как начало и конец всех добродетелей, требует к приобретению своему и времени, и великого понуждения, и внутреннего подвига, и молитвы, и прежде всего требует глубокого смирения пред Богом и пред людьми. Смирение и искреннее сознание своего недостоинства — во всех добродетелях скорый помощник, равно и в приобретении любви. Итак, начнем каждый с той степени любви, какую кто имеет, и Бог поможет нам. Кого тяготят грехи, тот да помышляет, что любовь покрывает множество грехов; чья совесть возмущена множеством беззаконий, тот да помышляет, что любовь есть исполнение закона (Рим. 13, 10). Любяй бо ближняго, говорит Апостол, весь закон исполни (Ср.: Рим. 13, 8). Если бы мы не достигли означенной совершенной любви, по крайней мере, позаботимся и постараемся не иметь зависти, и ненависти, и памятозлобия.


Ради спасения человека из любви тако Пострадавший Единородный Сын Божий и тридневно Воскресший, весь закон Свой основал на двух заповедях — любви к Богу и ближнему, и ни одна из этих заповедей не может совершаться без другой. Святой Иоанн Богослов говорит: «аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть» (1 Иоан. 4, 20). Также и любовь к ближнему, если бывает не Бога ради, а по какому-либо побуждению человеческому, то не только не приносит пользы, но нередко причиняет и вред душевный. Признаки же истинной любви христианской апостол Павел выставляет следующие: «любы долготерпит, милосердствует, любы не завидит, любы не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своих си, не раздражается, не мыслит зла (и не помнит зла), не радуется о неправде, радуется же о истине, вся любит, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит, любы николиже отпадает» (1 Кор. 13, 4-8).

Любовь к Богу

Пишешь, что в одно время тебе казалось, что ты очень любишь Господа. А Господь в Евангелии глаголет: «любите враги ваша, добро творите ненавидящым вас, благословляйте кленущыя вы и молитесь за творящих вам напасть и изгонящыя вы...» (Ср.: Мф. 5, 44). Старайся всегда поверять свои чувства, согласны ли они с евангельским учением и учением святых отцев. Преподобный Нил Сорский пишет о себе, что он никогда не принимал того мнения или мысли, хотя бы они казались очень ясны и удобопонятны, пока не найдет на них свидетельство в учении евангельском, или апостольском, или святоотеческом.


Высокоумие видно и в том, что ты думаешь, что ты любишь Бога, а только думаешь, что любишь Его. Кто Бога любит, тот имеет и к ближнему любовь... Кто любит Бога, хотя бы тысячу оскорблений в день ему наносили, не раздражается и не сердится, не теряет внутреннего мира, с ним не бывает, что вдруг внутри все вспыхнет, так что от смущения и молиться не может, как это бывает с тобою. Также из самой брани помыслов, которую ты испытываешь, можешь убедиться, что это тебе только кажется, что ты любишь Бога. Святые отцы представляют такой пример: когда котел кипит, то никакая гадина, даже никакое малое насекомое не может приближаться к оному, будучи опаляемы горячестию котла, если же огонь угаснет и котел остынет, то не только насекомые удобно садятся на нем, но и разные гады смело влезают и спокойно лежат в нем. Так и огнь истинной божественной любви отгоняет всякие нечистые помыслы, а когда подобные помыслы сильно стужают человека, то это явный признак, что он не достиг еще в мере любви Божией.


...Научает нас святой апостол Павел, говоря: яко чада света ходите: «плод бо духовный есть во всякой благостыни и правде и истине...» (Еф. 5, 8—9). Под словом истина должно разуметь заповедь о любви к Богу: «возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, всею душею твоею и всем помышлением твоим, и от всея крепости твоея» (Ср.: Лк. 10, 27). И паки: «иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин» (Мф. 10, 37). Ежели любовь Божия настолько ревнива, что и отца и матерь допускает любить только в меру, а не паче меры, то не без причины Апостол заповедает нам препоясать чресла истиною, чтобы не грешить против любви к Богу любовью к другим неуместною, особенно же нечистою, потому что Богу любезнее паче всего целомудрие в смиренномудрии. Под словом же правда разумеется заповедь о любви к ближнему: «возлюбшии ближняго твоего яко сам себе» (Мф. 22, 39). А так как эта заповедь не всегда бывает удобоисполнима, то Апостол заповедует нам «облещися в броню правды», т. е. не гневаться, не осуждать, не завидовать, терпеть обиды, укоризны и уничижения, любить врагов, добро творить ненавидящим, молиться за творящих напасть и изгонящия ны. Остальными же словами «плод благостыни» и «благовествование мира» означается доброта, простота в отношении к ближнему и всякая благожелательность и дружелюбие по сказанному: мир имейте и святыню со всеми (Евр. 12, 14). «Взыщи мира и пожени и!» (Пс. 33, 15).

Любовь к ближним

Любовь покрывает все. И если кто делает ближним добро по влечению сердца, а не движимый только долгом, то таковому диавол мешать не может, а где — только по долгу, там он все-таки старается помешать тем или другим.


Трудящемуся Бог посылает милость, а любящему утешение.


Если будешь принимать людей Бога ради, то, поверь, все будут к тебе хороши.


Любовь, конечно, выше всего. Если ты находишь, что в тебе нет любви, а желаешь ее иметь, то делай дела любви, хотя сначала без любви. Господь увидит твое желание и старание и вложит в сердце твое любовь. А главное, когда заметишь, что погрешила против любви, сейчас же исповедуй это старцу. Это может быть иногда от дурного сердца, а иногда и от врага. Сама ты не можешь этого разобрать, а когда исповедуешь, враг и отойдет.


Ты должна иметь любовь, а любовь с крылами, с одной стороны — смирение, а с другой — милостыня и всякое снисхождение к ближнему.


Нет выше добродетели, как любовь, и нет хуже порока и страсти, как ненависть, которая не внимающим себе кажется маловажною, а по духовному значению уподобляется убийству (1 Ин. 3, 15)... Милость и снисхождение к ближним и прощение их недостатков есть кратчайший путь ко спасению.


Заботливость твоя об успокоении М. N. простирается до излишней крайности, и чувство в тебе это смешанное с некоторою тонкою прелестью — предполагать успокаивать ближнего тогда, когда нас об этом не просят, и, может быть, надобности в этом не будет. Когда же на самом деле придется показать любовь к ближнему, тогда окажутся у нас совсем иные чувства, и язык наш возглаголет совсем не то, что предполагали мы прежде касательно непрошеного успокоения ближнего. Тогда на самом деле виднее будет, что нужно будет сделать для М. N..


Сама видит, что лучше бы было любви ради прервать дремоту и выслушать N., потому что любовь не только выше нашего покоя, но и самой молитвы, за что и наказана была вскоре стужением бесовским.


От ласки у людей бывают совсем иные глазки.


...Тебе нужно разумевать это относительно других, что не всё и не все они это по злобе делают, а более по внушению и наущению исконного врага, который хочет отлучить тебя от внимательной молитвы и вместе с тем от любви к ближним. А любовь эта, по слову Апостольскому, «долготерпит, милосердствует и николиже отпадает» (1 Кор. 13, 4, 8) от блага расположения к собратиям, искушаемым от общего врага нашего, частью же и от своей немощи. Если твердо это будешь помнить, то не будешь бесполезно смущаться. Несколько лет назад у нас был один князь, который учился молитве у одной опытной молитвенницы. Она говорила ему так: когда ты мирен и покоен, молись: «Господи! помилуй мя грешного», когда же помыслы будут приноситься на других по какой-либо причине, то молись так: «Господи! помилуй нас» И успокоишься. Делай и ты так. Тогда и меньше будешь беспокоиться и будешь разумевать, что все мы подлежим ошибкам и заблуждениям, и нередко под благовидными предлогами, как сказано в Евангелии: «приидет час, да всяк, иже убиет вы, мнится службу приносити Богу» (Ин. 16, 2). Немудрено, что и досаждающие тебе так мудрствуют. Поэтому и потребно нам снисходить ближним нашим по Евангельской заповеди о любви. Ежели кого мы любим, тому мы во многом снисходим и многое прощаем. С другой стороны, и по другой причине прощаем, как свидетельствует Авва Дорофей, когда находимся в благом устроении....


Любовь к Богу доказывается любовию и милосердием к ближнему, а милосердие, милость и снисхождение к ближнему и прощение недостатков его приобретаются чрез смирение и самоукорение, когда во всех скорбных и неприятных случаях будем возлагать вину на себя, а не на других, что мы не умели поступить как следует, оттого произошла неприятность и скорбь, и если так будем рассуждать, то менее будем огорчаться и предаваться гневу, который правды Божией не соделывает.


...Опрашиваешь, что значат слова: «стяжи друга Господа». Слова эти означают, чтобы стараться быть истинной ученицей Христовой, чтобы удостоиться услышать, что удостоились услышать от Господа истинные ученики Его: «вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедаю вам. Не ктому вас глаголю рабы, яко раб не весть, что творит Господь его: вас же рекох други, яко вся, яже слышах от Отца Моего, сказах вам. Сия заповедаю вам, да любите друг друга. Больше сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Ин. 15, 14, 15, 17, 13). Заповедь же Господня полагать душу за ближнего состоит, по Евангельскому слову, в том, чтобы любить врагов, благотворить ненавидящим нас, благословлять клянущих и молиться за творящих нам напасть и изгонящия ны; также и в том, чтобы, по силе нашей и возможности, защищать ближнего от врагов видимых и невидимых, и чем можно и как можно помогать ему. Апостол Павел пространнее объясняет свойства любви к ближним: «любы долготерпит, милосердствует, любы не завидит, любы не превозносится, не гордится, не безчинствует, не ищет своих си, не раздражается, не мыслит зла (и не помнит зла), не радуется о неправде (ближних), радуется же о истине (их): вся любит (т.е. все покрывает любовию), всему веру емлет, вся уповает, вся (печальная) терпит. Любы николиже отпадает» (1 Кор. 13, 4—8). К этому присоедини и Нагорную проповедь Господа в 5, 6 и 7й главе от Матфея. Помни и сказанное в псалме: вси путие Господни милость и истина, т. е. должно ближнему оказывать милость и всякое снисхождение, а от себя самих требовать всякой истины — исполнения заповедей Господних.


Выражение — гадко мне видеть теперь низкие поклоны моих ненавистниц, смешны их гримасы и негодование — показывает оскудение в нас духовной любви, которая все покрывает, всем оказывает милость и снисхождение в их недостатках.


Вопрос: «Что значит: аще враг твой алчет, ухлеби его, углие огненное собиравши на главу его (Ср.: Притч. 25, 21-22)?» Ответ: «Углие огненное на главе означает ум. Когда ухлебишь врага, то ум его согревается к тебе любовью».


Поздравляю тебя со днем Ангела и сердечно желаю, чтобы, за молитвами святителя Евмения, Всеблагий Господь подал тебе иметь твердое разумение и не смущаться разными толками. Обычные немощи человеческие: младшие толкуют про старших, а старшие про младших; и все мы забываем апостольский совет или, вернее, заповедь: «облецытеся, яко избраннии Божий святи и возлюбленни, во утробу щедрот, благость, смиренномудрие и долготерпение, прощающе друг другу, аще кто на кого имать поречение; и мир Божий да водворяется в сердцах ваших» (Ср.: Кол. 3, 12—15). Мы же, порицая друг друга по неразумию нашему, лишаемся сего блаженного мира. А в псалмах сказано, что в мире место Его (Пс. 75, 3), т. е. Божие, и Апостол пишет: пребывали в любви, в Бозе пребывает (1 Ин. 4, 16). Любовь же сия «долготерпит, милосердствует, не завидит, не превозносится, не гордится (то есть не уничижает никого), не безчинствует, не ищет своих си, не мыслит и не помнит зла, всех любит (т. е. покрывает всех немощи и недостатки), вся уповает, вся терпит, любы николиже отпадает» (Ср.: 1 Кор. 13, 4—8). Если все сказанное будем только прилагать к нам самим, зазирая себя в недостатках своих, то получим от сего великую пользу и возвеселим Ангела своего хранителя и святителя Евмения.

Мера

Мера во всем хороша. Есть возраст духовный, как и наружный возраст. Как девятилетние не могут браться за то, что впору двадцатилетним, так бывает и в духовной жизни: непосильным и неразумным рвением можно себе духовно живот надорвать. А если Господь кого и сохранит от сего, то, по крайней мере, всуе приимет труд и скорбь. Тише едешь — дальше будешь, сказано опытными. Вредно не радеть о должном, но небезопасно ретиться выше своей меры. Трех более всего держись: страха Божия, смирения и всегдашнего покаяния.

Милосердие

...К ближним мы должны оказывать всякую милость, всякую снисходительность, а от себя истязывать всякую истину, всякую правду.

Милостыня

Есть два рода благотворения: первое благотворение собственной своей душе делами благочестия со смирением и неосуждением других, чтобы не подвергнуться тому, чему подвергся фарисей; второе благотворение внешнее, внешними средствами, которые также приносят пользу нашей душе, если не судим и не доверяем своему помыслу, что будто бы средства эти не так употребляются. Полезнее всего благотворить и веровать несомненно, что получим за это от Господа воздаяние, по сказанному у пророка Даниила: «избавление мужа свое ему богатство» (Притч. 13, 8). И в другом месте: «милостынею и верою очищаются грехи».


...Господь велит давать благодушно столько, сколько можешь, и этот дар приемлет; а если хочешь иметь совершенство, то тогда отдай все, да и ходи с рукой, прося милостыню, и не огорчайся уже тем, что не имеешь ничего и люди неблагодарны.


Кто жертвует что-либо Бога ради, тот и получит от Бога воздаяние, а не от людей. Сказано: «Господь праведен и преподобен, и воздаст комуждо по делам его», как Всеведущий и Всемогущий и Судия Праведнейший, и на Страшном Суде пред всеми объявит: понеже послужисте меньшей братии Моей, Мне послужисте (Ср.: Мф. 25, 40).


...В духовных делах есть многое и великое различие. Можно сделать полезное в тридесят крат, а лучше в шестьдесят, а во сто крат еще лучше и полезнее, и спасительнее. Ежели начальник блудниц, как пишется в старческих сказаниях, поставлен выше преподобного Макария Великого за то одно, что он нашел возможность тридесять дев монастырских сохранить от растления, заменив их лицами, бывшими у него под командою, то какую, думаешь ты, может получить мзду тот, кто ста девам, собравшимся в обитель для служения Богу, даст возможность не рассеяться по разным местам или обратиться в мир? Хорошо помочь и погоревшим, но тут одна лишь скорбь, по большей части приносящая пользу людям, для какой причины пожар и попускается от провидения свыше, но стократно выше то, если сохранить или дать возможность сохраниться многим от явного душевного вреда. Если бы в N. не было крайней необходимости, то я никак бы не решился не только тебя, но и никого убеждать так к пожертвованиям.


...Большая разница раздать бедным мирским или на эту сумму устроить обитель, в которой до пришествия Христова спасаться будут многие. Единовременное добро от постоянно прибыточного добра большую имеет разницу....


Пишешь о работнице скончавшейся и спрашиваешь, не искушение ли это тебе, что помысл внушает тебе жалость о ней и понуждает заботиться о ее поминовении, так что из пяти рублей, которые у вас были, вы отдали два священникам, чтобы ее поминали? Отвечаю: конечно, это искушение. Святое Писание говорит: «благотвори ближнему елика рука твоя может» (Ср.: Втор. 15, 10). И преподобный Варсануфий Великий говорит, что если монах, имея только необходимое для самого себя, откажет просящему, то не согрешит. А вы разве живете выше учения Варсануфия Великого? Вы постоянно сами нуждаетесь: вам ли думать о денежном благотворении ближним? Если вы отдадите последнее, что вам самим нужно, то враг, который всегда вас борет заботою о ваших недостаточных средствах, еще более будет вам стужать этим. Хорошо ли вам чрез непосильное благотворение самим ввергать себя в смущение и заботливость, и попечения, когда мы имеем Евангельскую заповедь: «не пецытеся»! Рассуждение, по учению святых отцев, выше всего. Если вы ощущаете жалость к умершей, то вам, при вашем положении, приличнее не денежные благотворения за нее делать, а, если хотите, самим за нее келейно молиться, чтобы Господь, якоже Сам весть, помиловал душу ее. И думаю, что если так будете делать, то и жалость и усердие ваше, все это пропадет скоро.


Ты спрашиваешь, хорошо ли сделала, занявши для странницы пять рублей и отдавши ей новые сапоги П., которые ей самой были нужны. Отвечаю: нехорошо, очень нехорошо, и очень неосновательно. Вперед так не делай ни по какому поводу. Нигде не написано для милостыни занимать деньги и делать такое благотворение, за которым неминуемо следует смущение для тебя или для других. Я, кажется, тебе писал слово и совет Пимена В., что монах не солжет, если откажет просящему, что нет у него, когда не имеет излишнего, сверх своей потребности, а иначе он должен со смущением добывать себе то, что нерассудно отдал другому. Твое положение требует великой осмотрительности и здравого обсуждения.


В одном из житий Киево-печерских угодников сказано: ежели кто об украденных у него деньгах не жалеет, то это вменится ему более произвольной милостыни. Кольми паче тебе жалеть не следует, что так или 1 иначе употреблено дарованное тобою или у тебя взятое, а иначе уменьшишь духовную пользу своего жертвования.

Мир

Вопрос: «Батюшка... как же мы без вас останемся? Вам еще надо с нами пожить». Ответ: «Да с вами-то мне иногда уже очень трудно бывает. Вот я вас учил, кажется, все вам говорил, всему учил, только не знаю, выучил ли чему-нибудь. Вот я и больной задавал себе этот вопрос. По крайней мере, имейте мир между собою».

Мир душевный

Дело спасения нашего требует на всяком месте, где бы человек ни жил, исполнения заповедей Божиих и покорности воле Божией. Этим только приобретается мир душевный, а не иным чем, как сказано в псалмах: «мир мног любящим закон Твой, и несть им соблазна» (Пс. 118, 165). А ты все ищешь мира внутреннего и успокоения душевного от внешних обстоятельств. Все кажется тебе, что ты не на том месте живешь, не с теми людьми водворилась, что сама не так распорядилась и что другие будто бы не так действовали. В Святом Писании сказано: «на всяком месте владичествие Его» (Ср.: Пс. 102, 22), т.е. Божие, и что для Бога дороже всех вещей целого мира спасение одной христианской души.


Не вотще сказано в псалмах: взыщи мира и пожени и (Пс. 33, 15), т. е. всячески избегай того, что нарушает мир твой душевный, как бы ни казалось это благовидно. Бог судит человека не просто по делам, но по намерению дел, а намерение это только Ему Единому известно. Ежели мы в чем-либо немоществуем, то должны в этом принести искреннее покаяние, и смиряться, и никого не осуждать, и никому не досаждать.


Среди всех тревог и придирок К. и другого прочего умудряйся направляться к внутреннему христианству и старайся отражать все противные помышления молитвенным призыванием имени и помощи Божией. Я много раз тебе писал: как бы ни казались благовидны и достоверны приходящие помышления, но если они приводят в смущение, то явный признак, что они с противной стороны, и по Евангельскому слову называются волками в овчих кожах. Правильные помышления и рассуждения успокаивают душу, а не возмущают; только при этом всегда должно стараться дела и поступки других предоставлять суду Божию и собственной воле человека, памятуя Апостольское слово: «кийждо сам о себе воздаст слово Богу» (Ср.: Рим. 14, 12). Есть и духовная ревность не по разуму, такой ревности всячески следует избегать, потому что такую ревность святой Исаак Сирин относит к великому недугу душевному.


Чтобы умиротвориться, незачем в далекий путь пускаться, а лучше смириться дома, — это будет прочнее. Одни царственные особы, ради умиротворения, уезжают в дальнюю сторону. Потребно понудиться к смирению и самоукорению. Благоразумному разбойнику и голени перебили, — он, ради получения обещанного Господом Царствия Небесного, все терпел, а мы с тобою как хотим получить милость Божию? Осмотрись, сестра! В Киев ходят на богомолье, а не по домашним претензиям.


Никто тебя ни в чем не обвиняет, только ты перестань винить других и успокоишься. Никакого толку нет в том, чтобы винить других; если совершенно права, то и будь покойна. Чистая совесть сама себе успокоение, — зачем нам искать в других правоты или вины. Каждый от своих дел или прославится, или постыдится.


Мир тебе и Божие благословение, и всякое утверждение в добром и спасительном и прежде всего в мире душевном, и всяком мужестве, и долготерпении, и удалении от всякого малодушия, зело отягчающего немощных душою и телом, для которых нет ничего полезнее, как Бога благодарить за все случающееся приятное и неприятное и никого не винить, кроме себя самих за многое и во многом повинных, других же винить — нисколько нас не успокоит, а еще более смутит.


...Истинное и прочное утешение тесно соединено с истинно полезным.


Сказано в псалмах: «мир мног любящым закон Твой, и несть им соблазна» (Пс. 118, 165). Поэтому если нас что-нибудь смущает или блазнит, то должны мы упрекать себя в недостатке любления закона Божия и смиряться, и просить помилования и помощи от Господа.


Пишешь, что и святую воду пьешь, и херувимский ладан куришь, а мира не обретаешь. Святую воду следует пить реже, а херувимский ладан не кури. Не поможет тебе никакой ладан, так как все дело в высокоумна от которого усиливаются все твои душевные брани, и ты лишаешься мира.


Раз как-то, по козням вражиим, два из старших иеромонахов завраждовали друг на друга. После долгих усилий и, без сомнения, усердной молитвы к Господу <преподобному Амвросию> наконец удалось примирить их. Со светящимся на лице восторгом старец повторял всем и каждому: «Ну, слава Богу! хоть как-нибудь, да помирились. Худой мир лучше хорошей войны».


«Батюшка! — спрашивали некоторые, — отчего это мира нет в душе?» Старец отвечал на это псаломскими словами: «Мир мног любящим закон Твой» (Пс. 118, 165).


Сказано: «любящим Бога вся поспешествуют во благое» (Рим. 8, 28). И в другом месте: «мир мног любящим закон Твой, и несть им соблазна» (Пс. 118, 165). А если «несть мира в костех наших» (Ср: Пс. 37, 4), то явно, что от грехов и страстей наших. И потому должно заботиться не обстоятельства улаживать, а стараться себя исправлять. Это не только надежнее, но и успокоительнее.


Вопрос: «Почему в моей келий нестроения?» Ответ: «Во-первых, от душевного врага, который считает своим делом всех и все путать. Во-вторых, от человеческого самолюбия и от человеческого малодушия и нетерпения».


Душа наша невидима и не может успокаиваться одними внешними обстоятельствами, а требует к своему умиротворению средств внутренних и духовных, на которые указывает боговдохновенный пророк Давид, глаголя: «мир мног любящым закон Твой, и несть им соблазна» (Пс. 118, 165). Слова эти показывают, что нужно прежде возлюбить закон Божий и постараться исполнять Евангельские заповеди, означенные у евангелие Матфея, от начала 5-й главы до 10-й, и тогда можно надеяться на получение прочного спокойствия и прочного мира душевного.


Послушай, сестра! Не будь востра, не будь пестра! А будь постоянна и смирна, и будешь мирна!.


Везде война, везде борьба; и получают успокоен только подвизающиеся душевно, руководясь законом Божиим. А кто ищет только внешнего и временного успокоения, те лишаются и того и другого, т. е. и земного и небесного. Разве только захотят исправить дело искренним раскаянием и великим смирением.


Будем искать утешения и отрады в Едином Господе и от Него Единого искать милости, которая вечна и нескончаема: все человеческое кратковременно и преходяще, хотя по видимости своей и привлекает, но обманчиво. Внимание человеческое никого надолго не успокаивает, а только польстит, поманит, а после всегда оканчивается неприятностью и раскаянием; только мы хорошенько в это еще не всмотрелись, а потому и увлекаемся видимостью.

Мнительность

Есть... немало и таких, которые сплошь да рядом сомневаются в доброжелательстве ближних от меньших до старших. Будь для них кто добр, как Ангел, они и тому не поверят, приискивая и выставляя на вид какие-нибудь малозначащие причины. Продолжая сомневаться во всех и во всем, они, наконец, доходят до сомнения и неверия относительно и будущей жизни и таким образом сами делают жизнь свою жалкою и безотрадною.


На рассказ N., что она избежала какой-то опасности, а то могло бы случиться то и то, батюшка, смеясь, сказал: «Две женщины жили в одной избе. Вдруг как-то с печки упало полено. В испуге одна баба и говорит другой: хорошо, что моя дочь не замужем, да нет у нее сына Иванушки, да не сидел он тут: а то бы полено разбило ему голову».


Нe надо верить приметам, и не будут исполняться.


Если что представится — перекреститься.

Молитва

Преподобный Марк Подвижник в Слове о покаянии говорит: правое дело для начинающих, средних и совершенных есть: молитва, очищение помыслов и терпение постигающих нас скорбей. Без сих трех нельзя совершать и прочие добродетели. Да и самая молитва без очищения помыслов и без перенесения скорбей совершаться не может. В этой триплетенной верви, если где одна нить ее прерывается, там прерываются и другие нити. — То же самое выражает и апостол Павел: «долготерпите ко всем; всегда радуйтеся; непрестанно молитеся; о всем благодарите: сия бо есть воля Божия» (1 Сол. 5, 14, 16—18). А апостол Иаков объясняет, когда мы должны радоваться, т. е. когда впадаем в различные скорбные искушения, которыми испытывается наша вера, а вместе очищаются наши согрешения.


Молись пока, как можешь и как умеешь, ожидая конца от Промысла Божия. Веруй, что силен Господь помиловать тебя. Он пришел не праведники спасти, но грешники призвать на покаяние, как Сам объявил в Евангелии, прибавив, что радость бывает на небеси о едином грешнике кающемся. Страх, бывающий при молитве, считай искушением от врага, который старается отвратить от молитвы всякого желающего молиться. Приступая к молитве, ограждай себя крестным знамением и продолжай молиться, и по времени милостью Божиею избавишься от сего искушения, если поменьше будешь гневаться на других и удерживать себя от осуждения. Вкратце сказано: «многими скорбми подобает нам внити в Царствие Небесное» (Деян. 14, 22). Помни это и старайся терпеть все находящее неприятное и скорбное, прощай разумеющему и не разумеющему, по слову Господню: «оставите, и вставится вам» (Ср.: Мф. 6, 14). Вот что значит умудряться во спасение.


Ревнуя о молитве, почаще прочитывай «Семь слов» Макария Египетского, по прежним переводам. Там ты увидишь и узнаешь, что молитва без любви и смирения и терпения непрочна. Хотя вовремя и подаются молитвенные действия, но, по недостатку любви, и смирения, и терпения, скоро отнимаются.


Святые отцы научают предызбирающего молитву другим деланиям, что такой должен оставить и обычную дружбу прежних своих посетителей, а иначе не может иметь успеха в своем делании, оставляя беседу с Богом и беседуя с людьми о вещах и предметах суетных, а иногда и неполезных и зловредных.


...Пишешь, что ты желаешь молиться и молиться: молись про себя, ища одной только милости и воли Божией, в церкви ли бываешь, вне ли церкви, идешь ли, сидишь ли, лежишь ли, молись: Господи, помилуй, якоже веси, якоже волиши.


Молитва вещь такая, что, проживши в монастыре несколько лет, не скоро научишься молиться как следует, а теперь пока молись, как умеешь и как можешь, только с мытаревою мыслью.


Чтобы люди не оставались в беспечности и не возлагали всю свою надежду на постороннюю молитвенную помощь, старец повторял обычную народную поговорку: «Боже-то поможи, — да и сам мужик не лежи». И прибавлял: «Вспомни, двенадцать Апостолов просили Спасителя за жену хананеянку, но Он не услышал их, а сама стала просить, упросила».


...Так как молитва есть сильнейшее оружие против невидимого врага, то он и старается всячески отвлекать от нее человека. Передавал старец такой рассказ «На Афоне у одного монаха был скворец-говорун, которого монах очень любил, увлекаясь его разговорами. Но вот странно, — лишь только монах начнет исполнять свое молитвенное правило, скворец тут и разговорится, и не дает молиться монаху. Раз на светлый праздник Воскресения Христова монах подошел к клетке и говорит: «Скворушка, Христос Воскресе!» А скворец отвечает: «Вот то-то и беда наша, что воскрес», и тут же околел, а в келье монаха разлилось нестерпимое зловоние. Тогда понял монах свою ошибку и раскаялся».


...Следует прочитывать и молитвы, и акафисты, а иногда и псалмы. Но если есть внутренняя молитва, то следует тогда остановиться и молиться уже духом. Когда же нет такой молитвы, то читать молитвы.


Хорошо молиться перед распятием, вспоминая страдания Спасителя: заплевания, заушения, наругания, биения, при этом смиряется дух.


Ревнующему о молитве следует всегда помнить слова Самого Господа: не всяк глаголяй Ми: «Господи, Господи, внидет в Царствие Божие: но творяй волю Отца Моего, Иже на небесех» (Мф. 7, 21). Воля же Отца Небесного объявлена в Евангельских заповедях, исполнение которых есть единственный незаблудный путь спасения. На сем пути должно иметь три признака: смирение, милость и любовь, которые различаются только одними названиями, свойство же их одинаковое. На сию троицу добродетелей весь полк бесовский ниже противовзирати может («Добротолюбие», ч. 2, Каллиста и Игнатия, гл. 73).


Помози тебе Господи утвердиться, сестра, в молитвенном подвиге, и стяжать молитву истинную, а не кое-какую храмлящую, как обличает нас Иоанн Богослов в своих посланиях: «аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть. И сию заповедь имамы, да любяй Бога, любит и брата своего» (1 Ин. 4, 20-21).


...Молитва всегда сильнее псаломскими словами, нежели собственными нашими.


...Пишешь, что молилась псаломскими словами: искуси мя, Господи, и испытай мя... (Пс. 25, 2), и после этого испытала сильное нападение вражие. Вперед так не молись, эти слова Давидовы к тебе нейдут. Молитва каждого должна быть сообразна с его мерою, должна быть смиренна и разумна. А ты сама не понимала о чем молишься, просила Господа испытать тебя, а когда после необдуманной твоей молитвы Господь попустил испытание, то и оказалось, что ты ни к чему не годна еще и немощна.


Читайте «Отче наш», да не лгите: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем....


С покровенной главой <женщине> нужно молиться.


Когда бьют часы, должно перекреститься с молитвою: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную; как пишет святитель Димитрий Ростовский, для того помилуй мя, что час прошел, ближе смерти стало. Можно не при всех креститься, а по рассмотрению, при ком можно, а то и не надо, в уме же молитву должно сотворить.


Когда в будни нельзя бывать в церкви, пораньше вставай и прочитывай что-нибудь молитвенное в свое утешение. Неопределенным положением своим не смущайся, а жди с терпением устроения себе от Промысла Божия.


«Богородице Дево» читать хоть с поясными поклонами, как одной, явившись во сне, сказала Сама Божия Матерь, прибавив, что это для ее же пользы.


«Богородицу» читать 12 раз или 24 раза в день. Она у нас одна Заступница.


...Пишешь, что иногда от брани хульных помыслов не можешь взглянуть на икону. Чтобы помыслы меньше стужали тебе, можешь изредка только взглядывать на иконы, но должна знать, что иконы только для глаз внешних, и потому, стоя на молитве, мы должны помнить, что предстоим пред Богом. Икону же воображать во уме ни в каком случае не следует.


...Враг сильно нападает на вас. Это от того видно, что обе вы помолиться любите, а смирения потребного для сего, должно быть, не стяжали. И выходит, что молитвою вы врага только раздразнили, а, не имея нужного смирения, не имеете против него потребного оружия. Преподобный Филофей Синайский в 13й главе говорит: «многое смирение нам потребно предлежащим к хранению ума о Господе, первее пред Богом и перед людьми... понеже к гордым бесом брань имамы». И преподобный Исихий, пресвитер, в 20-й главе говорит, что подвизающемуся во всякое мгновение времени подобает имети при молитве внимание и смирение: яко с гордыми бесами противными имеет он брань, да помощь Христову в руце сердца имать, зане Господь гордых ненавидит. Прочтите сами указанные две главы во 2-й части «Добротолюбия». Прежде всего рассмотрите свое сердце, не таится ли в душе мысль и мнение, что хоть немножко, да лучше других живет. Такая мысль явно обнаруживает в нас горделивое самомнение, за которое, по слову святого Исаака Сирина, и попускается блудная брань и мучительство от бесов с этою бранью.


...Все эти нападения на тебя, со стороны других, происходят по ухищрению вражию, чтобы воспрепятствовать тебе заниматься внимательно молитвою. Покойный игумен Антоний, брат о. архимандрита Моисея, говаривал: «внимательная молитва молящегося — врагу нож по горлу». Ты сама заметила это на твоей келейной, которая ни с того ни с сего придирается к тебе и не хочет делать то, что нужно, при всем том, что тебя любит. Кольми паче тебе нужно разумевать это относительно других, что не всё и не все они это по злобе делают, а более по внушению и наущению исконного врага, который хочет отлучить тебя от внимательной молитвы, и вместе с тем от любви к ближним. А любовь эта, по слову Апостольскому, долготерпит, милосердствует и николиже отпадает от блага расположения к собратиям (Ср.: 1 Кор. 13, 4, 8), искушаемым от общего врага нашего, частою же и от своей немощи. Если твердо это будешь помнить, то не будешь бесполезно смущаться.


Пишешь, что во время молитвы у тебя бывают плотские движения и скверные хульные помыслы. Должно быть, ты во время молитвы держишь внимание ума внутри очень низко. Сердце человека находится под левым сосцем, и ежели молящийся человек держит внимание ума ниже, тогда и бывает движение плоти. Держи больше устную молитву, тогда и избавишься от подобных движений; от устной молитвы никто не впадал в прелесть, а умную, сердечную молитву без наставления проходить опасно. Такая молитва требует наставления, безгневия, молчания и смиренного самоукорения во всяком неприятном случае. Поэтому безопасней всегда держаться молитвы устной, так как мы скудны в терпении, смирении и безгневии, потому и требуется молитва особенно во время смущения и за себя, и за оскорбивших: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас грешных.


Не думай, что ты отреклась <от> Господа тем, что, живя в лютеранском доме, стыдилась молиться Богу, как обыкновенно молишься. Исповедуй и это с самоукорением пред Богом и пред духовником, но не смущайся до отчаяния. Вперед в подобных случаях, если неудобно молиться наружно, то хотя мысленно почаще призывай милость и помощь Божию, всегда стараясь помнить вездеприсутствие Божие. Также надобно умудряться, чтобы хотя утром и вечером, ложась и вставая, помолиться Богу и видимо.


Пишешь, что тебя иногда занимает мысль, как Денница из светоносного ангела обратился в сатану. Сама ты знаешь, что от гордости. Но помни, что тебе теперь крепче должно держаться молитвы и не увлекаться никакими ни помыслами, ни рассуждениями, хотя бы они с шуией стороны происходили, хотя бы по видимому с десной. Молитва со смирением — непобедимое оружие на врага, а рассуждениями его не победишь.


...Жили на одном острове три пустынника, имевшие у себя икону трех святителей. И как были они люди простые, необразованные, то и молились пред сею иконою не иначе как простою своеобразною молитвою: «Трое вас, и трое нас, помилуйте нас». Так они постоянно твердили одну эту молитву. Вот пристали к этому острову путешественники, а старцы и просят, чтобы они научили их молиться. Путешественники начали учить их молитве «Отче наш», а выучив, поплыли далее морем на своем корабле. Но, отплыв несколько от берега, они вдруг увидели, что учившиеся у них молитве три старца бегут за ними по водам и кричат: «Остановитесь, мы вашу молитву забыли». Увидев их, ходящих по водам, путешественники изумились и, не останавливаясь, только сказали им: «Молитесь, как умеете». Старцы вернулись и остались при своей молитве.


Вопрос: «Когда сердита бываю, то молюсь рассеянно». Ответ: «Кто сердится, тот лишается покрова Божиего. Нужно молиться без злопамятности».


Если не хочется молиться, надо понуждать себя. Святые отцы говорят, что молитва с понуждением — выше произвольной молитвы. Не хочется, но понуждай себя: «нудится бо Царствие Небесное» (Мф. 11, 12).


Когда бывает бесчувствие, тогда наиболее нужно упражняться в молитве устной.

Церковная молитва

Во время пения «Честнейшей» <преподобный Амвросий> стоял, наклонив голову почти к земле. Когда окончилось пение, батюшка строго сказал г-же N.: «Отчего ты не клала поклонов, а стояла так?» Она ответила: «В миру я всегда кладу шесть поклонов, когда поют «Честнейшую Херувим», а тут опасаюсь — никто не кладет». Батюшка опять строго сказал: «Чтобы вы с дочерью всегда клали поклоны! Какое вам дело, что никто не кладет? Вы знаете, один видел, как во время пения «Честнейшей» Сама Царица Небесная явилась и подходила к Своей иконе. Вы всегда кладите».

Прелесть в молитве

Описанным тобою немощам душевным и телес подвергся ты потому, что по неопытности употреблял не тот образ молитвы, возносясь умом к Престолу Святой Троицы и созерцая непостижимое Божество, по человеческому представлению во образе и подобиях, отчего, по слову святого Григория Синаита и святого Симеона Нового Богослова, неопытные впадают в прелесть. Образ молитвы с видением и возношением ума на небо могут употреблять только бесстрастные, долгим временем и подвигом, паче же смирением и помощью Божиею очистившие себя от примеси страстей, а для новоначальных и немощных это весьма опасно и доводит до прелести вражией, при которой подвергаются неподобным немощам и увлечениям, как объясняет это святой Апостол: «понеже не восхотеша имети Бога в разуме, сего ради предаде их Бог в неискусен ум творити неподобная...» (Ср.: Рим. 1, 28).


Ни письме... пишешь что-то о высоком, о внутреннем поучении, об умной молитве, что молитва у тебя сама собою действует и вовремя! Что-то это не похоже на настоящее делание, и предвещает более опасность, нежели успех духовный. Духовная наша мера с тобою еще очень мала: ретишься к высокому и пишешь мне о высоком, а о низком умалчиваешь, говоря только как бы мимоходом, что с тобою случаются иногда скорби, а какие, не объясняешь.


Писала ты, что, находясь в тоске, ты молилась Матери Божией послать тебе издалека кого из рабов своих из какой-либо дальней пустыни. Хотя после вышло, как будто молитва твоя исполнилась, но такая молитва весьма погрешительна, безрассудна, и дерзновенна, и ведет к самообольщению. Вперед отнюдь не молись подобным образом, а молись просто, чтоб Господь и Матерь Божия помогли тебе, имиже ведят судьбами.

 

<<предыдущая оглавление следующая>>